Драконы Исчезнувшей Луны - Трейси Хикмэн

— Дабы сообщить вам о том, что происходит в мире, пока вы спите.

— Ну, говори, — разрешила Малис, открывая второй глаз.

— Где ваш тотем, Повелительница? — холодно спросил Даламар.

Малис повернула голову, уверенная в том, что увидит огромную гору черепов, память о многочисленных победах — своих, Ская и Берилл. Затем глаза ее округлились, а дыхание перешло в ужасающий свист. Вскочив на лапы так стремительно, что гора содрогнулась до самого основания, драконица принялась дико озираться по сторонам.

— Где он? — взревела она, бешено забив хвостом. Гранитные стены начали трескаться от ударов. Сталактиты падали с потолков, вдребезги разбиваясь о голову Малис, но она не обращала на это никакого внимания. — Кто украл его? Отвечай!

— Отвечу, — спокойно сказал маг. Его не пугала разъяренная драконица, ибо она не могла причинить ему, бесплотному, никакого вреда. — Однако прежде я хочу попросить кое-что взамен.

— Тебе бы только торговаться, — прошипела она, сплюнув пламенем.

— У меня нет выбора, — объяснил Даламар, показывая ей свои призрачные руки. — Вы отыщете тотем и накажете похитителя, а потом с помощью магии соедините мой дух и мое тело.

— Договорились, — рыкнула Малис и вытянула голову. — Назови вора.

— Мина.

— Мина? — повторила драконица озадаченно. — Кто такая Мина и зачем ей понадобился мой тотем? И потом, как она умудрилась добраться до него? Я не чувствую постороннего запаха, а значит, никто не вторгался в мою пещеру. Следовательно, никто не мог и унести его.

— Даже целой армии воров было бы не под силу завладеть вашим тотемом, — согласился Даламар, — если только эта армия не состоит из мертвецов. А именно таковая здесь и побывала.

— Мина... — выдохнула Малис с презрением. — Кажется, я что-то припоминаю. Она командует душами мертвых. Какая мерзость!

— Эта «мерзость» украла ваш тотем, пока вы отдыхали, и воздвигла его в Оплоте, в бывшем Храме Сердца, ныне именуемом Храмом Единого Бога.

— Опять Единый Бог, — зарычала Малис. — Он начинает меня порядком раздражать.

— Единый Бог мог бы вызвать у вас чувство куда более скверное, чем раздражение, — холодно заметил Даламар. — Ведь это ему — точнее, ей — обязаны своей смертью Циан Кровавый Губитель, ваша сестра Берилл и Келлендрос — самые могущественные после вас драконы Кринна. Единый Бог окружил Сильванести, уничтожил Квалиност, разгромил Соламнийских Рыцарей в Соланте, покорил Оплот, и теперь только вы преграждаете ему путь к окончательному триумфу.

Из легких драконицы вырвался хрип. Ей совсем не нравились слова мага, но она не могла не признать, что он говорил правду.

— Единый Бог украл мой тотем. Зачем? — угрюмо спросила Малис.

— Он был вашим не так уж долго, — ответил Даламар. — Новая Богиня явилась в мир слабой и беспомощной, однако вы сами оказали ей неоценимую услугу, присвоив тотемы Берилл и Ская, в которых находилось множество черепов ее бывших слуг. Поглотив их души, она полностью восстановила утраченные силы и теперь собирается предъявить свои права на мировое господство.

— Ты говоришь так, словно знаешь ее, — процедила драконица, пристально глядя на мага.

— Конечно, знаю, — подтвердил тот. — И вы тоже. По крайней мере, вам не раз доводилось слышать о ней. Ее имя Такхизис.

— Да, это имя мне действительно знакомо, — сказала Малис, щелкнув когтями. — Говорили, что она покинула Кринн во время Войны с Хаосом.

— Такхизис его не покинула, — возразил Даламар. — Она его украла и перенесла сюда, как давно уже планировала сделать при содействии Келлендроса. А вы сами никогда не задумывались о том, каким образом наш мир мог очутиться в вашей части Вселенной?

— Чего ради? — огрызнулась драконица. — Если в руки голодному суют пищу, он ест, а не философствует!

— Вы пообедали на славу, Величественная, — кивнул гость, — но забыли выбросить объедки. Теперь души мертвых драконов услышали зов своей Владычицы и ждут ее приказаний. Она выставит против вас огромное количество слуг.

— Да, только все они без клыков, — усмехнулась Малис. — Этой тщедушной Богине не удастся отсидеться за спинами незрелой девчонки и армии мертвецов. Я верну себе тотем, а потом нанесу ей смертельный удар.

— И когда вы собираетесь посетить Оплот? — поинтересовался Даламар.

— Когда буду готова, — рявкнула драконица. — А теперь ступай.

Маг низко поклонился.

— Надеюсь, вы не забудете о своем обещании. Ведь в качестве цельного существа я смогу принести вам намного больше пользы.

Малис махнула лапой.

— Не забуду. Иди.

Она закрыла глаза и опустила голову на пол пещеры, притворившись спящей, однако Даламар не поверил ей: он понимал, что, как бы драконица ни старалась выглядеть спокойной и равнодушной, внутри у нее все кипело и бурлило.

Довольный своими успехами — по крайней мере здесь, — маг удалился.

Рыцари и солдаты приветствовали Мину радостными восклицаниями. Над горой из черепов, выросшей посреди поврежденного огнем Храма, витала Такхизис, но люди ее не видели. Да, собственно говоря, и не хотели видеть, ибо сейчас их интересовала одна лишь Мина.

Улицы Оплота почти опустели, а дракон Мирроар все еще искал посох, выбитый у него из рук.

— Что происходит? — спросил он своего спутника, который в конце концов вручил ему спасительную палку. — Я слышу шум и крики.

— Это Такхизис, — ответил Рейзор. — Она наконец явилась на Кринн. Многие из моих живых собратьев кружат в небесах, выкрикивая ее имя, а мертвые вторят им, и среди них находится моя подруга. Красные, синие, белые, черные, зеленые — все они клянутся в верности Владычице Тьмы. Ее сила возрастает, как и следовало ожидать.

— И когда ты присоединишься к ним? — поинтересовался Мирроар.

— Я много думал о том, что ты сказал мне в пещере Ская, — медленно произнес Рейзор. — Беда, приключившаяся с нашим миром, целиком на совести Такхизис. Я презирал Паладайна и других так называемых Богов Света. Мне были ненавистны их имена и сладка мысль о том, чтобы убить кого-нибудь из них. Я с нетерпением ожидал того дня, когда наша Владычица сможет править Кринном безраздельно. Сегодня он настал, и я горько сожалею об этом. Такхизис не заботится о нас. — Рейзор немного помолчал. — Ты улыбаешься... Что ж, пожалуй, забота тут и впрямь ни при чем. Уважение — вот нужное слово. Такхизис не уважает своих верных слуг. Она их использует, а потом выбрасывает за ненадобностью. Нет, я не стану служить ей.

— Так, может быть, он готов бороться с ней? — услышал вдруг Мирроар знакомый голос. — Если ты поручишься за него, то я задействую вас обоих.

— Палин? — Обрадованный дракон развернулся и протянул руки, однако не почувствовал ожидаемого дружеского пожатия. — Я не вижу и не осязаю тебя. Только слышу, — сказал он. — Да и то настолько плохо, словно ты говоришь со мной через бескрайнюю долину.