Герои Зоны. Полигон - Александр Шакилов

Удар ниже пояса. Я вспомнил, как малыши смотрели на меня, когда я пообещал вернуться и увести их из детдома.

– Любимая, ты же прекрасно понимаешь, что нам надо как можно скорее выбраться из города. Теперь у нас есть деньги, чтобы начать новую жизнь на другом конце Земли!

– Край, я не хочу жить черт знает где! – выкрикнула мне в лицо жена. – Я хочу жить в Вавилоне! Это мой дом!

Я схватил ее за плечи и встряхнул:

– Ты что, не понимаешь, в любой момент город может погибнуть?! Вся страна станет отравленной пустыней! Да если б не эти чертовы баллоны с «Гремлином», разве бы я…

Меня перебил Патрик:

– Папочка, ты сказал баллоны?

Я хотел напомнить сыну, что старших перебивать нехорошо, но…

Но мой сын и так об этом знает, и уж если он вмешался, то ему есть что сказать.

– Да, Патрик, я говорил о баллонах.

– В подвале много баллонов. На них на всех значок: череп с костями. Я сам видел! Папочка, я могу тебе показать, где они. Там аккуратно надо, там ловушки!

От помощи сына я, криво усмехнувшись, отказался. Надо же – малец меня, сталкера, через ловушки провести хочет… Да и зачем ребенка лишний раз подвергать опасности? Мало он, что ли, в последнее время натерпелся? Оставив Патрика на попечение Милены, вооруженной и готовой завалить каждого агрессора в радиусе полукилометра, я в гордом одиночестве спустился в подвал, где после пары-тройки незначительных приключений, едва не стоивших мне жизни, внимательно изучил маркировку баллонов и пересчитал их: ровно полсотни штук. Все на месте и все с неактивированным «Гремлином» внутри. Новак, значит, не только работорговлей занимался… Вот же гад!

– Макс, у нас проблемы! – услышал я крик Милены и ломанулся на голос.

Оказывается, пока я ползал по местным подземным коммуникациям, моя благоверная и сынок с Амакой прогулялись в зал, где мы оставили похищенных детишек, и всех вывели в вестибюль. Дать бы кое-кому пониже поясницы за инициативу, но не в присутствии же Патрика?!..

– Какие проблемы, любимая?

– Сам посмотри, Макс.

И я посмотрел.

И увидел вооруженных бойцов весьма примечательной наружности.

– Макс, они везде.

Как выяснила Милена, а уж потом и я обнаружил, комплекс зданий окружили «африканцы», однако идти на штурм пока что не спешили. Но явно собирались. Небось смутили их трупы и горящая бронетехника вместе с остовами авто. Почему Милена, наблюдавшая за их передвижениями последние пять минут, решила, что они хотят штурмовать детдом? А для чего же они тогда сюда приперлись с оружием в руках? Да еще на рассвете, когда все нормальные люди и даже члены преступных группировок сладко спят?!

Не было печали, так новая проблема нарисовалась. Как же меня все это достало! Только успеваешь разгрести одну кучу смердящего, как влетаешь с разбегу в другую, только вдвое больше!..

Понаблюдав чуток за передислокацией «африканцев», я с удивлением заметил среди них двухметрового лысого верзилу-негра в плечах поперек себя шире. Едва узнал его без темно-синей формы охранного агентства. Сейчас ведь могучие мышцы грозились разорвать типичные майку и шорты, в которых обожают разгуливать члены клана «Африка». Его зовут Джонни, и этим утром М-16 он сменил на «калаш». Ну и правильно, уважаю. Судя по тому, что Джонни отдавал приказы и его слушались, он – командир тех ребят, которые собирались тут устроить маленькую войну, но чуточку опоздали.

– Джонни, пусть твои парни не стреляют! – крикнул я. – Джонни, это я, Край! Не надо стрелять, в здании дети! Я выхожу! Не стреляйте!

Под неодобрительное сопение Милены я вручил сыну «микро-узи» – мой мальчик уже достаточно большой для оружия – и с задранными лапками отправился на переговоры.

– Макс, ты тучи разгоняешь? – встретил меня шуткой Джонни. – Опусти уже руки, а то стыдно смотреть на героя Зоны.

Вскоре к нам присоединилась Милена со всеми вызволенными детьми и кейсом. Патрик, понятно, остался с нами, а остальных детишек бойцы сразу принялись выводить за пределы детдома – к автобусам, стоящим вдоль улицы. Оно и правильно, мало ли, вдруг притаился где недобитый ниндзя, палить еще начнет в припадке предсмертного геройства…

Отделившись от выстроенных парами детишек, Амака подбежала к Джонни и, вереща от радости, бросилась к нему на шею. Чернокожий здоровяк специально присел на корточки, чтобы она могла его обнять.

– Племянница моя, – объяснил он. – Дочь главы клана «Африка».

– Если она ему дочь, а тебе… то ты… – Я впервые смотрел на него сверху вниз. – Дружище, если ты такой большой человек, почему я раньше не пересекался с тобой? Почему ничего о тебе не знаю?

Джонни не успел даже рот открыть для ответа.

– Дядя говорит, что ему не нравится бизнес папы, – прощебетала крохотная чернокожая красотка. – Дядя с папой не заодно. Но ради меня дядя готов на все-все, я его любимая племянница!

Здоровяк пожал широкими плечами – мол, Край, ты ж сам по себе, так что должен понимать такого же одинокого волка.

Я подмигнул ему с намеком, что еще как его понимаю и одобряю.

– В городе стали пропадать дети, Край. – Джонни мягко отстранил от себя Амаку и поднялся. – Это обеспокоило моего брата. Он не любит, когда в Вавилоне беспределят, и потому принялся потихоньку, без лишнего шума, но очень быстро вводить своих людей в коллективы детских садов и школ. Кое-кого из прежних педагогов пришлось отправить на больничный… Зачем нужны были наши люди? А чтобы просто поглядывали по сторонам, замечали, кто чаще других без повода оказывается рядом с чужими детьми…

– Герда Генриховна? – перебил я Джонни.

– В точку, Край. Она наш человек. И она засекла одну женщину…

– Розу Ивановну Сердюк, чтоб ее!.. – я вспомнил, каким взглядом нас проводила воспитательница-фельдфебель, когда мы с Миленой забрали Патрика из детсада и случайно столкнулись с тетушкой супруги. Теперь понятно, чем мы заслужили такое прощание.

– Да. Сердюк. За ней следили. Ждали, когда она украдет ребенка, чтобы выйти на ее хозяев.

– А почему не взяли, не допросили, как следует?

– Мой брат слишком осторожен. Сердюк была чуть ли не единственной зацепкой. Гамбино не в счет, он засветился только в Интернете, когда искал детское… ну, ты понимаешь. Я им сам занимался. А тут еще выкрали Амаку… – Джонни погладил прильнувшую к нему девочку по кудрявой голове. – Это был заказ наших врагов. Техасец заказал. Так что брат не мог рисковать. Мы все не могли рисковать.

Я прижал к себе Патрика:

– А тут я со своей семьей…

– Да. Поэтому за тобой тоже следили, Макс. Мы знаем, что ты побывал на Полигоне. Брат хочет переговорить с тобой лично.

– Дружище, денег больше нет.

– Это точно? – прищурился Джонни.