Сын Сумерек и Света - Олег Авраменко

Меня разбудил вызов через Самоцвет.

«Кто?» — спросил я спросонья, не раскрывая глаз.

«Бренда. Ты в норме, Артур?»

«Да, уже выспался».

«Ага, понятно. Ты так крепко спал, что мне с трудом удалось дозваться до тебя».

«Я в Безвременье, — лениво ответил я. — Поэтому ты не могла…»

Тут ко мне пришло понимание ситуации, я окончательно проснулся и распахнул глаза. Я не увидел над собой зелёного неба Безвременья; я вообще ничего не увидел, кроме темноты. Обострив своё зрение, я обнаружил, что лежу на застланной постели в спальне Дейдры, а ставни на окнах закрыты. Дневной свет сквозь щели не пробивался, значит, и снаружи было темно. Поздний вечер или ночь…

— Проклятье! — выругался я вслух.

«Что-то стряслось?» — обеспокоено спросила Бренда.

«Похоже, я сглупил… Но, — поспешил добавить, — ничего страшного. Только и того, что заставил Моргана ждать. И, возможно, поволноваться. Кстати, который час?»

«Полодиннадцатого».

«Очаровательно! Как Пенелопа и Брендон?»

«Спят и, видимо, продрыхнут до утра. Прыжок через бесконечность очень потряс их».

«А тебя?»

«Тоже. Но я уравновешенная девочка, меня непросто выбить из колеи. Я уже отдохнула, чувствую себя свеженькой, вот сейчас поужинаю и отправлюсь знакомиться со здешними населёнными мирами».

«Не исчезал надолго, — предупредил я. — Буду волноваться».

«Всё нормально, Артур, утром я вернусь».

Мы попрощались и прервали связь. Я встал с кровати и, чтобы дальше не напрягать зрение, вызвал Образ Источника и зажёг в канделябрах свечи. Потом достал сигарету, закурил и стал думать.

Что же стряслось, чёрт возьми? Я заснул в Безвременье и рассчитывал проспать, сколько душе угодно, не потеряв ни секунды в материальном мире. Но проснулся в спальне Дейдры лишь на исходе суток, причём спал так крепко, что не реагировал на вызовы Моргана — а он, ясное дело, неоднократно пытался связаться со мной.

Что это, штучки Бронвен? Может быть — но какой в этом смысл? Впрочем, поступки женщин зачастую не поддаются никакому логическому объяснению. Наверное, она вернулась, увидела меня спящего и в сердцах сказала: «Ты отвергаешь мою любовь, потому что верен Дейдре? Так отправляйся же спать к ней!» — И я отправился…

Дверь спальни тихо заскрипела, отворяясь. В комнату, со свечёй в руке, вошла прелестная рыжеволосая девушка, одетая в вечернее платье из голубого бархата. Я не терял ни секунды — немедленно бросился к ней, схватил её в объятия и прижался губами к её сладким губам. В некотором смятении, однако нежно и страстно, она ответила на мой поцелуй.

В следующий момент я отпрянул и смущённо пробормотал:

— Извини, Дана… Я принял тебя за Дейдру.

Это была ложь, и Дана поняла это. Я сразу узнал её, как только она вошла, но уже не смог сдержать свой порыв. Я потерял над собой контроль, когда увидел её. Я совершенно потерял голову! Находясь в Экваторе, я то и дело ловил себя на том, что думаю о Дане всё с большей нежностью. Но никак не ожидал, что встреча с ней вызовет во мне такой шквал эмоций. Да, я избавился от первого наваждения, я больше не испытывал влечения к Бронвен. Зато я попал в сети другой девушки, более женственной, более желанной, более… более…

Целую вечность мы стояли, растерянно глядя друг на друга. К действительности меня вернул запах гари. Я оглянулся и увидел, что вокруг сигареты, которую я уронил, когда кинулся к Дане, начал тлеть ковёр. Я быстро затоптал тлеющий участок, а окурок переправил по микро-туннелю в ближайшую помойную яму. Тем временем Дана закрыла дверь, поднял с пола погасшую свечу и положила её на тумбу.

— Извини, я не знала, что ты вернулся, — сказала она. Как-то само собой получилось, что мы перешли на ты, хотя раньше для наших отношений была характерна излишняя официальность.

— Ты ищешь Дейдру? Её здесь нет.

— Знаю. Сейчас она даёт пир в честь иностранных послов, явившихся засвидетельствовать почтение будущей королеве Логриса. — Дана грустно улыбнулась. — Ещё три месяца назад я устраивала такой же пир.

— Мне жаль, что так получилось, — виновато сказал я.

Дана энергично мотнула головой:

— Я на тебя не в обиде, Кевин… или Артур? Как теперь тебя называть?