Проводник - Николай Степанов

– Скоро антимагит перестанет действовать, и я тебя развяжу, – пообещал Ширад своему пленнику.

Ксуал предпочел молчать и не прореагировал на столь заманчивое предложение.

Сегодня ранним утром они добрались до заброшенного жилища, в котором наставник принца решил дождаться возвращения своих сил. Шираду порядком надоело шататься среди деревьев. Он обрадовался крыше над головой и прочным стенам, защищавшим от лесных хищников.

Гамуд также был не прочь отдохнуть. После схватки с рахнидом он чувствовал себя полностью разбитым. Лекарство супруги почти справилось с ядом когтей страшного паука, однако организму требовались время и покой, чтобы восстановить силы. Вместо этого ему пришлось подниматься ни свет ни заря и топать за узкоглазым чародеем. Тот шел абсолютно без каких-либо ориентиров, лишь бы не стоять на месте, и, как ни странно, наткнулся на одинокую хибару посреди леса.

Судя по лучам солнца, проникавшим в окно, пошла вторая половина дня. Ширад всласть выспался, и его потянуло пообщаться:

– Не хочешь спросить, почему я таскаю тебя за собой?

– Нет.

– Зря. Мог бы много интересного узнать. И про себя, и про сына.

– Не вижу смысла. Правды ты все равно не скажешь, а слушать пустую болтовню охоты нет.

– Охоты у него нет! Да кто тебя вообще спрашивает?! Что прикажу, то и будешь делать, а про свои желания можешь навсегда забыть. Если сумеешь стать мне полезным, сделаю своим помощником, нет – не обессудь. Не в моих правилах оставлять врагов в живых. – Глаза чародея превратились в едва заметные щелки, он пребывал в прекраснейшем настроении, о чем свидетельствовала кривая улыбка на лице.

– Лучше в земле гнить, чем помогать такому уроду, – усмехнулся пленник, ощутивший в этот момент приближение охотника. «Вот будет сюрприз для этого типа».

– Чего зубы скалишь, когда разговариваешь с хозяином?! Ничего, сына твоего я научил хорошим манерам, и ты у меня шелковым будешь.

– Сомневаюсь.

– Напрасно. Я знаю много эффективных способов укрощения строптивых.

– У тебя не будет возможности испробовать ни один из них.

– И кто мне помешает? Ты?

– Не я. По моему следу снова идут люди Хиунга. Полагаю, скоро надо ждать гостей. А встречать их нечем. Я связан, а ты сейчас и с ребенком не в силах справиться.

– Какие гости? – насторожился Ширад. – За простачка меня принимаешь? Думаешь, я поддамся на детскую уловку? Не дождешься.

– Ничего я от тебя не жду, и доказывать тоже ничего не собираюсь. Я-то Хиунгу нужен живым, а вот подвернувшийся под горячую руку волшебник – вряд ли.

– Как ты можешь знать, что сюда кто-то идет? Ты же не маг, – совсем разволновался чародей.

– Интуиция. Я второй десяток лет скрываюсь от людей герцога, и она меня ни разу не подводила, – спокойно ответил пленник и в том же тоне продолжил: – Ты перед смертью мне вот что скажи: что вам всем от меня нужно?

– Кому – вам?

– Тебе, Хиунгу, Еневре.

– И Еневра знает, что ты проводник? – не подумав, выпалил Ширад. Он окончательно запутался, не зная, верить Гамуду или нет.

– Догадывается.

– Она тебя видела?

– И не только. Мы с темной королевой имели несколько довольно продолжительных задушевных бесед в дворцовых казематах.

– И после этого тебя отпустили? – Морщины волшебника на лбу изогнулись под прямым углом. – Не может быть! Если королева знала, что ты проводник, от нее бы никогда не удалось уйти. Еневра тебе кровь пускала?