Неподдающаяся - Ольга Мяхар

- Целуй! - рявкнул Иллу священник.

Отвернуться я не успела… да и не хотелось почему-то.

Гости облегченно выдохнули и рванули к домику. Кот округлил глаза и попытался доораться до бегущих, предупреждая, что конструкция хруп…

- Я первый! - проорал Алл и упал на кота. Тот только рот открыл, а принц уже рухнул на него, спеша попасть внутрь.

Следом налетели и остальные, а сзади ревел обиженный дракон, ломая стену церкви.

Мы же продолжали целоваться, не обращая ни на кого внимания.

Рисе стоял у дальней стены и спокойно на нас смотрел. Его жизнь, как и моя, была гораздо длиннее жизни человека. А оборотни умеют ждать.

Кот спас домик, закрыв его собственным телом. И теперь все сидели за большим столом, собранным из нескольких столиков и тумбочек, ели, пили и с интересом рассматривали мою надутую особу, сидящую во главе стола. Счастливый Илл обнимал меня одной рукой и ел при помощи второй. От блюда к блюду ползал Зябус вместе с небольшим, размером с кулак, дракончиком (кот сказал, что потом все исправит обратно) и радостно делился информацией, где что вкуснее и у кого в тарелке стоит еще побывать. Дракончик внимательно слушал, удивленно чесал голову и кивал. Зябус надувался от гордости.

Лила с Арком устроились на кухне, получив в личное пользование огромный шоколадный торт. Зябус уже настороженно принюхивался, чувствуя, что где-то что-то упустил, но пока не понимая, что именно. Король объяснял отцу, как именно его не надо охрянять, пытаясь сохранить достоинство и отобрать назад бутыль с наливкой (чистый спирт!).

Братья сидели рядом со мной, наперебой рассказывая обо всем, что произошло в мое отсутствие, и радуясь, что можно больше не дуться. А Мила демонстрировала зажатому в угол Риссу свою коллекцию драгоценностей, в данный момент тыча ему чуть ли не в глаз рубин размером с набалдашник у кровати. Спасли несчастного родители Лилы, переключив внимание девушки на себя и с честью вынеся подробный двадцатиминутный показ буквально всего (в некоторых местах мама Лилы закрывала мужу глаза рукой, краснея и пытаясь объяснить девушке, что: «и так все видно»).

Короче, к вечеру веселье набрало обороты. Все напились до состояния хрюшек (я сказала: все). Я на бис целовалась со счастливым Иллом, пока ирик на пару с дракончиком зажигал под потолком светящиеся молнии и огненные шарики, освещая зал. Народ танцевал под музыку играющего на гитаре отца, уворачиваясь от освещения и веселясь от души. Священник в танцах участия не принимал, занятый тем, что читал проповедь королю, а тот не менее громко объяснял, где падре не прав, лишь распаляя последнего. Оба от спора явно получали удовольствие.

Кот торжественно внес в зал обкусанный шоколадный торт, которому все шумно обрадовались. А перемазанные шоколадом дети тихо спали посреди всего этого бедлама, забравшись на кресло перед камином и заботливо укрытые теплым пледом.

Все остальные спать разбрелись лишь к утру. И даже кот махнул лапкой на горы посуды, уснув у камина на втором кресле.

Меня же, сонную и объевшуюся, торжественно донесли по кривой до второго этажа, уложили в кровать и рухнули рядом, сграбастывая в объятия и утыкаясь носом в макушку.

Уже засыпая, я все-таки спросила:

- А ты меня любишь?

Тишина, сонное дыхание хозяина и мое недовольное сопение.

- Люблю.

Я засопела сильнее, намекая, что этого недостаточно.

- Очень.

- Да? - недоверчиво. Тяжелый вздох мученика.

- Да,- твердо и сознательно.

Я довольно притихла, а вскоре и вовсе заснула, ощущая себя странно спокойно и уютно в его руках.

Рядом запыхтели, по боку прошлось аж восемь лапок, а вскоре рядом с моим животом уснули довольные ирик с дракончиком, уютно окопавшись в коконе моих рук. Я осторожно подвинулась, ирик икнул и недовольно закопошился, но вскоре опять затих. А я сквозь дрему подумала, что надо будет попросить кота не расколдовывать дракошу. Эти двое явно сдружились, да и прокормить такого маленького чешуйчатого гораздо легче, чем его в прежнем виде. Опять же ему не будет больше одиноко… никогда…

И я уснула, чувствуя тепло, уют, покой… и впервые улыбаясь во сне.