Обретение мудрости - Дейв Дункан

– Он перестроился.

– А ты? Ты считал, что все воины – убийцы и насильники. Как твои предрассудки, моряк Томияно?

Капитан покраснел.

– Мое мнение было основано на опыте.

– Однако этот опыт не имел отношения к делу.

– Я согласен, что в данном случае я ошибался. Но только в данном случае.

Уолли пожал плечами, зная, что большинство воинов за подобное замечание готовы были пролить кровь. Однако капитан корабля должен был высоко ценить лидерство, а Ннанджи продемонстрировал способности к лидерству, о которых Уолли даже не подозревал за этой легкомысленной юношеской улыбкой. Он сам поддался предрассудкам, относясь к своему молодому помощнику лишь как к потенциальному телохранителю и удобной ходячей справочной библиотеке. Так что возникал еще один вопрос: сколь большую роль предназначено было сыграть Ннанджи в миссии Шонсу?

Томияно вернулся к сути дела.

– Что за проблему ты хотел со мной обсудить?

– В некотором смысле, моя проблема заключается в том, чтобы понять, в чем заключается моя проблема, если ты еще не запутался. Бог сказал мне, что мне поручена миссия, но не сказал, в чем она заключается, а лишь сказал, что об этом я узнаю сам. Что ж, теперь я встретился с колдунами, так что знаю , что мне предстоит сделать, хотя до сих пор не знаю, как . Но он также загадал мне загадку.

Моряк поднял брови, так что три отметины в виде корабля скрылись под его каштановыми волосами. Раздражение уступило место любопытству.

– Загадку, милорд?

– Загадку. А вот часть ее, которая касается тебя:

Когда низко пасть придется, Встанет войско, круг замкнется, Будет выучен урок.

– Вполне можно предположить, что «низко пасть» – это мягкое описание того, что произошло со мной в Аусе.

Явно заинтригованный, Томияно почесал голову.

– Как ты соберешь войско? – осторожно спросил он.

Он не стал произносить вслух естественное продолжение вопроса: каким образом лорд Шонсу сможет собрать войско после того, что произошло с ним в Аусе? Если слух об этом доберется сюда раньше, в лучшем случае его поднимут на смех, а в худшем – обвинят в преступлении. Если об этом станет известно после того, как он наберет себе воинов, дело может дойти до мятежа. Его договор с Бротой гласил, что его должны доставить до ближайшего города, где он сможет набрать воинов, но сможет ли теперь Шонсу когда-либо это сделать?

Возможно, именно поэтому Хонакура высказывал предположение, что означенным войском может быть команда «Сапфира». Все они в достаточной степени владели мечом еще до того, как Ннанджи начал свои уроки, а благодаря его тренировкам они быстро отточили свое мастерство до немыслимого прежде уровня. Тем не менее, Уолли не мог поверить, что от него предполагалось сразиться с колдунами численностью в несколько городов в компании около дюжины непрофессионалов, половину которых составляли женщины, и определенно не собирался делиться этой мыслью с Томияно. К воинам и их спутникам можно было теперь относиться как к неизбежному злу, но члены команды «Сапфира» не были солдатами. Война их не привлекала, и об огненных демонах в договоре ничего не говорилось.

– Я не знаю, как собрать армию, – сказал Уолли. – Я уверен, что слова об уроке относятся к колдунам – должен быть какой-то способ их победить. Но вот насчет круга я хотел спросить у тебя.

– Какого круга?

– Который мы должны замкнуть! – Он усмехнулся, видя озадаченное лицо моряка. – Пока что мы знаем о четырех городах воинов по левую сторону от нас, на правом берегу – Ки Сан, Дри и Каср прямо впереди. Как мне сказали, следующий – Тау.

– Так говорят. – Моряк скорчил гримасу. – Мы торговцы, Шонсу, а не исследователи. Торговцы торгуют то тут, то там – обычно между двумя городами, иногда в трех-четырех. Если Богиня не вернет нас в Хул, тогда мы с тем же успехом сможем торговать здесь. Ки Сан и Дри вполне нас устраивают. Должен сказать, мне нравится здешний климат, хотя мне сказали, что здесь суровые зимы. Посмотрим, что здесь продается и что им нужно. Мы даже не собирались идти дальше в Тау, но, полагаю, мы все-таки должны найти тебе подходящих воинов. Если их нет в Тау, тогда мы доставим вас обратно в Каср. Или в Ки Сан. К тому времени ты будешь уже на ногах.

Уолли надеялся, что Томияно окажется более любознательным. Он должен был знать больше о географии, чем могли рассказать Хонакура и Катанджи; но, очевидно, это было не так. Брота проявляла точно такое же отсутствие всякого интереса.

– На левом берегу, капитан, мы знаем про Аус и Вэл – города колдунов. Дальше идет Сен. Но я знаю еще об одном городе впереди, дальше вверх по течению.

– Какой это город?

– Ов.

– Но… – Моряк нахмурился. – Ведь вы пришли именно оттуда, когда мы с вами встретились! Это много недель пути назад, Шонсу!

Для моряка в Мире существовало лишь два направления: вверх и вниз по Реке. Расстояние измерялось в днях. Уолли начал терпеливо объяснять, рисуя пальцами невидимую карту на крышке люка. Река делала петлю – на север от Ова, потом на запад, вокруг или через горы, а затем на юг к Аусу. Черные Земли вверх по течению от Ова были теми же Черными Землями, что лежали вниз по течению от Ауса. Это был божественный круг, который нужно было замкнуть.

Он пришел к этому выводу, пока выздоравливал, лишь для того, чтобы выяснить, что его спутники об этом уже знают. Хонакура понял это первым, по крайней мере так он заявил, а Ннанджи, вероятно, узнал об этом от Катанджи.

В конце концов логика взяла верх над предрассудками моряка. Он кивнул. «Сапфир» двигался по западной стороне петли. Горы Реги-Вул уже располагались на юго-востоке, но они находились к северо-востоку от Ауса. В Ове они лежали на северо-западе.

– Ты хочешь, чтобы мы замкнули круг и доставили тебя в Ов, Шонсу? – сердито спросил он.

– Я должен вернуться в Ов, капитан, и замкнуть круг. Означает ли это сам город, или поместье, где мы начали свой путь – не знаю. Доберемся ли мы туда на «Сапфире» или как-то иначе – я тоже не знаю. Но если бы ты расспросил моряков в Касре, это могло бы помочь. Далеко ли это? Сколько городов захватили колдуны? Старик говорит, что знает, но он лишь строит догадки.

Конечно, семь, сказал Хонакура – их должно было быть семь. Уолли не стал спорить, поскольку с большим уважением начал относиться к суевериям старого жреца.

По старым доскам простучали сапоги, и перед ними появился Ннанджи, потный и улыбающийся, который закончил свои уроки фехтования. Позади него виднелся приближающийся город Каср.

– Ты останешься на борту, милорд брат? – спросил он.

– Да, – сказал Уолли. Он снова отметил неуловимые перемены, происшедшие с Ннанджи – небольшая пауза перед тем, как он заговорил, расчет, скрытый за обычной веселостью, тайная гордость своими способностями. За лекциями Уолли о теории мышления и об ответственности быстро последовала практика, и никто в возрасте Ннанджи не мог бы пройти через это, не получив нескольких шрамов. На поверхности он был все тем же упрямым идеалистом, неугомонным бездельником, но где-то в глубине начинало пробуждаться нечто иное. Слепое поклонение перед героем превратилось в осознанное уважение. Будучи Ннанджи, он ничего не мог забыть.