Гром и молния - Олег Языков

При наведении ИА на одиночные самолеты противника на высотах выше 6000 м зенитная артиллерия по данной цели огонь не ведет.

Какую цель подвергнуть воздействию зенитного огня, а какую истребительной авиации, принимает решение оперативный дежурный армии, заблаговременно извещая об этом истребительную авиацию и зенитную артиллерию.

При наведении ИА по целям на высотах 6000 м и ниже зенитная артиллерия по данным целям ведет огонь до момента подхода истребителей к самолетам противника на дистанцию по курсу цели 200–250 м, т. е. до границы расположения разрывов ЗА.

Прекращение зенитного огня в этом случае производится по команде с КП ИА на основе данных наведения ИА с помощью СОН-2.

Команда о прекращении огня по цели, на которую наводятся истребители, подается на батареи СОН-2. По этой команде батареи СОН-2 продолжают пеленгирование цели, прекращая считывание данных для ведения огня.

В случае если встреча ИА с самолетом противника не состоится, с КП ИА подается команда на батареи СОН-2 о продолжении считывания данных для обстрела цели огнем ЗА.

5. При поднятых аэростатах заграждения истребительная авиация в их зоне действует на 500 м выше поднятых АЗ.

Где же этот разгильдяй Василий? Эдак я тут все инструкции перечитаю…

5. Команды и сигналы

Для осуществления взаимодействия средств ПВО установить следующие необходимые общие команды и сигналы:

Начальник штаба Ленинградской армии

противовоздушной обороны

подполковник ПРИВАЛОВ

– Наконец-то, товарищ полковник! А то я уже тут всю служебную литературу перечитал! Где ходите? Вы вообще летать-то хотите? Что-то не заметно. Отставить скулеж! Сколько у тебя боевых вылетов? Не сказать, что уж очень много… Так, Васек, я слышал, что у тебя два сбитых? Есть такое дело. А стрелял ты как? Вот тебе плакат с силуэтами, вот тебе целлулоидный прицельчик… Давай, злодействуй. Та-ак, скажем, вот этот вот фриц… Дистанция – двести метров, он начинает вираж влево, скорость – пятьсот. Ракурс – две четверти. Как будешь стрелять?

Васек подумал и приложил целлулоидный кружок с размеченной сеткой прицела в точку выноса упреждения.

– Какое упреждение берешь? Полтора корпуса? Правильно, годится… Выход из атаки куда? Верно, вправо. Еще разочек… Вот этот вот гад. Уходит от тебя вверх. Скорость около шестисот – твои действия? Вынос прицела? Верно. И последний вопрос. Вот тут он идет вниз-вправо… Знаю, что сложно. Показывай… нет – лучше вот так, понял? Ну, если понял, тогда пошли.

* * *

– Итак, товарищи летчики. Слушай боевой приказ. Капитан Кузьмичев! Оставляешь на аэродроме дежурную пару. Можешь использовать ее на усиление, но лучше не надо. Сам с ведомым проскочишь по линии фронта, посмотришь, ориентировку закрепишь. В затяжные воздушные бои вступать запрещаю! Единственно, что тебе можно – прийти на помощь нашим, если их фашисты зажмут. Ясно? Еще раз – запрещаю! – Я сурово погрозил Кузе пальцем. – Уяснил? Вот так-то! Я с полковником Надеждиным и звеном капитана Извольского пойду на север. Там пробежимся… План полета примерно такой же. В случае встречи с противником я приму решение – вступать ли нам в бой или нет. Если ввяжемся, то мы с Василием атакуем, а ты, Кир, обеспечиваешь безопасность полковника, ясно? Полковник, вам слова не давали. Вы лететь хотите? Тогда продолжайте хотеть молча, вам ясно? По машинам!

Вот так вот! Только дай им слабину. Я оглянулся назад. Метрах в двенадцати молотил мотором истребитель Василия. Дальше стояло звено Кира.

– На взлет! – Я махнул рукой из открытой кабины и дал сектор газа от себя. – Полетели!

…Дымка, все время здесь, в Ленинграде, дымка и облака. Либо просто дымка, либо облака, либо – дымка с облаками… Небо плохо просматривается, сложно искать цель, все время приходится крутить головой, напрягать зрение. Правда, сегодня у нас есть помощники.

– Наседка, я Гром-1. Видишь нас? Есть кто поблизости? Понял, жду…

Мы уже около восемнадцати минут в полете. Движемся на четырех тысячах, левым пеленгом. Скорость 540 – хватит для любого маневра. Я иду ведущим звена. Кирилл своей парой прикрывает нас сверху. За мной тянется Юрка Лесных с Парикянцем. Четко идут, как на картинке…

– Гром-1, ответь Наседке.

– На связи.

– Курс 320, удаление до двадцати километров, цель групповая, но засечка маленькая… Предположительно – три-четыре самолета. Высота около пяти. Как понял?

– Понял вас, иду на перехват! За мной!

Я чуть прибавил оборотов и полез вверх, загибая плавный левый вираж. Нужно набрать превышение. Хотя бы тысячи на полторы…

– Семерка, не суетись… Твое время еще не пришло… – Вася что-то задергался, сократил дистанцию. – Займи свое место. Внимание всем. Поиск.

Мы продолжали лезть в высоту. Уже 5700. Хватит, пожалуй… Где эти гады? Я стал легонько класть истребитель то на правое, то на левое крыло, осматривая переднюю полусферу. Вон, что-то блеснуло. Или мне показалось? Да нет. Явно проблеск. Это плекс фонаря противника! Цель обнаружена!

– Гром-1, на два часа, удаление до пяти, ниже пятьсот – три самолета!

Сам вижу. Кто это, интересно? Кажется – бомбардировщик, а с ним прикрытие. Да, точно! Большой и неуклюжий бомбер и пара «мессов». Это финны или немцы? А черт их разберет – далеко. И все отличие-то, что у финнов кресты синие. А вот бомбардировщик какой-то незнакомый. Точно! Это английский бомбардировщик «Бристоль Бленхейм», закупленный финнами в конце тридцатых. Ничего я про него почти и не помню. Две огневые точки, что ли, скорость близко к пятистам, если я не ошибаюсь… Вроде – устойчив к повреждениям. Во всяком случае, нашим «ишачкам» в Финскую сбивать их было трудно. Естественно – с их-то «ШКАСами». Ничего, у нас калибр оружия покрупнее будет. Значит, все же финны… Навряд ли немцы станут прикрывать финский бомбер. А это, скорее всего, и не бомбер вовсе. А разведчик. Ну, да ладно. Хватит думать – трясти надо!

– Семерка, выходи вперед. Я прикрою. Будешь атаковать. Все, что планируешь делать, говори мне. Может, что и посоветую. Давай – вперед! Кир, внимание – «мессы» твои. Хотя… Оставь и для «Семерки» одного.

Истребитель Василия прибавил скорость и бодро выскочил вперед.

– Звену! Продолжаем набор, расходимся с противником правым бортом и загибаем крючок. Атака сзади от солнца! – дал свое первое ЦРУ Василий.

Грамотно и правильно. Молодец Вася! Финны нас, по-моему, еще не видят. Нас-то радар навел, мы их ждали и искали, а они никого не ждут. Да и надоело, наверное, в дымку-то пялиться. Ну, увидят потом, конечно… Но поздно уже будет.