Ксеноб-19 - Андрей Ливадный

Итак, следуя путем рассуждений, на первой стадии искусственной эволюции, у Иных, кроме биологического мозга, появилась не только дополнительная «кибернетическая» память, но и средства мгновенного удаленного доступа к базам данных или вычислительным мощностям других кибернетических устройств.

В таком случае, перед нами возникает образ пытливого, ищущего существа, стремящегося реализовать полученные возможности, но свидетельства ксенобиан прямо противоположны: когда ксеноморфы впервые столкнулись с разумными формами Иных, те вели себя апатично, не проявляя живого интереса к новому биологическому виду, вторгшемуся на их планету из глубин пространства, более того, они сами прекратили исследование и освоение космоса, о чем бесспорно свидетельствуют брошенные на произвол судьбы колонии.

Значит ксенобиане появились на родной планете Иных, когда те уже прошли некую стадию развития… но какую?

Что лежало в основе их равнодушия? Апатичность. Скука? Но почему? Разве Вселенная не полна интригующих тайн, а подсознание не хранит тревожащих разум воспоминаний?

Однако, загадки мироздания — это удел логики, но не чувств. Вдохновение необходимо художнику, писателю, поэту, человеку искусства, но не холодному математическому рассудку, познающему Вселенную, — для последнего важна ясность и скорость мышления.

Несомненно Иные, усовершенствовав свои тела, не встали под один штамп в плане сознания, — они не потеряли собственного «я», оставаясь индивидами.

Но они утратили главное: возможность к естественному воспроизводству, продолжению рода, их кибернетические тела уже не годились для элементарной физической близости, но разум… Он никогда и ничего не забывает, тем более таких основополагающих инстинктов, сформированных миллионами лет эволюции, как призыв к продолжению рода…

Сконструировать себе подобного? Ясно осознавая при этом, что получаешь эрзац?

Не тут ли скрывалась первая червоточина, подтачивающая выгодные устои вечного существования?

Психологическая травма, с которой не в состоянии справиться мозг, те самые неугодные воспоминания, закодированные природой инстинкты, которые начали причинять дискомфорт, а в прогрессе — буквально сводить с ума?

Наш механизм периодического обновления памяти, отторгающий ненужные воспоминания в глубинные слои подсознания, не означает, что такая информация утрачивается, мозг не забывает прожитого, и память о прошлом, когда они могли ЛЮБИТЬ, в определенный момент могла вырваться наружу, внося смятение и дискомфорт, ломая устои нового мировоззрения, швыряя бессметные личности в пучину бессильной ностальгии…

Выбор. Они встали перед выбором: помнить все, бессмысленно страдая, вернуть себе плоть, а вместе с ней и конечность бытия, или сделать следующий шаг, реконструируя разум.

Вечная жизнь?

Не слишком ли высокая плата за утрату человечности, со всеми ее преимуществами и пороками?

Общество Иных должно было расколоться. Одни не выдержали прессинга не находящих выражения чувств, и погибли, не важно как, другие повели себя более взвешенно, пытаясь устранить саму причину дискомфорта.

Забыть.

Забыть навсегда.

Но для этого им необходимо перестроить свой мозг, внедрить в него функцию безвозвратной потери данных, наличие которых ведет к пагубным последствиям.

Значит, ксенобиане ошиблись, когда сочли, что встретились с существами, наполовину состоявшими из плоти.

Нет. Иные к тому времени уже превратились в стопроцентные машины. Ксеноморфов обманул гуманоидный облик существ, их кожные покровы, лица, сохранившие способность к мимике. Внешне они еще походили на живых существ, но внутри являлись кибернетическими организмами, нервные ткани которых заменили искусственные нейросети, — только так они могли решить проблему сбалансированности рассудка, удаления препятствующих дальнейшему развитию инстинктов и воспоминаний, ибо ни одна операция на живом мозге не приведет к желаемому результату, разве что необратимо травмирует его.

Они сознательно сделали роковой шаг: утратили не только возможность эмоционального восприятию мира, но и саму память о ней.

Их разум, основанный на искусственных нейросетях, хранил теперь только полезные данные. Они получили возможность к продолжению вечного существования, вычеркнув при этом понятие «смысл бытия», из собственного сознания.

Прояви ксенобиане разумную осторожность, Иные до сих пор оставались бы на своей планете, не предпринимая попыток экспансии в космическое пространство, — они не нуждались в новых территориях, у них отсутствовал мотив к действию, ведь со временем шла постоянная сортировка и замещение информации, — исчезали эпизоды памяти, оставшиеся от биологических прототипов, — бесполезные с точки зрения киборгов, но критичные для формирования таких качеств, как характер, личность.

Ими постепенно овладевал статис, и единственным инстинктом, которым не может пожертвовать ни одно здравомыслящее существо, являлся инстинкт самосохранения, — именно его пробудили ксенобиане своими экспансивными действиями на родной планете Иных.

Механизм самозащиты, неважно, сформированный эволюцией, или эквивалентно размещенный в нейросети, — это серьезный, не теряющий функциональности стимул к совершению определенных действий.

Сообщество Иных, распавшееся на отдельные элементы, внезапно ожило.

У них снова возникла потребность к осмыслению окружающего мира, прогнозированию развития возникшей ситуации, (нечеткая логика, чаще именуемая фантазией), что в свою очередь пробудило потенциал творчества, — получения новых систем путем синтеза имеющихся.

Они проснулись.

Проснулись, чтобы защищаться, и в итоге им пришлось заново возрождать производства, строить космические корабли, создавать исполнительные системы, но теперь уже с иной целью — очистить космос от биологических мыслящих форм, которые своим существование несли очевидную угрозу, не приемля «вечные рассудки», разучившиеся любить и чувствовать.

Из Иных вышли идеальные хладнокровные разрушители, — свидетельство тому — уничтоженные колонии ксенобиан и удар по Солнечной системе, который к счастью удалось отразить.

Исполнительные механизмы Иных уничтожены, но мыслящие машины, бывшие когда-то живыми существами исчезли.

Это заставляет нас постоянно жить в ожидании нового удара: послать исследовательские группы военно-космических сил в звездные системы, где были уничтожены колонии ксенобиан, мы сможем только восстановив подорванную войной экономику Солнечной системы, поэтому вопрос остается открытым, а мои размышления — это лишь одна из гипотез, не имеющая фактического подтверждения…

* * *

Запись оборвалась, но в салоне «Ланцета» еще долго висела гнетущая тишина.

— Дана, ты нашла только эту информацию? — Наконец нарушил молчание Светлов.

— Нет, Антон, информации достаточно много, но ИПАМ выделил и предложил для немедленного просмотра именно эту часть. Все остальное, насколько я могу судить, относиться к планам раскопок, конкретным находкам, разного рода отчетам. Еще осталась много фрагментов, в основном поврежденных.