Солдаты Омеги - Виктор Глумов

Лекс больше не поддавался на уговоры «выпить по чуть-чуть», старался все время проводить со своими людьми, на подначки Глыбы не реагировал.

На второй день по радиосвязи пришло указание из Омеги: разобраться с фермой дурман-травы, дескать, совсем там охамели, на патрули нападают. Вот ты, лейтенант, и зачисть. С боевым крещением тебя, так сказать. С первым заданием.

Пришлось делать привал. Ожидая, пока наемники построятся, Лекс обозревал окрестности и томился неведомым доселе чувством. Места вокруг были смутно знакомые — совсем недалеко от родной фермы. Еще вчера он сказал бы, что у него нет дома, кроме Цитадели, сейчас же понимал, что здесь все родное: и останки машин, и разбитые дороги, и даже накренившиеся ржавые башни — на них когда-то провода крепили.

— Бойцы!..

Восемнадцать пар глаз смотрели на Лекса, и он растерялся.

— Получен приказ от командования! По пути в гарнизон наш взвод должен выполнить почетную миссию: зачистить ферму дурман-травы.

— Всех поубивать? — спросил рядовой Рик.

— Р-разговорчики! — вызверился на него сержант Тео.

Видно, опытный рядовой допек сержанта советами. Но Лекс реагировать на выкрики из строя не стал, ответил:

— Да. Наркоманы совсем совесть потеряли. Терроризируют местных жителей, на патрули нападают. А эти земли, бойцы, под нашей защитой. И наш долг — охранять мирное население от всякой швали. Задание ясно?

— Карта есть? — снова вклинился Рик. — Карта фермы?

— Р-разговорчики! — Тео шагнул к рядовому и влепил ему затрещину.

— Отставить! — вмешался Лекс. — Сержант, не распускай руки. Карты, рядовой, нет. Откуда карта фермы? На месте осмотримся. Там же конченые наркоманы, у них мозги высохли. Но наркоманы эти вооружены. Поэтому мы просто придем и всех перестреляем. А тебе, рядовой, я объявляю выговор пока что без занесения…

— За общее разгильдяйство, — подсказал стоявший поодаль капрал Глыба. — А не пальнуть ли по ним из главного орудия, лейтенант? Чего лишний раз людей опасности подвергать? Там небось не ворота — одно название. Проломим. Пальнем. И гусеницами их…

— Разберемся. Сейчас проведем рекогнис… рекогнисце… разведку. Группа разведчиков… Добровольцы есть?

— Я там был, — Артур шагнул вперед, — разреши мне, лейтенант. Когда меня везли в Омегу, грузовик мимо фермы проехал. И потери были.

Отпускать его Лекс не хотел. Во-первых, разведка — дело опасное. Во-вторых, он не был уверен в честности «брата». Настроение у Артура странное — ну как решит дезертировать? А если не отпустить — обидится, поймет, что лейтенант ему не доверяет. Лекс тяжело вздохнул:

— Хорошо. Ефрейтор Артур… Рядовой Рик. Вот вы двое. Подойдете осторожно, внутрь фермы не соваться. Выяснить, сколько людей вокруг, как охраняют. Обойти по периметру, прикинуть точки проникновения. Задание ясно?

— Так точно! — хором откликнулись бойцы.

— Тогда подойдите ко мне, я сориентирую, как туда попасть.

Пока остальные устраивались на длительный привал, Рик, Артур и Лекс обсуждали дорогу к ферме. Лекс считал, что удобнее всего подбираться по тракту, Рик настаивал на обходном пути. В конце концов Лекс воспользовался служебным положением и приказал идти по прямой.

* * *

Отсюда не было видно даже свалки, к которой прилепилась ферма, — ее скрывали холмы. Между ними петляла разбитая, исщербленная дорога, оставшаяся с древних времен.

Шли налегке: вода, оружие, ничего лишнего. Рик молчал, пока грузовики и танкер не скрылись за поворотом, потом остановился:

— Ну что? Уходим?

Артур сперва не понял, что рядовой предлагает предательство, и очумело затряс головой. Рик усмехнулся:

— А я-то думал, ты бежать решил. Ну, нет так нет, пойдем к ферме. — И как ни в чем не бывало поспешил дальше.

Артур нагнал его:

— Зачем ты так?

— А я, ефрейтор, должен знать, с кем в разведку иду. Уж извини, но на идейного ты не похож. Да еще постоянно с лейтенантом цапаешься. Я и решил: ты с братом рассорился, захотел нос ему утереть.

— А если бы я правда?..

— Выстрелил бы тебе в спину. Предателей — не люблю. — Рик замолчал, думая о чем-то своем.

Артура пробрала нервная дрожь: нелегко идти рядом с человеком, который не раздумывая убьет тебя. Рик так просто в этом признался, будто стрелять в спину для него — привычное дело.

— Что, ошарашил? Привыкай. На войне как на войне. Ты волком-то не смотри, ефрейтор. Я до Омеги такое прошел… ты бы во сне срался, доведись…

— Откуда ты знаешь, что я пережил? — процедил Артур. — Думаешь, я маменькин сынок?

— Ты-то? А пожалуй, да. Вот братец твой посерьезней, видно — ломали парня, а не сломали. Не зря он лейтенант. Пообвыкнется, хорошим офицером станет. А ты — сопля соплей. Вечно обиженный, все тебе должны, а брат — больше всех должен. Не зря ты только ефрейтор.

— Да я… — У Артура от обиды перехватило горло.

Рик рассмеялся. Остановился, оглядел его с ног до головы.

— Гордость с гонором путаешь. Пойдем, ефрейтор. И не вздумай меня подставить — пойму ведь и убью.

И успею это сделать раньше, чем ты выстрелишь. Осознал? Так-то. А будешь слушаться — помогу. И советом, и делом. Пора взрослеть, парень.

Артур сплюнул под ноги. Рик двинулся вперед как ни в чем не бывало.

Откуда они берутся, эти старперы с их нравоучениями, со снисходительными минами, похлопыванием по плечу? Ведь был же и ты, Рик, когда-то молод. А теперь, вишь, самый умный, самый справедливый. Прямо как Лекс. Недаром тебе Лекс так нравится, ботинки ему целовать готов, лишь бы выслужиться!