Попаданка. Если вас убили - Елена Кароль

В груди что-то замерло, затем заколотилось с утроенной скоростью, ладони вспотели, и я, впервые в жизни чувствуя себя нелепо и скованно всего лишь от звонка, поднесла мобилку к уху.

– Алло?

– Добрый вечер, Катюша, – окутал меня теплом Оверъяр, сказав всего лишь несколько слов. – Выспалась?

– Да… – неожиданно пропал голос, и мне пришлось кашлянуть, прежде чем продолжить. – Добрый вечер, Эдмунд.

Повисло неловкое молчание. Я не знала, о чем говорить, а Эд… Я не была уверена в своих ощущениях, но мне казалось, что он сейчас сидит и просто улыбается.

– Что делаешь? – наконец тихо спросила я.

– Скучаю, – неожиданно грустно признался лорд, вздохнув нарочито громко. – Сижу в огромном и практически пустом доме, изучаю ваше законодательство и чувствую, что еще час – и Уголовный кодекс иных полетит в камин.

– Ты изучаешь кодекс иных? – опешила я, меньше всего ожидая услышать именно это.

– А что такого? – удивился в ответ Эдмунд. – Ты ведь хочешь, чтобы я был законопослушен. А стать таковым, не зная правил, невозможно, – шутливо попеняли мне. – Кстати, если тебе все-таки жаль эту весьма увлекательную книгу, то, может, спасешь ее от сожжения?

Мм…

– Каким образом? – уточнила я настороженно.

– Приглашаю тебя на ужин.

Я буквально почувствовала, как на том конце трубки затаили дыхание, и поняла, что глупо улыбаюсь.

Нет, я не влюбилась! Мне просто приятно! Такой мужчина – и… ух! Ольга точно сдохнет от зависти! Но сначала…

– Прости, но я не могу, – с трудом сдерживая злодейские смешки, грустно произнесла я. – Брат сказал, что, пока я тебя с ним не познакомлю, никаких свиданий.

– Брат? – озадаченно переспросил Эдмунд, но моментально взял себя в руки и деловито продолжил: – Хорошо. Я с ним познакомлюсь. Он сейчас свободен?

И почему я не удивлена?

Все-таки не сумев удержать смешок, я прикрыла трубку ладонью и закричала на всю квартиру:

– Па-а-аш! Ты занят?

– Нет! – крикнули из соседней комнаты. – А что?

– Он свободен, – ухмыляясь во весь рот, заявила я своему собеседнику, бессовестно игнорируя вопрос братца.

– Благодарю.

В трубке раздались короткие гудки, а всего через пару секунд у братишки в комнате кто-то упал со стула и весьма нелитературно выругался.

– Катька! – возмущенно завопил мой обожаемый родственник спустя еще три секунды, возникая в моих дверях взлохмаченным возмездием с горящими праведным гневом глазами. – Какого черта?

За его спиной я без труда расслышала легкую поступь Оверъяра, который в принципе не скрывал своего присутствия, и мстительно пропела:

– Павел Александрович, знакомьтесь! Темный лорд Эдмунд Оверъяр. Вы желали общения, и я уважила вашу просьбу.

– Дурында, – тихо прошипел братишка, но, когда обернулся к гостю, его тон был совершенно иным. – Здравствуйте, лорд Оверъяр.

– Эдмунд, если можно, – тем же деловитым тоном поправил Пашку лорд, которого мне не было видно со своего места. – Вы желали со мной познакомиться?

– Верно. Пройдемте…

Братишка, сумевший взять себя в руки, увел гостя к себе, а я впервые в жизни пожалела, что в квартире слишком много комнат и такая хорошая звукоизоляция. Меня же сейчас любопытство загрызет!

Мужчины общались ровно сорок три минуты и двадцать одну секунду. Я уже успела вся известись от ожидания, когда послышались звуки открываемой двери и ко мне вновь зашел братишка. Выглядел он при этом крайне задумчиво и даже хмурился.

Я же, устав ждать, когда он наконец откроет рот, нетерпеливо выпалила:

– Ну?!

– Благословляю, – коротко буркнул господин мозгоправ и развернулся, чтобы уйти.

И все?!

– Паша!

– Да нормально все, – отмахнулся братишка, и мне достался задумчивый взгляд. – Аккуратно только давай.

– Поясни, – нахмурилась я.

– Он темный. Темный настолько, что дьявол рядом с ним – ученик начальной школы. Ты тоже не подарок, но все равно прошу – будь осторожна. И это… – Впервые за много лет я увидела на лице брата откровенное смущение. – Предохраняться не забывай.

Я еще возмущенно выдыхала, пытаясь вернуть глазам их изначальный размер и подобрать цензурные слова, а братишка уже ушел, что-то задумчиво бормоча себе под нос.

Снова зазвонил телефон…

– Алло? – На этот раз я взяла трубку без заминки. – Что ты ему сказал?

– Правду, – явно ухмыльнулся мой собеседник. – У тебя невероятно интересный брат. Было очень приятно с ним познакомиться и побеседовать. При случае я обязательно встречусь с ним еще, – то ли пообещал, то ли пригрозил Эдмунд и сменил тон на коварно-соблазняющий, отчего я неосознанно сглотнула. – Кстати, разрешение от него я получил…

– Мне надо умыться, одеться, накраситься… – попыталась пойти я на попятный, потому что вкупе с пожеланием братца все это показалось мне уже не очень хорошей идеей.

– Не тороплю, – снисходительно уступил лорд. – Сколько тебе понадобится времени? Два-три часа? Я как раз закажу столик. Хочешь выбрать ресторан сама или доверишь это дело мне?

– Доверю, – задумчиво пробормотала я, уже улетев мыслями в свой шкаф, где находилось не так много вещей для выхода в свет с лордом.

Торопливо перебрала в памяти его содержимое и с горечью констатировала, что надеть нечего. Нет, конечно же там была уйма вещей, но ни одна из них не соответствовала уровню темного лорда и тому, что я видела и носила в его мире. Черт!

– Я заеду за тобой в девять, – выбрал за нас обоих оптимальное время Эдмунд и отключился.

Я же, уныло распахнув дверки шкафа, начала выбрасывать из него то, что мне не нравилось. А не нравилось мне сейчас практически все!

Настроение скакало как сумасшедшее, я искренне не понимала, почему веду себя сейчас настолько глупо и неуравновешенно, собираясь на далеко не первое свидание в своей жизни, но ничего не могла с этим поделать. Я то замирала, то вновь начинала с остервенением прикладывать к себе вещи и отметала один вариант за другим. На любимой юбке обнаружилось пятно, которое ухудшило и без того ужасное настроение, любимая блузка и вовсе куда-то запропастилась, и в итоге у меня остался всего один вариант.

Абсолютно готовая, умытая, накрашенная и одетая во все чистое и свежее, я стояла перед зеркалом уже несколько минут, но чем дольше стояла, тем меньше мне все это нравилось. Классика – маленькое черное облегающее платье с открытыми плечами и длиной до колен, которое всегда было для меня универсальным решением всех проблем, сейчас казалось верхом вульгарности и практически прямым намеком на желание провести вечер не только в ресторане.