Двойной эскорт - Алекс Орлов

Космический порт Сент-Лоиса считался центральными воротами всей планеты Лованза. Именно здесь ожидали появления Джима и Тони старший агент Фишер и пятьдесят человек регионального спецназа СГБ, половина из которых была наряжена в гражданские костюмы.

Спецназом командовал сержант Михайло Брюховец, человек строгий и немногословный, однако долгое совместное дежурство с агентом Фишером вынуждало его к общению. Вот и сейчас они сидели на террасе портового кафе «Ласточка» и смотрели на размеченные квадраты взлетно-посадочного поля, уходившего к самому горизонту. Ближайшие к зданию посадочные площадки были резервными, на случай прибытия важных гостей, чуть подальше приземлялись пассажирские суда и курьерские борты, но дальше всех, за километр и более, приземлялись перевалочные барки, спускавшие с орбитальных причалов привезенное танкерами топливо редких сортов, бытовую технику элитных марок и много чего другого, что не производилось на Лованзе.

– Ну что, лейтенант, чего там начальство пишет? – спросил Брюховец, с неудовольствием потягивая разбавленное грейпфрутовым соком бренди. За коктейль заплатил Фишер, и Брюховец во что бы то ни стало старался добить бесплатное угощение.

Фишер оторвал глаза от сообщения и покосился на протиравшую бокалы официантку. Работать приходилось в условиях, где повсюду были посторонние глаза и уши, поэтому бдительность следовало соблюдать максимальную.

– Я же просил вас, Брюховец, не называть меня лейтенантом. Я – старший агент, а это формально соответствует званию капитана.

– Да на капитана вы как-то не тянете, – пожал плечами Брюховец, высасывая через соломинку грейпфрутовую мякоть со дна бокала.

Почувствовав на себе неприязненный взгляд Фишера, Брюховец понял, что допустил бестактность.

– Да нет, старший агент, я не то чтобы вас как-то это самое, просто у нас был капитан Хряк, мы с ним земляки – оба с Трезубца, так вот у него и плечи были как полтора меня, да и морда, вы меня извините, ваших бы три поместилось… В смысле лица. И когда говорили – ховайся, Хряк идет, все натурально ховались, потому как если найдет, к чему причепиться, причепится и убьет. Хотя многие, конечно, выживали.

– Это вы к чему, Брюховец? – строго спросил Фишер. Он происходил из семьи потомственных инженеров-химиков и пошел работать в спецслужбы, чтобы сломать эту порочную, с его точки зрения, практику следования профессиональной тропой предков. А еще, став секретным агентом, он намеревался отомстить тем мальчишкам, что задирали его во дворе, дразня очкариком, и бросались в него камнями, когда он со скрипкой ходил в музыкальную школу.

Однако работы у сотрудников спецслужб оказалось куда больше, чем писали в романах и показывали в кино. Слежка, отчеты, тренинг, снова слежка и отчеты – текучка и малоинтересные автобиографические факты вытеснили из жизни Самуила Фишера детские мысли о мести.

– Вы к чему все это сказали, Брюховец? – повторил Фишер, поскольку командир спецназа не отреагировал на его первый вопрос.

– Так это… К тому, что на капитана, господин старший агент, вы мордой не вышли.

Поняв, что и в этот раз получилось грубовато, Брюховец одернул топорщившийся на нем пиджак, подтянул спрятанное под ним снаряжение и сказал:

– Внешность ваша уж больно интеллигентная, господин старший агент. Но для вашей работы оно, конечно, может, и правильно. К примеру, смотрит на вас какой-нибудь гражданский и думает: это чмо какое-то, а вы же – не чмо, вы старший агент.

– Вы спрашивали о новостях, сержант, – с металлом в голосе напомнил Фишер.

– Да, хочется знать, чего нам ждать, а то ребята этот порт за два дня уже по восемь раз обнюхали.

– Новости плохие, пассажирское судно, на котором ожидалось прибытие преступников, потерпело крушение.

– Так, значит, их без нас порешили?

– Нет, не порешили. Они спаслись и теперь неизвестно где находятся… – Фишер вздохнул. – Аналитики предполагают, что они продолжат движение в этом же направлении, но на попутных транспортных средствах.

– Понимаю, – кивнул сержант, поглядывая на официантку, перезрелую женщину с внушительными формами.

– Это значит, что нам придется разделиться. Требуется прикрыть еще пару площадок, на которые может приземлиться неатмосферное судно.

– Ну… люди есть, можем и разделиться, – согласился сержант. Он и раньше считал, что пятьдесят человек против двух – слишком большая честь, что бы там ни говорили об этих преступниках. – Сколько у нас времени?

– Неделя как минимум, найти скоростной уиндер им не удастся, придется воспользоваться какой-нибудь калошей с пилотом-алкоголиком.

– А почему алкоголиком? – удивился Брюховец.

– В экономически депрессивных регионах других не бывает, а район, где они потерпели катастрофу, таковым и является.

– Вы, господин старший агент, наверно, много чего знаете. В смысле умный человек, – искренне восхитился Брюховец.

Фишер неопределенно пожал плечами. Стоило ли обучение в университете, а потом в разведколледже того, чтобы выслушивать комплименты от таких вот брюховцов? Начальство им не слишком восхищалось и второй год придерживало повышение по службе.