Взрослые тайны - Пирс Энтони

– Че, – сказала Электра, – твой отец собирается разрушить гору, если не получит тебя обратно. Не сомневаюсь, что Гвендолин славная девочка, но хотелось бы знать, как ты чувствуешь себя в плену.

– Мне было боязно идти сюда, – ответил Че, – но мои опасения не оправдались. Обращаются со мной хорошо, Гвенни мне нравится, и я подумываю о том, не стать ли вправду ее спутником.

– Но согласие, данное в плену, не в счет, – указала Глоха. – Черион его не признает.

– Это мне понятно, – кивнул Че. – Как раз потому, что для меня решение кажется слишком сложным, я предоставил это право другому.

– Да? – встрепенулась Годива. – Это кому?

– Дженни.

Все воззрились на эльфийскую девочку.

– Так что, ты будешь решать за него? – спросила Годива.

– Ну, раз он попросил, – смутилась Дженни.

– И что ты ему посоветуешь? – Голос Годивы звучал напряженно.

– Пока не знаю.

Годива озадаченно переглянулась с Электрой: обе они, похоже, не усматривали в происходящем смысла.

– А что будет, если ты согласишься? – спросила Электра, снова обернувшись к Че.

– Останусь здесь с Гвенни. А потом, может быть, мы сможем путешествовать.

– Но при чем здесь ты? – не поняла Электра, – Пусть путешествует одна или с другими гоблинами.

Че пожал плечами.

– Я ведь еще не остался. Возможно, Дженни решит по-другому.

– Как ты можешь участвовать в таком деле, Дженни! – воскликнула Электра. – Я-то считала тебя его другом.

– Я и есть его друг.

– А что будет с тобой, если ты откажешься, Че? – вступила в разговор Глоха.

– Не знаю. Может, и отпустят.

– Что будет, если он откажется? – повторила вопрос Электра, обращаясь к Годиве.

– Я еще не решила, – буркнула гоблинша.

– Мама! – сердито топнула ножкой Гвендолин.

– Ладно.., отпущу, – неохотно пробормотала Годива.

– Ладно, – промолвила Электра, – В таком случае, Дженни, скажи ему, чтобы он отказался, и мы все уйдем.

Осада будет снята, и никто не пострадает.

– Я не могу, – покачала головой девочка. – Я еще не решила.

– На чьей ты, в конце концов, стороне? – потребовала ответа огорченная и сбитая с толку Электра.

– А почему ты не выходишь замуж за Дольфа? – неожиданно спросила ее Дженни.

– Потому что, – Электра осеклась. Конечно, одно не могло иметь к другому ни малейшего отношения, но…

Неужто эльфийская девочка оказалась в сходной ситуации? Может быть, от ее выбора зависит чья-то жизнь?

Скажем, гоблины пригрозили в случае отказа Че убить их всех, включая Глоху с Электрой. Соглашаться Че не хочет, а отказаться не может из страха за них. Коли так, им лучше поскорее отсюда убраться.

Но причем тут вопрос о ней и Дольфе: Дженни ведь прекрасно знала, что его решать не Электре. Или дело в том, что решение насчет Че тоже принимать не ему, потому как он передал это право Джеини? Нет, не больно-то все клеилось.

Однако, возможно, дело обстоит сложнее: тут имеет значение не угроза, а какой-то другой фактор. Годива не похожа на тех, кто нарушает уговоры, а ведь сделай она что-то дурное с Глохой и Электрой, получилось бы именно так. Более того, у Электры складывалось впечатление, что, пусть неохотно, Годива и вправду освободит Че в случае его отказа остаться с Гвендолин.

Но в таком случае почему он – да и Дженни тоже – уклоняется от прямого ответа, несмотря на осаду. Даже если Че согласится остаться, его, вполне возможно, не будут удерживать в горе, ибо слово кентавра крепче любых уз. Откажется – тоже освободят. По всему выходит, что ему прямой резон не тянуть, а покончить с этим делом быстрее. Но он не спешил – как и Дженни.

Не в состоянии придти к какому-либо выводу, Электра покачала головой.

– Ладно, – сказала она. – Мы доложим обо всем Чериону.

– Правильно, – одобрила Годива. – Не забудьте рассказать ему о наших союзниках. Сухопутные драконы тоже скоро подойдут.

Чем дальше, тем худший оборот приобретало это дело.

Проделав обратный путь, Электра и Глоха выбрались на дневной свет и, щурясь, поспешили в лагерь крылатых чудовищ. Их поджидали Черион, Чекс, принц Дольф и принцесса Нада в человечьем обличье. Выглядели они мрачно.

– Все так запутано, – уныло сообщила Электра, – Они вроде бы и не удерживают Че, но и не отпускают.

Хотят, чтобы он согласился стать спутником Гвендолин, дочери Годивы. Он пока не решил.

– Решение, принятое в плену, не будет иметь никакой силы, – сказал Черион. – Че это прекрасно знает.

– Наверное, но там все запутано еще больше. Он отказался выбирать и передал это право Дженни, а та еще не пришла ни к какому мнению. Вроде бы они отпустят его, если откажется, и будут хорошо обращаться с ним, если согласится. Эта Гвендолин, похоже, ему нравится.

Но он колеблется.

– Будешь колебаться, когда вокруг тебя орды гоблинов, – поскрежетал зубами Черион. – Но ничего, мы с этим разберемся.

– Тут тоже не все так просто, – вздохнула Глоха, – у них полно союзников.

– Неужто гоблины сумели объединиться?

– Если бы гоблины. На их стороне Цветочные эльфы, свинопотамы, наземные драконы. И даже.., наги.

– Что? – воскликнула потрясенная Нада.

– Твой брат Налдо сейчас в горе, – скрепя сердце сказала Электра. – В силу какого-то древнего договора, все наземные чудовища обязаны поддерживать друг друга в борьбе с крылатыми.

– Мои родичи! – ужаснулась Нада. – Я совсем забыла про этот договор.

– А он действительно существует? – спросил Черион.

– Да, хотя к нему не обращались веками. У нас с гоблинами вражда, из-за этого я и обручилась с Дольфом.

– Похоже, – покачала головой Чекс, – мы попали в затруднительное положение.

Электра глубоко сочувствовала им всем. Уж она-то про затруднительные положения знала не понаслышке!