Арейла. Авантюристка - Елена Картур

Слегка улыбнувшись пафосности своих размышлений, решила, что надо бы проследить за собой. Если обнаружу перепады настроения и излишнюю эмоциональность… ну что ж, у любой женщины для подобного есть универсальное объяснение. И это тоже когда-нибудь должно было случиться.

А теперь вон из головы всякие глупости, есть заботы поважнее. Прошедшая ночь нас здорово потрепала, и у всех много работы. Раш дал как следует выспаться, да и потом меня не слишком беспокоили, но сидеть в шатре, когда все, включая княгиню, заняты делом, я была не намерена. Поэтому сейчас — в наш штатный лазарет за перевязочным материалом и мазью, а затем в первую очередь отловить мужа. Рана у него не самая серьезная, некоторые из наших бойцов пострадали сильнее, но довольно болезненная, к тому же зверье зубы не чистит. Это в перспективе наша главная проблема, подобные раны гарантированно воспаляются. Целителей нет. Есть Ариль с неким набором заклинаний первой помощи и есть ученик шамана, по совместительству мой третий телохранитель, с чуть большим арсеналом. Обычно этого хватает для любого путешествия, но обычно и не бывает так, чтобы от нападения хищников в буквальном смысле пострадали все поголовно в той или иной степени.

К счастью, орки не впервые сталкиваются с подобными ранениями и имеют в запасе достаточное количество нужных мазей и снадобий, плюс еще немного на всякий случай. Так что должно, хоть и впритык, хватить на всех.

Сегодня в мои обязанности входит перевязка легкораненых. Ночью это было сделано второпях, в условиях не самых лучших, в темноте и под проливным дождем, но тогда была важна скорость оказания помощи, сейчас же все будет делаться куда более основательно.

Раш от перевязки пытался всячески увильнуть, ссылаясь на сильную занятость. Я понимаю, работы и впрямь немало: нужно починить поломанное или порванное в пылу вчерашней схватки, выкопать могилы для тех, кто погиб, в твердой степной земле и наконец отловить возвращающихся и кружащих вокруг лагеря сансов. Но если муж оторвется от работы на несколько минут, ничего не случится. Остальные мужчины и без него какое-то время справятся, не дети.

— А ну-ка, пошли лечиться! — Хватаю его за косу и тяну в сторону нашего шатра.

Остальные орки тихо посмеиваются, Раш физиономией изображает покорность судьбе. Через пару шагов подхватывает меня, перекидывает через плечо (неужели нельзя как-нибудь по-другому? Тоже мне дикарь) и бодро хромает в нужном направлении. Вслед нам несутся жизнерадостные смешки.

Я на ребят не обижаюсь, после такой ночи всем нам нужно немного позитива.

Рана уже начала воспаляться, рваные края припухли и стали жутковатого коричневого цвета. Раш, впрочем, меня немного успокоил, что так и должно быть. Не знаю, может, он и прав, в прошлый раз, когда его располосовали когтями, все зажило достаточно быстро и без особых проблем. Но кто знает, как будет сейчас, возможно, если зеленая кожа и красная кровь, воспаление так и должно выглядеть? Лишь бы только никаких осложнений, антибиотиков и врачей у нас в ближайшее время не предвидится.

— Больно? — Я аккуратно отмачивала присохший бинт, Раш молча морщился.

— Ничего, терпимо. — Он мужественно улыбнулся. — Бывало и хуже.

— Да ну? — Приподнявшись, мягко поцеловала его в губы. — Так легче?

— Не распробовал. Повтори?

Повторила. И вообще, что я могу сказать. Такие несерьезные ранения — вовсе не помеха для некоторых шалостей. Я полагаю, Раш остался полностью доволен моим лечением.

