Меченые Проклятием - Дэйв Дункан

— Поспи немного, — сказал он ей с ласковой улыбкой. — Возможно, я тебя еще позову.

Что было вполне вероятно, если допрос пройдет хорошо.

Раздвинув полог, Гексцион вышел в приемную. Здесь стояли прочные дубовые кресла, а на полу лежали ковры попроще. На одной стене висела карта.

Его ждал Френцкион. Он приветствовал короля ударом копья о шит и опять замер.

Гексцион одобрительно поглядел на него. Френцкион Зорг был Воителем, командиром Череполиких — отборной королевской гвардии, последней секты традиционных зарданских воинов, уцелевшей в Куолии. На нем была шкура леопарда, причитавшаяся ему в соответствии с рангом, но леопард этот, видимо, был небольшим — или Френцкион предпочитал как можно меньше закрывать тело. Да и действительно, жалко закрывать это великолепное сплетение бронзовых мышц, которым Френцкион гордился по праву.

— Как успехи, Воитель?

— Приказ выполнен, ваше величество. Мы привезли мо лодого пленника.

Гексцион потер руки.

— Крепкий? Выносливый?

— Жилистый юноша. На вид совершенно здоров.

Как всегда, выражение лица Френцкиона было невозможно понять. Череполикие выдергивали с корнями растущие на лице волосы: бороды, усы и брови — и наносили на кожу черно-белую татуировку, которая делала лицо похожим на череп. Еще они отрубали себе носы — для устрашения врагов. Однако сам Гексцион не стал следовать традиции. Он больше любил причинять боль другим.

— А как его спутники?

Челюсть черепа дернулась. Возможно, это означало удовлетворенную улыбку.

— Сладко спят, не подозревая, что лишились дозорного.

— Очень хорошо. Награди тех, кто брал пленного, сверхурочным свиданием с женщиной. Ну, ведите же его! И вели принести жаровни. Надо узнать, кто вторгся на нашу территорию.

Самое приятное во всей этой истории было то, что «вторглись» наверняка никому не опасные купцы и никаких секретов этот юноша поведать им не сможет. Гексцион всегда ощущал разочарование, если пленники сразу выбалтывали важные сведения. А тех, кто отпирался, можно было допрашивать бесконечно долго.

Он направился к своему любимому креслу и вдруг заметил, что Воитель стоит на месте.

— В чем дело?

— Эти люди расположились двумя стоянками. Ты, наверно, помнишь, что то же самое сообщали разведчики. Они движутся двумя обособленными группами: четверо едут в повозке, а остальные шестнадцать следуют за ними верхом. Ночуют две группы тоже на расстоянии друг от друга.

Король нахмурился. Френцкион, видимо, придает этому какое-то значение, но его лицо-череп ничего не выражает.

— Почему?

— Пленный подтвердил, что четверо, которые едут в повозке, — джоолграты, ваше величество.

— О Судьбы! Необученные джоолграты?

— Видимо, так. Пленник также говорит, что в их отряде есть и другие меченые.

— Проклятие! — взревел Гексцион. Он постучал пальцами по ручке кресла, раздумывая над услышанным. — Здесь, возможно, замешан Рарагаш.

— Возможно.

— Может, они туда и едут?

— Да, они едут в том направлении, ваше величество.

Академии не понравится, если один из ее агентов умрет под пытками. Вот не повезло! У Гексциона было чувство, будто его обокрали. За что Судьбы к нему так несправедливы?

— Вы его били? — грозно спросил он Френцкиона.

— Совсем немного, ваше величество. Он сам все рассказал.

— Лжет? — с надеждой спросил Гексцион.

— Не думаю. У него зарданское имя, но он не настоящий зарданец.

— Ну чего стоишь? Пошли за Хан А-Литом. Надо докопаться до истины.

Перед допросом пленника раздели догола, связали и заткнули ему рот. Потом привели в королевскую приемную и посадили на стул. Как и сказал Френцкион, это был жилистый юноша, но опытный взгляд Гексциона определил, что скорей всего умрет от шока и развлечения от него будет мало Лицо его было серым от ужаса. Он таращился на короля выпученными глазами и даже, видимо, не оценил роскошного убранства королевского шатра.

Гексцион ходил по приемной и, мурлыкая себе под нос, затачивал ножи, клал на жаровню клещи и прочие орудия пыток. Френцкион привел Хан А-Лита. Он явно вытащил толстяка из постели, и тот был в крайнем раздражении. Еще бы! Увидев при пробуждении Череполикого, любой поверит, что сбылся его самый страшный кошмар. Серебристые волосы и борода Хан А-Лита развевались, как паутина. Сочетание зеленого кафтана, синих штанов и красной физиономии резало глаз. Сандалии были надеты не на ту ногу.

— Ладно, можете не извиняться, — прорычал он. — Так и так я намерен при этом присутствовать,

Он хмуро посмотрел на пленника, потом подошел поближе и вгляделся ему в лицо.

— Спасибо, Воитель, — сказал Гексцион, отпуская Череполикого. Он доверял Череполиким, но не больше, чем вообще кому-нибудь доверял — то есть не дальше, чем на расстояние между бровями осы. И не считал нужным поверять Френцкиону государственные тайны. Разумеется, Хан А-Лит был в курсе всех секретов. Жилистый юнец ничего не знает. Он ни на что не годится, кроме как полюбоваться на его мучения.

Полог опустился за Френцкионом. В приемной остались лишь король, Хан А-Лит и пленник.

— Спрашивайте! — буркнул Хан А-Лит. Он сел в кресло и принялся переодевать сандалии.

— Как тебя зовут, парень? — спросил Гексцион.

У пленного все еще был заткнут рот, и он только испуганно таращился на короля и дергал бровями.

— Полион Тарн, — со скучающим видом ответил Хан А-Лит.

Глаза пленника выпучились еще больше, хотя, казалось бы, больше уже некуда.

— Зачем ты сюда приехал?

Хан А-Лит выпрямился в кресле.

— Они едут в Рарагаш. С ними несколько меченых. Сколько их, парень? — явно заинтересовавшись, спросил он уже сам. — Что там сказал шуулграт? Кто вылечил старуху? Как фамилия Тибала?

Пленник смотрел на него с ужасом в глазах.

— Стой! — крикнул Гексцион. — Я сам...

— Нет уж! — прорычал Хан А-Лит. — Замолчи. Она била хлыстом ивилграта?

Он задал еще несколько совершенно непонятных королю вопросов, потом откинулся на спинку кресла и взъерошил обеими руками свою седую шевелюру.

— Н-да! — Его лицо покраснело еще больше, и он поглядел на Гексциона с хитрой ухмылкой. — Очень интересно. Очень! Тебе лучше оставить этих людей в покое, государь. Послушай моего совета — не трогай их.

— Объясни!

Хан А-Лит хихикнул:

— Не могу.

— Ты работаешь на меня по договору...

— По условиям договора я не обязан открывать тебе тайны Академии. Потрясающе! Парень и не представляет, что происходит. Да и мелкому тирану вроде тебя, Гексцион Гараб, это не по зубам.