Заговор богинь - Филис Кристина Каст

– Нет! – воскликнула Катрина, – Какого черта он только думал? Он ведь не должен был сражаться без Ахиллеса!

– Он устал от ожидания.

– И потому решил прикинуться Ахиллесом?

– Если бы прикинуться... Патрокл действительно был Ахиллесом. Он выглядел как Ахиллес... он двигался как Ахиллес... он сражался как Ахиллес! И голос у него был таким же. Даже после того, как его ранили, я был уверен, что это Ахиллес!

У Катрины мурашки побежали по всему телу.

– И Патрокл умудрился проделать все это сам? Конечно, они родственники, но все же не настолько похожи друг на друга! Нас одурачила какая-то богиня!

– Афина солгала мне. Судя по голосу, Одиссей был потрясен предательством.

– Что-то мне кажется, в этом деле приняла участие не одна богиня, – тихо сказала Катрина.

И тут в ее голове пронеслась ужасающая мысль.

– Одиссей, кто ранил Патрокла?

Но она знала, каков будет ответ, еще до того, как услышала.

– Это был твой брат, Гектор.

Ноги у Катрины стали ватными, и она без сил опустилась на песчаный холмик.

– Ох, боже ж ты мой...

– Но Гектор остался в живых, царевна, – мягко произнес Одиссей.

– Но как вообще это могло случиться... – пробормотала Кэт, закрывая лицо ладонями.

– Это все Аякс. Он вел себя как одержимый. Он ревел, вызывая Гектора, кричал, что Ахиллес наконец-то явился за ним, а потом расчистил дорогу между воинами. Гектор убил его перед тем, как они схватились с Патроклом.

– Какая-то бессмыслица. Ахиллес не должен был сражаться с Гектором... он вообще не должен был сражаться!

– Теперь он обязательно встретится с Гектором, – мрачно сказал Одиссей.

– Что?!!

– Если Патрокл умрет, Ахиллес обязательно будет мстить за его смерть.

Катрина во все глаза уставилась на Одиссея, не до конца понимая, что именно она услышала, – а потом ее вдруг начала бить крупная дрожь.

– Патрокл не может умереть. Найди тростник и неси его скорее к Джаки!

– Джаки?

Катрина тряхнула головой, как будто пытаясь прояснить мысли.

– К Мелии... я имела в виду Мелию. Найди для нее тростник!

Катрина встала, с трудом заставив ноги двигаться

-Я разыщу Ахиллеса.

Одиссей коснулся ее руки.

– Будь осторожнее, царевна. Ахиллес – не берсеркер, но берсеркер – не человек. Он убьет тебя... в этом можно не сомневаться.

Кэт напряженно кивнула и повернулась, чтобы уйти но следующие слова Одиссея остановили ее.

– Я знаю, что вы с Мелией – не те, кем кажетесь, но если ты не бессмертна, то даже и не думай противостоять берсеркеру!

Катрина посмотрела ему в глаза – и бросилась бежать. Ее мысли были сосредоточены только на Ахиллесе. Кэт знала, где он. То, что он слишком крепко спал утром и не проснулся при появлении Джаки, теперь получало свои объяснения.

Катрина ворвалась в шатер. Внутри было прохладно и сумрачно... и Ахиллес так и не пошевелился с тех пор, как Кэт ушла вместе с Джаскелиной. Катрина некоторое время колебалась, глядя на спящего воина. Он был таким мирным, совершенно спокойным, он так свободно раскинулся в постели... Его золотые волосы рассыпались, отчасти закрыв лицо, затенив шрамы, и Ахиллес выглядел столь молодым, что у Катрины на мгновение перехватило дыхание. Она знала, что все изменится после того, как она его разбудит, и она не хотела разбивать вдребезги то, что уже сложилось... она не хотела разбивать вдребезги этого нового Ахиллеса. Она осторожно отвела волосы с его лица, но он даже не шевельнулся. Кэт поцеловала его в щеку, и он улыбнулся во сне. Она потрясла его за плечо.

– Ахиллес, надо просыпаться.

Ей пришлось еще раз встряхнуть его, посильнее, и только после этого он сонно повернулся и, моргнув, посмотрел на нее.

– Катрина, ты мне снилась.

От нежного выражения его лица у Катрины все сжалось внутри. Собравшись с силами, она заговорила ровным. спокойным голосом:

– Ты должен пойти со мной. Произошел несчастный случай, Патрокл пострадал.

Ахиллес стряхнул с себя остатки сна.

– И насколько серьезно? – спросил он, быстро одеваясь и направляясь к выходу из шатра.

– Ахиллес...

Катрина поймала его за руку.

– Дело плохо. Ты должен подготовиться. Патроклу нужен ты, именно ты, а не берсеркер. Тебе ведь не придется сражаться прямо сейчас, – медленно, отчетливо выговорила она.