Драконов бастард - Илья Крымов

— Нет, не стоит! Я хочу обратиться к архивам Шангруна! Мне все равно что читать, лишь бы было что!

— Вы получите все, что пожелаете. Также Шангрун может предложить вам набор словарей, которые помогут в работе с трактатами, составленными на мертвых языках.

— У вас есть еда?

— Шангрун не приспособлен для длительного проживания, это архив знаний.

— Хорошо, что я принес с собой.

— Соседство пищи или огня с хранящимися в Шангруне документами нежелательно.

— Я буду очень аккуратен!

Дни летели незаметно — ведь волшебник был занят. Он без устали носился по безразмерным залам, выискивая те или иные документы, чтобы сорвать их с полок и перетащить в свое импровизированное гнездо. Гнездом являлась куча уже позаимствованных документов, которыми волшебник обложился и которые штудировал со счастливым блеском в глазах, заполняя страницу за страницей своей собственной книги заклинаний. Все, что казалось ему интересным, немедленно попадало в нее, все, начиная с простейших словоформул и кончая длиннейшими описаниями самых сложных ритуалов. Полузабытые заклинания, такие как Равноправные Братья или способы призыва зверей Понгемониуса,[48]он жадно впитывал все. Одна иллюстрация за другой отправлялись на страницы его книги, подписываемые убористым почерком в сопровождении сложных формул и схем магического черчения. Со временем участились случаи головокружений и обмороков. Тобиусу казалось, что он тонет в море, которое пытается выпить. Шангрун таил столько знаний, что не хватило бы и десяти жизней для полного их постижения — даже десяти мажеских жизней.

— Архивариус! — позвал Тобиус.

— Чар?

— Я устал.

— С живыми существами такое часто случается.

— Мне нужен еще один труд по демонологии, записи Сашууры Аторинийской, а еще дополненное переиздание демонологических атласов, посвященных Пеклу и его порождениям. Мне нужно все, что есть о демонах высших эшелонов.

— Исчерпывающих сведений по вашему запросу не существует, чар. Все же вы говорите о вершине иерархии Пекла. О сущностях, которых никто и никогда не пытался призывать, так как, кроме самого Джассара Ансафаруса, никто не смог бы их удержать. Документов же, свидетельствовавших о том, что Маг Магов призывал кого-то из высших демонов Пекла, не существует.

— Да уж… зачем бы ему было их звать, когда он сам наверняка был ничуть не слабее любого из них…

— Записи Сашууры Аторинийской в данный момент отсутствуют на положенном месте. Ваш предшественник не соизволил вернуть их, а я не стал этого делать, ибо не знаю, намерен ли он сам возвращаться.

Тобиус резко вскочил на ноги.

— Архивариус, сколько я уже здесь?

— В этом зале или в Шангруне?

— В Шангруне!

— Шестьдесят восемь дней, тринадцать часов, сорок пять…

— И за все это время ты не сказал мне о… о ком?! Моем предшественнике? Когда он был здесь? Где он теперь?

— Чар Финель Шкура пришел в Шангрун два года назад и, пробыв здесь некоторое время, исчез.

— Что значит исчез?! Как это — исчез?!

— Это неизвестно. Я могу следить за всеми живыми существами в этих стенах, но исчезновение чара произошло слишком внезапно. Я обратил на него внимание сразу же, но чара больше не было в Шангруне, лишь некоторые его вещи и те документы, которые он взял на изучение, остались.

— Ты можешь проводить меня к месту, где он… где он провел последние минуты своего существования?

— Даже последние секунды. Следуйте за своей копией.

Маг заторопился, стараясь не отставать от стеклянного двойника. Тот вел его незнакомыми путями, из зала в зал, через коридоры, которыми Тобиус никогда не ходил, мимо нечитаных гримуаров, которые почти молили о том, чтобы он вкусил плоды их знаний.

Двойник провел его мимо одного примечательного места — больших выпуклых ворот из сверкающей меди. Волна мощнейшей магии заставила Тобиуса остановиться и взглянуть на них по-иному.

— Архивариус, стой.

— Чар?

— Что за этими воротами?

— Это очень важное место, чар. Внутри заточен один из сильнейших духов Шангруна, который является важной частью оборонительной сети книгохранилища.

— Вот как?

Тобиус уже знал, что маги, построившие Шангрун, позаботились об его изрядной защищенности и автономности. Они собрали в книгохранилище многих духов, мелких демонов, всех, кто не нуждался в постоянном уходе и материальной пище. Эти сущности, вживленные в белые стены, дремлющие в заветных артефактах, постоянно охраняли наследие волшебников прошлого. Их привязывали к Шангруну чары разной силы, и, судя по тому, какие чары были вплетены в пузатые медные створки, внутри томился как минимум небольшой божок.

— Если желаете посмотреть на обитателя этой камеры, мы можем подняться на этаж выше, чар. Это по пути.

— Веди.

Этажом выше прямо в полу посреди небольшой круглой залы располагался купол из блестящего стекла с металлическими рамами. Под куполом маг увидел другую залу, тоже круглую, все поверхности в которой были сработаны из разнообразных плит серого камня, и по всем этим плитам тянулись линии, сплетенные из тысяч мелких значков, горящих магическим светом. Сложнейшие ритуалы и могущественнейшие чары из области спиритуалистики были использованы там, — и все это чтобы только заточить одного-единственного духа. Довольно крупного духа, нужно отметить, хотя для сущностей вне рамок материи размеры редко что-то значили.

Это порождение нематериального мира не походило ни на одно обычное живое существо. Развевающаяся грива лазурных, бирюзовых и пурпурных цветов обрамляла его уродливую морду, отдаленно походящую на львиную, но с двумя зубастыми пастями вместо одной. Из гривы по кругу росло десять одинаковых рук-лап с кривыми когтями, а сзади из нее произрастало длинное и гибкое тело, похожее на змеиное, покрытое бирюзовой чешуей; на конце хвоста широким веером сверкали, словно перья райской птицы, золотые молнии.

— Я видел это уже. Видел в одной из книг Шангруна. Ответь мне, это же… хуракан?

— Так и есть, чар. Это хуракан, дух, а у некоторых народов Палташского бассейна даже бог ураганов. Один из сильнейших духов, известных миру.

— Это ведь он поддерживает ураганный ветер вокруг книгохранилища?

— Так и есть, чар. Создатели Шангруна сотворили отменную ловушку. Совместив в ней принципы узилища и генератора. В природе хураканы дремлют большую часть года, а когда просыпаются, некоторое время творят свои бесчинства и вновь засыпают. Камера этого духа не только держит его здесь, но и постоянно питает силой. Не в тех количествах, чтобы он вырвался, но ему постоянно приходится сбрасывать излишки этой силы. По этой причине ураган поддерживается постоянно.