Магическое свидание - К. Ф. Брин

Мистер Том вышел вперед, но я преградила ему путь рукой, а затем отдала цветы басахауну.

– Поскольку сделка не состоялась, я просто оставлю их для тебя вот здесь.

Басахаун переложил их в уголок на самом краю области, скрытой за деревьями. С одной стороны ее закрывала скала, а с другой – большой валун. Взмахивая руками, он замаскировал красочный букет сосновыми шишками, листьями и хвоей, не прикасаясь к ним. Это был изящный трюк. В этом существе было гораздо больше, чем просто рост, нос и шерсть.

Когда я подошла к плите, выставив ладони, Остин шагнул вперед. Басахаун снова ощетинился, но я помотала головой.

– Он ничем тебе не навредит. Он здесь, чтобы помочь защитить меня, наш город и прекрасные сады Дома с плющом. Никто из нас не причинит твоей горе никакого вреда. – Стиснув зубы, я поднесла ладони к каменной поверхности. – Будем надеяться, что она не жжется.

– О нет, не жжется. Скорее, щекочет.

Басахаун по-прежнему стоял у спрятанного букета.

– А наши голоса не раскатываются эхом по пещере, так ведь? – прошептала я. До меня только дошло, что волшебницы могли до сих пор быть внутри.

– Нет. Оказавшись в пещере, ты не услышишь никаких звуков из внешнего мира, и наоборот. Она запечатана при помощи магии, – ответил басахаун.

– Зачем? – спросила я шепотом.

– Не знаю. Это сделал не я.

Спрашивать, кто это сделал, не было смысла. Если бы существо знало, оно бы наверняка говорило об этом целый день напролет. Нам нужно было туда попасть. У моей смелости тоже были пределы.

Когда я дотронулась до плиты, по коже пробежало покалывание, но только по ладони: вверх по руке оно подниматься не стало. Я надавила сильнее обеими руками, и они исчезли в каменной плите – тогда покалывание распространилось выше. Кроме того, я ощутила за спиной знакомое тепло – это был Остин в человеческом обличье. Он подошел ко мне и протянул руки вперед.

– Я пойду с тобой, Джесс.

– Кы-ы-ш-ш-ш, медве-ед!

При приближении Дамариона раздалось хлопанье крыльев и вокруг нас закружилась сила. Еще чуть-чуть – и альфы вступят в бой в самый неподходящий момент.

– Не сейчас!

Во мне смешались разочарование, раздражение и волнение. Махнув рукой в сторону Дамариона, я отшвырнула его твердым, как скала, пластом воздуха.

Однако это не остановило мои чары. Они врезались в остальных так, что им пришлось отступить на пару шагов, и прижали их руки, чтобы они не смогли закрыть лица или рассеять чары.

Шерсть на лице басахауна зашевелилась: похоже, он улыбался.

– Ох, я тоже это почувствовал! Неплохая уловка для того, чтобы сбивать с толку туристов.

– Мне кажется, в своем хобби он зашел слишком далеко, – пробормотала я, и сердце застучало быстрее. Тогда я сказала Остину: – Тебе необязательно туда идти. – А после паузы добавила: – Ладно, я сказала это из вежливости. Я не собираюсь тебя отговаривать.

Остин встал рядом, задев мое плечо своим.

– Мы не знаем, что окажется по ту сторону магического барьера. Я ни за что не поверну назад.

– Должно быть, те волшебницы.

Басахаун прислонился плечом к скале, скрестив на груди лохматые руки.

– Они были недовольны тем, что я убил одну из них.

– А они не захотели бы уйти? – спросила я, быстро протянув руки назад, когда все остальные снова двинулись вперед.

– Моя территория – гора, а не то, что находится под ней. Моя обязанность – охранять узников, и я спускаюсь в пещеру, только когда они там есть. Я там не живу.

– Он закрыл им доступ на свою территорию, – сказала Нив. – Значит, на гору они подняться не могут. Остин сделал все, чтобы они не смогли отправиться в город или укрыться в его окрестностях. Им известно, что в Доме с плющом тебя лучше не искать. Сами мы не смогли найти вход в пещеру, поэтому они знают: это их единственное убежище в наших краях, так что они внутри. Ты загнала их в угол, девочка, и пришла пора их прищучить.

– Мы раньше встречались? – спросил Нив басахаун.

– Нет. Такую копну волос я бы точно не забыла.

Я встретилась взглядом с Остином: в его глазах пылал призыв к битве. Я уже видела этот взгляд несколько месяцев назад, прямо перед тем, как мы пошли на штурм Дома с плющом. Вот оно! Пришло время искоренить вредителей.

У меня задрожали руки и ноги. Прошлой битвы, в которой я больше наблюдала, чем сражалась, и еще нескольких стычек было недостаточно, чтобы я была готова рваться в бой. Хотя мне пора бы уже к этому привыкнуть. После этих волшебниц придут другие, за ними еще – меня так и будут преследовать, пока не поймут, что меня не взять. Затем вместо битв начнутся званые ужины, и тогда мне придется остерегаться яда и ножей в спину.

– Зачем я на это подписалась? – пробормотала я.

– Потому что приключения не дают стареть, – сказала Нив, потирая руки. – Снежный человек, а какого размера тоннели в пещере? Мы там не застрянем в другом обличье?

– Это прозвище оскорбительно для таких, как я, – сказал басахаун. – Я же не называю тебя сварливой старухой.

– Да конечно, называй как хочешь. Тем более это правда. Так какого они размера?

– Белый медведь поместится. Расправленные крылья этих уродливых существ – нет, – сказал он, пронзив взглядом Дамариона. – Я с вами не пойду…

– Да-да, ты сказал – мы поняли, хватит уже болтовни! Джесси, идем, – сказала Нив и снова подтолкнула меня вперед. – Прямо как пластырь. Надо было захватить что-нибудь из оружия, но за это мы отчитаем мистера Тома позже.

– У меня есть оружие. Когти! – сказал мистер Том, сгорбившись, готовый к превращению. – И у тебя они тоже есть! Или ты забыла, как принимать третье обличье?

– Ох… – Лицо Нив помрачнело. – В него превращаться слишком больно.

– Нервишки сдали? – спросил мистер Том.

– И что с того? У тебя же давно шарики за ролики заехали.

По небольшой опушке раскатился звук падающих камней: горгульи, принявшие человеческий облик до этого, превращались обратно. Нив сняла свитер. Ее тело быстро уменьшалось; она превратилась в маленькое существо, напоминающее помесь гоблина и гремлина. Лысый костлявый череп, огромные глаза, сверкающие, как сероватые драгоценные камни, – это обличье словно явилось из ночного кошмара. Уж сколько я ни ругалась по поводу кукол, но теперь, при виде нее, поняла, почему она их не боялась.

Она раскрыла широкую зияющую пасть, обнажив два ряда острых зубов, почти как у акулы. Костлявые пальцы на руках и перепончатых лапах заканчивались острыми когтями.

– Что это за фигня? – спросила я, понимая, что лицо скривилось в гримасе, но ничего не могла с собой поделать.

– Это третья форма пуки, и она просто незаменима в небольших тесных пространствах, – сказал Остин. – Ужасно некрасивая и весьма пугающая, особенно в таком месте, как пещера. В этом обличье она