Шаги сквозь Тьму - Анатолий Радов

— Ну вот и славно. — Гат-Вул усмехнулся, погладил подбородок. — А то я уже испугался, что так и не удастся поговорить до полного растемнения. Ты же потом метаться начнешь, проклинать себя, весь мир, всех нас… Или как у вас на Земле принято себя вести, когда вдруг понимаешь, что ты полная мразь?

Он засмеялся, прошелся к столику, прислонился, и все это время я пытался встать, броситься на него, придушить голыми руками. Но меня что-то держало. Какое-то заклинание? Я дернулся еще пару раз и понял, что нет. Ремни. Самые обычные кожаные ремни, которые впиваются в запястья, лодыжки и грудь. Наверное, вот так же привязывают буйных в сумасшедших домах. Так, спокойно. Расслабься.

Повернув ладонь так, чтобы она смотрела на демона, попытался сплести «срезни», но магической энергии во мне не было. Ни капли.

— Черт, — прошипел я сквозь зубы и, уже без всякой надежды, дернулся пару раз. А Гат-Вул взял что-то со столика, поднял и, вытянув руку, проговорил с насмешкой:

— Поглотитель. На расстоянии тридцати шагов никакой магии. Удобная штука.

— Где я?

— Замок Чит-Тонг, твои покои, — спокойно ответил Гат-Вул и замолк. Наверное, ждет моего следующего вопроса. Ну что ж, пока нет других вариантов, можно и поговорить.

— И как я сюда попал?

— Тебя ранили. — Он хохотнул. — Хотя должны были убить. Этот парнишка, который тебя позвал, он кто? Впрочем, пока ты еще этого не помнишь. — Гат-Вул снова замолчал и отвернулся к источнику света.

— Ты не объяснил, — прохрипел я, срываясь на кашель. Во рту было сухо, как в пустыне.

— Когда тебя ранили, твой этот Ладдот и остальные вытащили тебя с поля боя. Не подпускали никого. — В его голосе мелькнул гнев, смешанный с презрением. — А Лилианна, подстилка, шлюха позорная, рыдала даже, когда тебя в лагерь привезли. Убивалась тва…

— А где Асгат? — перебил я его зловонное красноречие.

— Кстати… — Силуэт шевельнулся. — Я прикажу его завтра убить. А что? Он ведь тебе больше не понадобится.

— Он здесь?

— До завтрашнего утра. — Гат-Вул мерзко хихикнул. — К обеду он будет в желудках слотов. Ну а вечером, сам понимаешь, эти мерзкие ублюдки испражнятся твоим Асгатом в своих вонючих нужниках.

— Если ты убьешь его, я убью тебя. — Мой взгляд столкнулся с его, лицо демона на секунду нахмурилось, но он тут же притворно зевнул.

— Очень страшно. А тебе ведь тоже недолго осталось, пришлый. Завтра к вечеру власть будет в наших руках, и тебя повесят на площади, в назидание всем тем, кто верит во всяких Сатэнов и прочие глупые мифы.

— Почему я здесь? — снова задал вопрос, слегка переиначив его. Этот чертов старикан так и не ответил, каким макаром я попал в замок.

— Ты был серьезно ранен, подыхал уже почти. Лекари при военном лагере не знали, что с тобой делать, вот Лилианна и отдала приказ, чтобы тебя доставили сюда. Сардог два дня вокруг тебя носился, выхаживал, как родного. Всю магическую силу на тебя потратил, теперь подняться не может. Лежит пластом, бедный.

— А она тоже здесь?

— Шлюха твоя позорная?

Я дернулся, ремни врезались в кожу, зубы заскрипели от жгучей обиды.

— Нет. — Гат-Вул развел руками. — А зачем ей? Наши войска практически полностью разбили легион, бежать удалось немногим, и теперь Лилианна хочет захватить Алькорд. Она всегда была такой, пришлый. Ты не знаешь ее. Думаешь, развлекся с ней, и она твоя? Да, возможно, она переживает за тебя, но победы и репутация для этой грязной подстилки намного важнее. На пути у нее теперь только подоспевшая с севера половина легиона и бежавшие после твоей удачной кампании. Вот за это, кстати, я тебя уважаю. Грамотную тактику применил.

— Плевать мне на твое уважение, — процедил я сквозь зубы.

— Вот так вот. — Гат-Вул наигранно вздохнул. — Похвалишь кого-то, а он в тебя плюнуть хочет. Несправедлива жизнь.

— Может, хватит сарказма?

— Ты прав. Давай серьезно. Практически все время своего пребывания в Чит-Тонге твоя аура была затемнена, что не давало тебе помнить очень многие моменты прошлой жизни. Я бы назвал это именно так — прошлая жизнь. Потому что она была совсем другой. Другие мотивации, другие планы, другие чувства, другие враги. В последнем случае — мы. Вот поэтому Лилианна и решила применить затемнение, ведь иначе ты бы не стал играть на ее стороне. Да-да, — кивнул он, увидев, как я снова дернулся. — Именно она, эта номанова шлюха, которая легла в постель с человеком.

— Ты лжешь.

— Ни в одном слове. Все чистая правда. Повторяю, пришлый, именно Лилианна приказала сделать затемнение. Сначала Лурготу, потом, когда тот не справился, доверила провести эту тончайшую магическую процедуру мне. И я сделал все куда лучше этого неудачника и бездаря. Поверь мне, пришлый. Ты слушаешь меня? Ах, извини, кажется, началось. Или ты от боли стонешь? Эй, пришлый, что там у тебя? Ремни давят? Нет? У-у, понятно. Ладно, не буду тебе мешать наслаждаться полной картиной своего бытия.

Я приподнял голову, посмотрел вслед уходящему Гат-Вулу, закрыл глаза. Но так стало еще хуже. Туманные образы, какие-то яркие вспышки, бьющие прямо в мозг, лица, незнакомые и вроде знакомые, голоса. Хлопнула дверь.

Задышав быстрее, словно пытаясь выдохнуть это из себя, я уставился на непогашенный магический фонарик, лежащий на одном из стульев. Красноватый свет успокоил, но ненадолго. Картинки замелькали быстрей, уже и так, с поднятыми веками. Лица, десятки лиц. Я вдруг узнал одно.

— Гурт, к бо-ою!

— Да, мин лег-аржант, — прошептал я и вновь попытался встать.

Ремень на груди сдавил, мешая дышать, но я не обращал внимания. В мозгу бушевал ураган, который разметал все остальное, как жалкие песчинки. И боль от ремней, и жажду, и красный свет фонарика.

— Ты изгой. Тебя вытолкнули из твоего мира, потому что ты был там лишним…

— Ант, нужно смириться. Не скрипи зубами. Если бы ты молчал, он бы не приказал тебя бить.

— Я не собираюсь терпеть.

— Зря, Ант. Он забьет тебя до смерти.

— Пусть.

Мои кулаки сжались. Передо мной стоял Вирон. Он смотрел на меня и скалился в презрительной усмешке.

— Я убью тебя. Ты слышишь?

Но Вирон не ответил. Он заколыхался, расстворился в воздухе, спрятался за другими образами.

— Ант, мы сделали это. Риттер, Золотая ветвь, вдобавок жант.

Я вздрогнул, повернул голову. Голос донесся из темного угла справа, я прищурился, там вроде кто-то стоял.

— Линк? Ты? Но тебя ведь… убили.

Темный угол молчал.

И Лостада тоже… И Сервия… Там, на том поле. Их на том поле, а тебя…

— Линк, кто это был? Кто он?