Посол вон! - Сергей Платов

В этот момент заговорил Берендей, и друзья обратили свои взоры к нему.

— Дело абсолютно ясное, — прокашлявшись, огласил свой вердикт князь. — Ввиду отсутствия состава преступления и чистосердечного признания истцов объявляю «Дружину специального назначения»...

Договорить верховный киевский правитель не успел, невзирая на злостное нарушение субординации, его, в порыве отчаяния, перебил Микишка.

— Погоди, отец родной, ведь есть же еще одна жалоба!

— Какая? — удивился Берендей.

— Так жалоба посла Бухарского эмирата Каюбека Талибского на непотребство, которое учинил средний богатырь Изя, — радостно отрапортовал Микишка, выискивая на своем столе нужную бумагу. — Вот же! Попытка обесчестить луноликую и несравненную Газель Каюбековну, попытка похищения движимого имущества, нанесение тяжких телесных повреждений личной охране девицы, срамная ругань в общественном месте!

— Ты еще и ругался там как сапожник? — еле слышно поинтересовался Илюха у затаившегося Изи.

— Вырвалось, — пожал плечами черт, — в общей сутолоке мне лошадь на ногу наступила.

Далее обсуждать антиобщественное поведение рогатого было бесполезно, и друзья опять переключили все внимание на Микишку.

— Вот и требования уважаемого Каюбека вполне четко обозначены, — продолжал бесноваться толмач, тыча пальцем в пергамент. — Казнить, кастрировать, жениться на моей дочке...

От такого, мягко говоря, странного набора требований даже Микишка на некоторое время оцепенел и, не веря своим глазам, заново прочитал выдвигаемые Каюбеком Талибским требования.

— Казнить, кастрировать, жениться на моей дочке... — повторил дьячок, и все присутствующие повернули свои головы к послу Бухарского эмирата, надеясь получить от него пояснения.

Бухарец, словно удивленный непонятливостью окружающих, пожал плечами и коротко пояснил:

— Пусть для начала женится, а потом видно будет.

— Таки в принципе я согласен, но только после урегулирования некоторых принципов построения молодой семьи в условиях современной действительности, — выдал реплику с места Изя и подмигнул своей избраннице.

А эта самая избранница игриво повела плечиком и подмигнула ему в ответ. При виде такой реакции черт просто ошалел от счастья, и только богатый личный опыт и стальной захват Солнцевского не позволили ему тут же броситься на шею своей избраннице.

— Значит, требование казнить и кастрировать снимается? — на всякий случай уточнил Берендей.

— Пока да, — отозвался посол.

— Ну и отлично, на «нет» и суда нет, — повеселел князь. — Стало быть, никакого криминала тут нет, дело автоматически переходит в разряд семейных, а ими я не занимаюсь, не тот уровень.

— Но как же... — обреченно протянул Микишка.

— А никак, — отрезал Берендей, — не маленькие, сами разберутся, кто на ком жениться должен.

Дьячок хотел было что-то еще возразить, но натолкнулся на стальной взгляд князя и передумал. А Берендей уже во второй раз принялся выносить свой вердикт.

— Повелеваю: дружину оправдать по всем статьям! Богатырей восстановить во всех правах и вновь принять на довольствие.

Тут Берендей задумчиво потер лоб, словно забыл что-то важное. Впрочем, черт со своего места тут же скромно напомнил, что именно.

— А деньги?!

— Ах да, деньги! — обрадовался правитель стольного Киева. — Внесенный залог возвращается своим законным владельцам. Мое решение окончательное, обжалованию не подлежит, потому что жаловаться на меня некому в принципе.

Таким вот образом Берендей подвел итог всей этой истории, зал принял его решение бурными криками радости. Особенно голосили присутствующие в зале богатыри. Слишком уж они соскучились по тренировкам, которые были отменены с момента отстранения Илюхи от должности.

Пока вокруг кипели эмоции, Солнцевский улучил момент и обратился к другу:

— Изя, ты, конечно, был неотразим и прочее, но ответь мне всего на один вопрос.

— Да, я весь внимание! — охотно отозвался Изя.

— А что, нельзя было обойтись без всего этого феерического шоу и передать покаяние этих недобитых натовцев сразу?

— Ты ничего не понимаешь! — огрызнулся черт. — Я должен быть в форме, мало ли как дальше судьба сложится. Может, в следующий раз придется вытаскивать вас из передряги исключительно с помощью моего красноречия.

— То есть ты банально развлекался, — подвел итог Солнцевский.

— Скажем так, — корректно поправил друга Изя, — я проводил тренинг в обстановке, максимально приближенной к боевой.

— А как же твой любовный настрой?

— А он-то тут при чем? — удивился черт.

— Ты же говорил, что тебя терзает дурман любви и прочие, тому подобные недуги. И что в таком состоянии ты не способен на качественную профессиональную деятельность.

— Ну во-первых, мастерство не пропьешь и не купишь. А во-вторых, моему томлению скоро придет конец, я наконец-то заключу свою несравненную Газелюшку в объятия. Конечно, после того, как заключу брачный договор с папашей.

— И после того, как увидишь ее лицо, — резонно добавил Илюха.

— Ну да, конечно, и после этого тоже, — согласился с другом рогатый, — кстати о птичках, куй железо, не отходя от кассы, а тестя трясти надо, пока он тепленький! Пойду-ка побеседую с этим душманом о явных преимуществах приданого перед калымом...

— А-а-а! Отпусти, тварь трехголовая!

Коллеги резко обернулись, уже зная, что именно они увидят. Терпение Моти было вознаграждено, Микишка оказался в заявленном радиусе поражения. Но реакция дьячка в последнее время была отменная, левой голове удалось только схватить его за подол рясы.

— Отпусти, гадюка болотная! — продолжал вопить Микишка, пытаясь высвободиться из ласковых зубиков Гореныша.

— Гра-а-ам! — сказал Мотя, подключив к делу среднюю голову.

— Мотя, фу, немедленно выплюнь эту гадость! — завопил Илюха, бросившись на помощь своему любимцу. — Не дай бог отравишься, кто тогда с тобой возиться будет?

— С хорошими ветеринарами в Киеве плохо, — согласился с другом Изя, издалека наблюдая, как Илюха пытается оттащить трехголового от своей законной жертвы.

Но в данный момент его интересовал не Мотя и уж тем более не неугомонный дьячок.

— Говорят, на Востоке умеют торговаться? — буркнул черт себе под нос, направляясь к потенциальному тестю. — Что ж, посмотрим, кто кого.

Любава, наоборот, тут же бросилась Илюхе на помощь, и в результате совместных действий они смогли растащить этот дуэт в разные стороны. Две из трех голов счастливого Моти радостно держали в зубах вырванные куски материи.