Любовь прекраснее меча - Андрей Легостаев

На ладони лежал перстень графа Маридунского.

— О, — только и смог сказать Радхаур. — Где вы его взяли? Из моря?

— Из какого моря?

— Ну… Я уронил его, когда мы плыли в Ирландию…

— Я взял его у Фоора, — спокойно пояснил Хамрай. — В коридоре Алвисида.

— У верховного координатора? В коридоре? А как… а где сейчас сэр Дэбош?

— Его больше нет, — холодно произнес Хамрай.

— Как нет? Он… — Радхаур в волнении встал. — Вы убили верховного координатора?

Хамрай спокойным жестом усадил наследника Алвисида обратно.

— Фоор был обречен, — сказал маг. — Он потерял себя, он пошел на обман. Его неминуемо уничтожили бы ближайшие соратники. Тебе нельзя больше оставаться у алголиан. И тебе нельзя им больше доверять.

— Но почему? Разве они не желают оживить Алвисида?

— Нет, — покачал головой Хамрай. — Алвисида знал лишь Фоор, остальные алголиане родились позже его гибели. Зачем им нужен живой бог, который неизвестно еще как поведет себя? Не лучше ли поклоняться богу мертвому и властвовать над живыми?

— Не знаю… но я верю вам. Не знаю почему, но верю. Вы пришли, чтобы предупредить меня об этом?

— Нет. Я пришел проститься с тобой, наследник Алвисида.

— Как проститься?! Вы не…

— Я тебе все расскажу… — перебил Хамрай. — С самого начала.

Хамрай рассказал Радхауру все.

Тихим спокойным голосом поведал удивительную и долгую свою историю. Он исповедовался перед этим юношей — наследником незаслуженно покаравшего Хамрая бога. Покаравшего не за любовь — за похоть. Рассказал, не утаивая ничего, даже как тринадцать лет назад похитил его, наследника Алвисида, потеряв себя, как потерял сейчас себя Фоор. Но для Фоора это оказалось гибельным, Хамрай же сумел обуздать свои страсти в тот жуткий момент.

— Но отец же приколол похитителя копьем к дубу? — удивленно воскликнул Радхаур.

Хамрай лишь усмехнулся и продолжил рассказ.

Хэккер Прионест проснулся от тяжести вливающейся в него силы и резко сел на кровати. Ему было очень больно — пальцы разорвали тонкую ткань простыней. Он едва удержался от крика.

Наконец, боль отпустила, он тяжело дышал, голова кружилась.

Но он знал, что это означает. В него, как и еще в троих высших апологетов алголианской церкви, влилась магическая мощь, которая могла исходить только от одного человека в мире.

И хэккер Прионест знал, что ему теперь делать.

Когда Хамрай замолчал, Радхаур посмотрел на него чистым взглядом:

— Вы это твердо решили?

— Да.

— И вас не пугает заклятие Алвисида?

— Пугает.

— Хотел бы я любить кого-нибудь так же, как… Как вы… — едва слышно прошептал Радхаур.

— Ты выполнишь мою последнюю просьбу?

— И единственную, — сказал Радхаур. — Вы много сделали для меня, но ни о чем еще не просили, — пояснил он. — Да, я, хотя бы ради вас, постараюсь оживить Алвисида.

— Спасибо. Во дворце шаха Балсара живет мой двойник. Это я. И не я. Если бы мы встретились — он бы тут же погиб. Трудно было добиться этого, но не невозможно.

Погибну я — и он станет единственным, а значит, настоящим Хамраем. В случае чего можешь полагаться на него — если встретишь, конечно.

— Хорошо. Я верну шаху Балсару возможность иметь наследника.

— Это очень важно, — сказал Хамрай. — Для меня важно.

Он встал.

— Прощай, наследник Алвисида.

— До свидания, доблестный сэр Ансеис.

Хамрай с удивлением посмотрел на юношу, но ничего не сказал. Взял подсвечник и пошел к выходу.

— Сэр Ансеис, — остановил его Радхаур.

— Да?

— Извините, но сами-то как вы попали в волшебный коридор?

Радхаур вертел в руках неожиданно возвращенную драгоценную реликвию.

— Опыт и знание позволили мне открыть тайну, — усмехнулся Хамрай. — Вряд ли еще кто сможет разгадать эту загадку. Ты — единственный владелец коридора.

Прощай.

— До свидания, — вновь упрямо повторил Радхаур.

«Да, любовь — удивительная, прекрасная, жуткая штука, если заставляет такого человека идти на смерть, »— думал юноша.

Что он, Радхаур, знает о любви?! Ничего!

Он посмотрел на спящую Марьян и его неожиданно охватил странный, сладкий порыв нежности к той, кого он из уродины силой мгновенной, минутной любви превратил в ослепительную красавицу.

Что же творит любовь пожирающая, страстная, всеобъемлющая?! И как возвысится до нее?!