Жертва - Даниэль Зеа Рэй

Двенадцать лет назад. Город Л. Округ Л.

– Вы попались! – архиерей службы контроля бросил на стол толстую папку с распечатками. – Материала столько, что я могу вас убить прямо здесь, и мне медаль за это дадут.

Когда тебя взяли с поличным, и ты сидишь в комнате для допросов, вариантов есть несколько: либо ты молчишь, и потом тебя убивают, либо говоришь, но потом тебя все равно убивают. Я выбрала первый вариант.

– Не спорю, – архиерей присел на стул, – палач, которого вы убили, заслужил смертный приговор. Шантажировать послушниц на вашем факультете, склонять их к занятиям проституцией, чтобы не выдали своих беглых родственников, а потом убивать этих родственников, чтобы продавать Поток и Истоки на черном рынке Жатвы, – это все, конечно, плохо. Но вы попались. Мы пасли его полгода и хотели выйти на его подельников. Из-за вас у нас теперь ничего нет на их сеть. Так и будете молчать, Кларисса?

В комнату для допроса вошел человек в штатском.

– Что вы здесь делаете? – архиерей подскочил со стула.

– Служба маршалов, – мужчина предъявил удостоверение. – Приказ о передаче послушницы Клариссы Роут, – он ткнул архиерею листок в грудь.

– Она не послушница, – архиерей начал изучать приказ.

Маршал повернулся ко мне и улыбнулся.

– Вы идете или так и будете там сидеть?

Я подскочила со стула и бросилась к нему.

– До свидания, – мужчина помахал своему отражению в мерцающем экране на стене.

Я шла за этим человеком, низко склонив голову. Он вывел меня из здания через черный ход и открыл передо мной дверь в припаркованную на улице машину. Я села на задние сидение, и он сел рядом со мной.

– Едем вперед! – дал команду водителю. – Ловко ты разобралась с этим говном. Как выманила его?

Я молчала.

– Ну, да… Ты же была в списках сироток, которым помогли. Он думал, что ты послушница и прикрываешь своих родственников-райотов, а ты оказалась ему не по зубам. Не переживай, Алена, – маршал похлопал меня по плечу. – Эту сеть мы уже зачистили.

Я повернула голову к мужчине.

– Кто вы такой?

Он достал из кармана визитку. На ней было написано «Григорий Носов».

– Тебе привет от дяди Гриши.

Горло свело судорогой.

– Если бы не он, тебя, в итоге, казнили бы. Алена, ты уже взрослая девочка. Должна понимать, что нельзя приехать в чужую страну, попасть в приют под вымышленным именем и не привлекать внимания, как послушница с синими волосами райотов. Был акцент, хотя ты прекрасно знала язык. Были еще привычки, не характерные для здешних мест. Например, тут непринято разуваться, проходя в дом. А еще нельзя получить частный грант на обучение и не привлечь внимание службы контроля за лицами с высшим метафизическим уровнем.

– А Мила… – промычала я. – Вы ее убили?

– Женщина, которая тебе помогла? Нет. Она не справилась со своей депрессией. И такое бывает.

– А девушка, которую опознали как меня?

– Знаешь, сколько таких девушек было? Им никто не помог, – мужчина взглянул на меня. – Ее тело просто нашли. А Григорий этим воспользовался и опознал ее, как тебя. Иначе, поиски Алены Евстофовой бы продолжились.

– Вы работаете на него?

– Я работаю вместе с ним.

– Вы палач?

Мужчина приложил палец к губам.

– Не стоит произносить таких слов всуе.

– Почему он мне помогает? Почему вы вытащили меня? Как вообще вы смогли такое провернуть?

– Деньги решают многое. Остальное решают связи. Григорий помогает тебе, потому что дал слово твоему отцу позаботится о его детях, если что-то случится. Ты не сможешь вернуть себе имя и деньги. Увы, Алена Евстофова мертва. Но ты можешь стать кем-то другим, – он достал из кармана брелок – удостоверение личности – и отдал его мне. Например, Алексис Ней. Послушницей с синими волосами, которые достались ей от отца – сына райота и послушницы. Продолжишь учебу в университете, правда, уже в другом, но все же. Станешь врачом, как и хотела. У тебя будут деньги на счетах. Нуждаться ты не будешь. Но и привлекать внимание не должна. Средний класс, дом в кредит, машина в кредит, простые вещи, никаких изысков и слишком дорогих покупок. Если Алексис Ней привлечет внимание, придется приехать мне и разобраться. Ты знаешь, что такое «зачистка»?