Ныряльщица - Марина Эльденберт

Едх меня забери, я не знаю, что делать!

Что это вообще?

Она придет в себя?

Что, если это смертельно?

Я отшатываюсь от Мэйс и хватаюсь за голову. Тряпки падают к моим ногам, но мне не до них. Мысль одна страшнее другой приходит в голову…

Так, паникой делу не поможешь!

Соберись!

Вирне нужна помощь как можно скорее, и я знаю только одного въерха, который может мне помочь. Ей помочь.

Одеваюсь так быстро, что Адмирал был бы мною доволен и поставил бы высший балл. Выбегаю к эйрлату, нахожу перчатки от гидрокостюма. Возвращаюсь и крайне осторожно заворачиваю Мэйс в плед, а потом отношу ее в машину и размещаю на заднее сиденье.

Вирна лышит тяжело. Но главное, что дышит!

Завожу эйрлат и быстро нахожу на тапете нужный контакт: он у меня в быстром доступе. Облегченно выдыхаю, когда отвечают быстро.

— Доктор Э’рер! Мне срочно нужна ваша помощь! Я могу приехать?

Время до дома доктора смазалось в одно растянувшееся мгновение. За которое я, кажется, нарушил все мыслимые и немыслимые правила дорожного движения, и, к счастью, меня не остановили политари. А потом было долгое ожидание в гостиной Э’рера: он не пустил меня в медицинский кабинет. Спасибо доктору, он не только принял меня сразу же, он еще и без лишних вопросов согласился оказать медицинскую помощь Вирне.

Это ожидание действительно показалось самым долгим в моей жизни, хотя прошло сорок минут. Тридцать восемь, если точнее. Я даже не стянул перчатки, и только сейчас это замечаю. Сила оживает в ладонях, стоит мне о ней вспомнить. Естественная. Послушная моей воле. Она больше не искрит на пальцах, а просто наполняет меня целиком, и я не чувствую разницу между тем, как было раньше, и сейчас.

Тогда что это за хидрец?

Э’рер появляется в гостиной раньше, чем мне в голову приходит хоть одна идея. Я вскакиваю и подхожу к нему. Доктор усталый и сосредоточенный, но на мой взгляд отвечает:

— С девочкой все в порядке, Аайтнер. Я запустил восстановление, и погрузил ее в сон. Сейчас она отдыхает, а когда проснется, от ожогов не останется и следа.

— Дело не только в ожогах. Она сознание потеряла.

— Потому что была обессилена. Энергетически. Такое бывает у въерхов, когда они перерасходуют свои силы. У людей… тоже бывает. Хотя, честно признаюсь, с лечением людей я сталкиваюсь редко. Но острого воспалительного процесса и хронических заболевания я не обнаружил. Она молода и здорова. Так что процедура восстановления пойдет ей на пользу.

Я шумно выдыхаю, будто до этого не дышал вовсе и жму доктору руку.

— Спасибо, доктор Э’рер. Вы даже не представляете, как много для меня сделали. Я могу увидеть Вирну?

— Конечно, — говорит Э’рер. — Пойдем.

Вирна лежит в восстановительной капсуле, и на этот раз она действительно спит. Потому что вид у нее умиротворенный, а кожа слегка порозовевшая. Датчики на экране показывают, что ее пульс и давление в норме.

Мне хочется схватить синеглазку и сжать ее в объятиях, но… Я лишь сжимаю кулаки и хмурюсь.

— Это произошло из-за меня, — признаюсь стоящему рядом Э’реру. — Моя сила вернулась ко мне.

— Как я понимаю, поздравления преждевременны.

— Да. Ожоги на коже Вирны остались от моих пальцев. Что-то случилось с моей силой. Если вы говорите, что из нее высосало энергию, это сделал я.

— Исключено. Мы используем силу земли, а не жизненную энергию людей.

Э’рер кивает мне на вторую кушетку, и теперь уже на меня направляют сотни медицинских датчиков.

— Впервые слышу о том, чтобы прикосновение въерха могло так подействовать на человека. Ты прикасался к этой девушке раньше?

— Да, и все было в порядке.

Я даже целовал Мэйс, но тогда во мне была отцовская сила.

— Случай интересный. Я бы хотел все изучить и обдумать. Но мой предварительный диагноз — аллергическая реакция.

— Аллергия? На меня?

— На твою силу, Лайтнер. Возможно, это единственный случай, а может нет. Одно ясно — тебе лучше воздержаться от физического контакта с этой девушкой.

Что?

Не целовать Мэйс?

Не держать ее за руку?

— Не волнуйтесь, Э’рер, он больше к ней не приблизится. — Я вскидываю голову и поворачиваюсь к двери, в которую шагает Диггхард К’ярд.