Искушение вампира - Рэйвен Харт

– Мы можем помочь в охоте на Ридрека? – спросил Тоби, когда мы с Оливией направились к выходу. Мне показалось, что он не слишком-то горит таким желанием, но чувствует себя обязанным предложить свои услуги.

– Нет. Это слишком опасно. Вы плохо знаете город. Позовите Чандлера, если вам что-то понадобится. Я выйду на связь завтра ночью, если не раньше. Ничего, если мне придется разбудить вас днем?

– Конечно, – сказал Герард. – Дворецкий сказал, что возьмет на себя труд найти удобное место для моего гроба. Я полагаю, он будет стоять в подвале, как это обычно бывает. – У Герарда был старомодный стиль речи, который временами использовал Уильям, и легкий французский акцент.

– Если понадобится поднять меня и Ибана, просто стукните чем-нибудь тяжелым по задней стенке, – сказал Тоби. – Я сплю чутко.

– Заметано.

На средней ступеньке я решил, что проще нести Оливию, чем тащить ее за собой. Я подхватил вампиршу на руки. Мне показалось, будто она вообще ничего не весит. Моя сила все еще была огромна, а слух оставался острым. На полпути к машине, когда я уже должен был выйти из зоны слышимости, до меня долетел голос Тоби.

– Вы видели? Вот это жеребец! Ребята, только представьте, что будет, если он ее трахнет. Со всей силой, которую Оливия получит, она станет супервампиршей!

Просто отлично, мистер Тактичность. Просто отлично. Я устроил Оливию на пассажирском сиденье и обошел машину, чтобы сесть на водительское. Вампирша застонала.

– Не уходи. Мне больно.

– С чего вдруг? – сказал я, вытаскивая ключи и не притрагиваясь к ней. Пусть немного помучается. Может, это заставит ее поделиться какой-нибудь информацией. – Я думаю, ты отлично знаешь, что с тобой сейчас происходит. Верно?

Оливия придвинулась так близко ко мне, как только смогла – разве что не залезла на колени, – и вцепилась в мою руку.

– Я должен завести мотор, дорогуша. Сдай назад. – Я отпихнул Оливию и выехал на аллею. – Так что происходит?

– Он зовет меня к себе!

Вампирша снова приникла к моему боку, и на этот раз я не стал ее отталкивать.

– Кто? Ридрек? – Я начал выворачивать на шоссе, но тут Оливия перехватила руль. – Эй!..

– Да-ааа. – Слово прозвучало длинным болезненным стоном. – К нему туда. – Она указала в противоположную сторону.

Я собирался возмутиться, когда до меня дошло, что это отличный способ найти Уильяма. Ридрек притянет меня и Оливию к ним обоим. Оливия показывала дорогу, и скоро я понял, куда мы едем.

К Бонавентуре.

Уильям

Огонь…

Мое сознание отлетало все дальше в прошлое, прочь от мучительной боли настоящего.

Пламя…

Весь город, казалось, ярко пылал. Люди бегали и кричали… некоторые из них горели.

Два грандиозных пожара опустошили Саванну. Один – через несколько лет после того, как Джорджия ратифицировала конституцию, а второй, гораздо более страшный, – двадцать четыре года спустя, в январе 1820-го.

К своему несчастью, в это время я уже проживал в Саванне.

Боль…

Теперь, как и в ту ночь, я брел через дымные, засыпанные угольями улицы. Ужас переполнял меня. Кричащая женщина кинулась ко мне в объятия, юбка ее пылала, я ощущал запах паленой кожи. Сбив женщину с ног, я катал ее по земле, стараясь потушить одежду, но несчастной было уже нельзя помочь. Люди пробегали мимо, неся на руках детей и какие-то пожитки. Один мужчина тащил собаку, другой – горшок, наполненный водой. Они бежали к площадям, подальше от обжигающего жара горящих зданий, и там собирались в толпы, надеясь, что благословенная прохлада колодца или фонтана сможет защитить их. Но бедолаги позабыли о деревьях. Огромные дубы, чьи ветви обросли бородатым мхом, освещали небо как масляные факелы, роняя пламя и смерть на нолей внизу. Я стоял в центре улицы и кричал в ночь – о смерти, о милосердии, о дожде. На мне была защита Лалии, и я знал, что не сгорю. Уцелеет и мое имущество у реки. Но город… Магии старых оришас[44]не хватит, чтобы спасти Саванну.

Перекрывая рев огня, раздалась песнь Лалии. Слова были непонятны, но звук тотчас же позвал меня. Я опустил глаза и увидел, что ступни и щиколотки окутаны голубоватым пламенем, но боль отступала, запах паленой плоти стал не таким сильным. Лалия помешает мне умереть. Во всяком случае, на этот раз. Я будут гореть, но выживу и исцелюсь.

…Ведь я должен спасти Джека…

Время сместилось. Неожиданно я оказался возле дома Элеоноры на Ривер-стрит и увидел, как жирный черный дым поднимается из окон третьего этажа. Языки пламени лизали шторы в спальне Элеоноры, в окне маячило ее лицо. Она кричала и протягивала ко мне руки, покрытые пузырями ожогов. Вдалеке слышался звук сирен, но я знал, что они опоздают. Я должен был спасти мою женщину, сломать входную дверь, но к своему ужасу понял; что не могу сдвинуться с места. Мои ноги приросли к земле, страх стиснул грудь. Все вампиры боятся огня, но Элеонора – человек.

Элеонора…

Я мог только беспомощно наблюдать, как стекло разлетелось от жара, забрызгав осколками тротуар. Любимое лицо исчезло. Пламя перекидывалось из комнаты в комнату, и огненный ад поглотил здание целиком.

Джек

Мы приближались к кладбищу. Всю дорогу Оливия цеплялась за меня и мало-помалу оживала. Я слыхал о прилипчивых женщинах, но это было уже слишком. Вам бы не удалось просунуть между нами монетку, даже если бы от этого зависела ваша жизнь. В конце концов, вампирша настолько пришла в себя, что даже выдала собственную теорию относительно моего влияния на нее.

– Я знаю, почему так происходит, – заявила она. – Это из-за того секса. Обратный эффект. Ты привязал меня к себе так, как всегда мужчина привязывает женщину, забрал мою силу вместо того, чтобы отдать свою. А теперь, когда я слышу зов Ридрека, эта связь с тобой ему противодействует. Такое чувство, что меня разрывает пополам. Но сейчас я ближе к тебе, мы направляемся к Ридреку, и… – Она вытянула шею, Чтобы взглянуть на спидометр. – И едем очень быстро, так что я чувствую себя гораздо лучше.

После всех моих страданий по поводу карьеры в Калифорнии этот «обратный эффект» не слишком-то подсластил горькую пилюлю разочарования в жизни. Но если я умудрился получить через Оливию дополнительные силы, это и впрямь было уже кое-что. Может быть, мне даже удастся опробовать свое приобретение на добром дядюшке Ридреке.

– А что будет, когда мы с ним встретимся?

– Не знаю.

– Просто отлично.

Мы подъехали к кладбищу. Ворота были закрыты, но цепь не могла конкурировать с моей силой… и ломиком, извлеченным из багажника. Ну, вы поняли. Не возьмусь сосчитать, сколько раз я ломал эту цепь. Охрана кладбища, должно быть, полагала, что имеет дело с сумасшедшим коллекционером замков. Вдобавок я частенько просил Ренье втихую заменить местный замок на наш собственный, а потом оставить ключи в тайнике под каменным львом перед воротами.