Долина драконов. Книга первая. Магическая Практика - Елена Звездная

— На меня никто и никогда не смотрел как на женщину. Университет Магии нашего королевства — это элитное учебное заведение, в котором таких, как я, даже за людей не считают. Для студентов УМа оскорблением является даже то, что я дышу одним с ними воздухом, а уж какие-то романтические отношения…

И я просто грустно улыбнулась, не став продолжать. Помнится, когда магистр Воронир только привез меня в университет, я, наивная шестнадцатилетняя глупышка, смотрела на холеных университетских парней как на принцев из бабушкиных сказок. До того момента, как самый прекрасный из «принцев» не назвал меня отребьем, принявшись громко обсуждать с друзьями только что выданную мне старую мантию. Тогда я еще плакала от обиды, потом перестала.

— Я твою жемчужинку подвесил на цепочку, — неожиданно сообщил древний, подняв когтем изящное серебряное изделие, на котором поблескивал подарок воздушника. — Надевай сразу и не снимай желательно вообще никогда.

Я подошла, осторожно взяла тоненькую, хрупкую, казалось бы, готовую рассыпаться от одного прикосновения цепочку с изящным кулоном, надела и посмотрела на древнего. Я еще помнила, каким изможденным он выглядел вчера, когда по нам проплыл воздушник, но сейчас… передо мной сидел древний, мудрый, сильный дракон в человеческой ипостаси, что, казалось бы, только подчеркивали зауженные драконьи глаза.

— И это не иллюзия, — улыбнулся древний.

— Я п-поняла, — ответила с запинкой.

— А теперь смотри на меня внимательно! — командным тоном произнес Асур-Ррат.

И вдруг подернулся дымкой, а затем именно эта дымка съежилась, образовав словно бы прямо в древнем маленького толстопузенького дракончика. Который выглядел полупрозрачным.

— Вот так ты будешь видеть любые иллюзии, — объяснил дракон. — На самом деле воздушник сделал тебе очень щедрый подарок, и я… подозреваю, по чьей просьбе.

Я невольно посмотрела на стол, где лежал отчет о практике, сделанный для меня, и сердце сжалось: Главнокомандующий обо мне позаботился, а я о нем — нет. И если все в Долине узнают о том, что какая-то человечка отказала самому бывшему Владыке, для него это будет ударом, возможно, еще большим, чем предательство его бывшей невесты.

И я решилась на просьбу:

— Асур-Ррат… — Я с мольбой посмотрела на древнего.

— Начинается… — неодобрительно протянул он. — Милада, нет!

Опустив взгляд на миг, я вновь посмотрела на дракона и попросила:

— Пожалуйста.

— Нет, Милада, ему уроком будет!

Я продолжала умоляюще смотреть на древнего. Почти минуту смотрела, прежде чем Асур-Ррат яростно прорычал:

— Хоррррррошо, я поговорю с Камали и Хатором и заткну рот халоне Гайто! Но учти, девочка, безнаказанность — это плохо.

— Спасибо! — от всей души поблагодарила я.

Но древний от моей благодарности только скривился и мрачно произнес:

— Не благодари, хуже от моего вмешательства в итоге будет только тебе.

— Ничего, переживу, — ответила, улыбнувшись.

Потом взяла со стола отчет о практике, браслет-телепорт и… и не стала брать второй браслет.

— Гордая? — с насмешкой поинтересовался древний.

— А что это конкретно? — спросила я, осторожно взяв тонкий браслет и проводя пальцем по выкованному на нем силуэту летящего дракона.

— Амулет вызова, — пристально глядя на меня, пояснил Асур-Ррат, — реагирует на смертельную опасность, призывая хранителя, того, кто отдал часть себя, для изготовления этого браслета.

Я еще более осторожно вернула его на стол. Древний неодобрительно покачал головой и мрачно спросил:

— Полагаешь, смерть лучше?

Я вспомнила текст отправленного мне Главнокомандующим послания и кивнула.

Дракон смотрел на меня несколько длинных долгих секунд, а затем тихо сказал:

— Все?

Кивнула, потом отрицательно покачала головой и, взяв бумаги, пояснила:

— Сбегаю оденусь, у нас же холодно, зима.

И поспешила к себе.

Положив отчет о практике в сумку вместе с книгами и прочим, я переоделась в платье, которое подарила Камали, потом обула сапожки, набросила на плечи меховой плащ, и… и жизнь показалась мне просто сказкой! Впервые с момента смерти бабушки у меня была теплая одежда и даже деньги, причем лично для меня внушительная сумма, и раз одежда у меня есть, я смогу купить себе три дополнительных учебника! Все было замечательно! Все было просто замечательно, а то, что где-то там ныло сердце… ему не в первый раз, отойдет.

Когда я спустилась на первый этаж, меня уже ждали Камали, Хатор и древний в своем истинном облике.

Прощаться я никогда не умела, а потому, подойдя к ним, остановилась в растерянности, не зная, что делать, говорить и вообще. И драконы все поняли без слов.

— Ничего не говори, — сказал Хатор, сжимая в крепких объятиях. — Расскажешь, когда вернешься после учебного года. Смотри питайся хорошо, будь умничкой, и чтобы мы с Камали и дальше тобой гордились.

— Что ты такое говоришь?! — шикнула на него драконица. И, отодвинув мужа, тоже меня обняла, с трудом сдерживая слезы. — Береги себя, моя девочка, — прошептала она. — А мы узнаем, когда у тебя весенние каникулы будут, и прилетим на пару дней обязательно.

Я так обрадовалась! Так сильно, что вся грусть улетучилась мигом.

— Рада? — спросила Камали. — Ну вот и замечательно, хоть слезки твои высохли.

— Я очень-очень буду ждать, — заверила, неловко обнимая Камали.

Драконица стиснула меня в объятиях и сама всхлипнула, не особо скрывая.

А потом отпустила, позволяя попрощаться древнему. Древний же, скептически посмотрев на меня, вместо прощания сказал:

— На, съешь, как вернешься к себе.

И протянул неожиданно возникший на его ладони заметно подгоревший пирожок.

— Хотел подогреть, но перестарался немного, — невозмутимо сообщил он мне. — Забирай уже.

Я очень осторожно взяла пирожок, он просто был настолько обугленный, что я искренне побоялась, что он рассыплется у меня на ладони, но пирожок оказался крепким.

Засунув его в карман плаща, я достала одноразовый телепорт, обвела всех долгим взглядом на прощание и надела браслет на руку.

* * *

Я ожидала ледяного ветра в лицо, снега по колено, мороза, покалывающего пальцы и нос… А ощутила табачный дым и тепло горящего рядом огня.

Очень медленно открыла глаза, с первого взгляда узнала кабинет ректора и услышала недоброе:

— С возвращением, Радович!

Магистр Аттинур обнаружился сидящим за своим столом, уже с пятой сигаретой в зубах. Четыре окурка валялись тут же на столешнице. Выглядел глава Университета Магии преотвратно — под глазами залегли тени, лицо было бледным, извечно щегольской камзол помятым, седые пряди всегда великолепно уложенных волос — всклокоченными. Напротив него, сжавшимся на стуле, обнаружился столь же помятый сэр Овандори.