Остальные легкораненые от перевязки увильнуть не пытались и даже шли на нее с охотой. Это был тот редкий случай, когда совсем не возбранялось остаться наедине с чужой женой и даже перекинуться парой слов, не ожидая, что ее супруг оторвет тебе голову. Но я все равно вызывала парней по двое. Во-первых, мало ли что там не возбраняется, может, и Раш отнесется к ситуации с полным пониманием, а вдруг все-таки приревнует? Орки — ребята темпераментные, никогда не угадаешь, когда вспыхнут, хотя муж у меня в целом все-таки довольно сдержанный. А для орка так и вовсе на редкость хладнокровный. А во-вторых, мне иной раз были просто жизненно необходимы лишние руки.

Отношение ко мне опять неуловимо изменилось. Еще недавно я была всего лишь женой наследника престола, может быть, с недавних пор — одной из команды княгини, с нашими непонятными женскими штучками, до которых мужчинам по большому счету дела нет. Как экзотическая птица, вроде бы уже почти своя, но по факту еще чужая и непонятная.

А теперь… все-таки орки очень уважают загадочный воинский дух. По их понятиям это не выучка, по сути, сражаться может и полный неумеха, и не храбрость, ибо бояться не стыдно, главное, не становиться при этом беспомощной жертвой. В общем, толком объяснить, что такое этот самый воинский дух, мне никто не смог, но все сошлись в том, что он во мне есть. В конце концов, мы с Арилью фактически вдвоем отбили нападение на кибитку, остальные женщины выступали больше как поддержка, много ли навоюешь с одним кинжалом против нескольких хищников? Надо, кстати, княгине намекнуть, что в подобное путешествие для женщин стоит брать что-то вроде моего арбалета.

В общем, меня, как и Ариль, признали в своеобразном воинском братстве. Ну, с Арилью-то все понятно, она боевой маг, а чего ждать от меня, никто не знал, мало ли что там Раш говорил, лично все видели только мой поединок с Ашамелью.

Теперь со мной общались, а не обходили стороной, не пытаясь даже перекинуться парой слов. Меня такое положение вещей ранее ничуть не смущало: сама с незнакомыми мужчинами общаться не стремилась, да и думала, что народ не хочет раздражать Раша, потому и держится на расстоянии. В каком-то смысле так оно и было, однако с собратом-воином правила общения, касающиеся замужних женщин, слегка упрощаются. На том основании, что я, прежде всего, боевой товарищ, с которым сражались бок о бок, а уж потом женщина.

Но все было очень пристойно. Я имею в виду — общение общением, но никаких попыток флирта или, упаси боги, непристойных намеков. Разговаривали со мной исключительно вежливо, на вопросы отвечали охотно, особенно что касалось воинских умений или жизни в степи. Но не более того.

Поражаюсь способности этих мужчин идеально держать дистанцию. Тем не менее, если забыть про печальный повод, изменение отношения меня радовало. Я все больше чувствовала себя среди орков как дома, хотя, если уж совсем честно, значительно лучше, чем дома. И меня даже всяческие опасности практически не смущают. Еще ночью нас всех чуть не съели, а спустя почти сутки обычные бытовые проблемы занимают меня гораздо больше.

Этот мир меня меняет. Не знаю, в лучшую или в худшую сторону, но меняет. В моей жизни никогда раньше не было столько опасностей, мне не приходилось стрелять в людей, не приходилось думать о том, что наличие оружия поубойнее под рукой — жизненная необходимость. В Империи за мою незаконную деятельность в случае поимки грозила максимум каторга, а гораздо вероятнее — лишение всего имущества и ссылка или, как вариант, пожизненная работа на какую-нибудь спецслужбу за умеренную зарплату. Только последнее дело, в которое я вляпалась по самые уши, могло грозить смертной казнью, и то в случае, если мне совсем уж крупно не повезет. Это было приключение, уже давно не ради денег, а ради адреналина, почти как альпинизм. Ну и чтобы утереть нос всем моим недоброжелателям, благо таких было много, чуть ли не вся аристократия, за эти заказы я бралась особенно охотно. Здесь же приходится метко стрелять, не задумываясь, и убивать, тоже не задумываясь. Кажется, у меня это неплохо получается. Это должно беспокоить? Должно, но почему-то не беспокоит.