Королевство крыльев и руин - Сара Маас

Точнее, попыталась взлететь. Меньше минуты я парила в очищающих потоках ветра, наслаждаясь его песнями. Но мои крылья начали подгибаться, спина напряглась под их тяжестью. Испытывать судьбу дальше становилось все опаснее. Я совершила переброс, опередив всех. Коротая время, я ходила по гостиной и поправляла вазы и статуэтки.

Первым прилетел Азриель. Чтобы не пугать Элайну, он тщательно убрал все тени. Элайна казалась куклой, непонятным образом попавшей в руки к иллирианскому воину. Как и Кассиан, Азриель был в доспехах, оттенявших золотистые волосы Элайны.

Азриель внес ее в дом и бережно опустил на ковер в передней.

Элайна смотрела на него. На его спокойное, суровое лицо.

– Хочешь, покажу тебе сад? – вдруг предложил Азриель, улыбнувшись одними губами.

Рядом с ним Элайна казалась не просто куклой, а куколкой из тончайшего фарфора. Маленькой, хрупкой игрушкой. Странно было ее видеть на фоне широких плеч Азриеля и его черных чешуйчатых доспехов.

Но Элайна не сжалась, не отошла. Лишь кивнула, выражая согласие.

Азриель с учтивостью придворного подал ей руку. Я не знала, что́ больше завораживает мою сестру: синий сифон или могучая, испещренная шрамами ладонь воина.

– Красиво, – сказала она.

На золотистых щеках Азриеля появился румянец. Вот уж не подумала бы, что он способен краснеть. Он благодарно кивнул и повел Элайну к задней двери, за которой ее ждал наш сад, залитый предвечерним солнцем.

Через мгновение в переднюю влетела Неста. Ее лицо было непривычно зеленым.

– Отхожее место… где? – прошептала она.

Следом за Нестой, руки в карманах, появился Риз. «Что ты с ней сделал?» – спросила я по связующей нити.

Он удивленно вскинул брови. Я молча показала Несте нужную дверь, за которой она и скрылась.

«Я? – переспросил Риз, продолжая наш молчаливый разговор. – Она пожаловалась, что я нарочно лечу медленно. Вот я и полетел быстро».

Вошли Кассиан с Ласэном. Оба старались не смотреть друг на друга. Ласэн мгновенно учуял запах Элайны и понял, куда и с кем она ушла.

Из его горла послышалось глухое рычание.

– Успокойся, – посоветовал ему Риз. – Азриель умеет себя вести.

Оба глаза Ласэна метали молнии.

Звуки, доносящиеся из-за закрытой двери, были крайне далеки от мелодичности. Но очень своевременно оттянули внимание на себя.

– Что ты сделал? – уже вслух спросил Кассиан.

– Я задавала тот же вопрос. Риз ответил, что выполнил желание Несты и «полетел быстро».

Несту снова вывернуло. Потом стало тихо.

– Теперь она откажется летать, – вздохнул Кассиан, запрокидывая голову к потолку.

Дверь медленно открылась. Мы с Кассианом наспех придали лицам благопристойное выражение. Впрочем, Несте было не до наших лиц. Ее собственное лицо оставалось зеленоватым, но ее глаза… Они пылали.

«Пылали» – первое слово, пришедшее мне на ум и далеко не точное. Смогла бы я изобразить их на холсте? Сомневаюсь.

Нет, их цвет не изменился. Глаза Несты оставались серо-голубыми, как и мои. И в то же время… в них словно добавили ртути. Не просто ртути. Горящей ртути, если такое возможно.

Неста шагнула к нам. Все ее внимание было сосредоточено на Ризе.

Кассиан как бы ненароком оказался у нее на пути. Его крылья были плотно сложены, ноги упирались в ковер. Боевая стойка. Неявная, однако… его сифоны ярко светились.

– Потасовки в этом доме запрещены, – произнес он, растягивая каждое слово. – Меня однажды на целый месяц выгнали отсюда.

Неста даже не взглянула на него. Ее гнев еще не улегся, однако в глазах улавливалось и другое чувство. Пожалуй, удивление.

– Виноват был не я, – продолжал Кассиан. – Амрена. Но мне никто не поверил. И никто не посмел запретить доступ ей.

Неста молча моргала. Горящая ртуть в ее глазах раскалялась, делаясь смертельно опасной. Мы все были смертельно опасными. Теперь наши ряды пополнились.

– Что с тобой? – вдруг спросил у нее Ласэн.

Кассиан смотрел на нее во все глаза. Неста повернулась к Ласэну.

– Я заставила его вернуть кое-что, – с пугающим спокойствием ответила она.

«Его» – это Котел. У меня волосы стали дыбом. Взгляд Несты скользнул по ковру, затем по стене.

– Я хочу пройти в свою комнату.

Я не сразу сообразила, что просьба обращена ко мне.

– Поднимайся на второй этаж. Потом направо. Вторая дверь. Или третья. Выбирай любую комнату. Другая достанется Элайне. Отдохни. Мы отправляемся… – Я сощурилась на часы в гостиной. – Через два часа.

Ответом мне был легкий кивок. Знак понимания и благодарности.

Мы с Ризом смотрели ей вслед. Платье цвета лаванды шуршало по ступенькам.

– Прошу меня простить! – крикнул Риз.

Худощавая рука Несты до белизны костяшек сжала перила. Моя сестра даже не обернулась.

– Неужели такое возможно? – пробормотал Кассиан, когда хлопнула дверь ее комнаты. – Неужели кто-то может что-либо забрать у Котла?

– Похоже, что так, – задумчиво ответил Риз и повернулся к Ласэну. – Пламя в ее глазах ведь не похоже на твое?

– Нет, – покачал головой Ласэн. – В моем арсенале такого оружия нет. Это был… обжигающе-холодный лед. И в то же время… текучестью своей он напоминал пламя. Ледяное пламя, если такое возможно.

– А по-моему, это смерть, – тихо сказала я.

Я не просто выдержала взгляд Риза. Я держалась за его взгляд, как за невидимую веревку, позволяющую не улететь из этого мира.

– Я думаю, мы видели… воплощенную силу смерти. Или какую-то иную силу, которой обладает Котел. Потому-то Косторез слышал Несту и слышал о ней.

Ласэн что-то пробормотал, рассеянно теребя волосы.

Кассиан многозначительно кивнул.

Риз скреб подбородок, раздумывая над моими словами.

– Неста не просто победила смерть. Неста ее обокрала.

Неудивительно, что моя сестра не желала ни с кем говорить об этом. Тем более – выступать в роли свидетельницы. Нам казалось, что она погружалась в Котел всего на несколько секунд. А как текло время для них с Элайной? Что-то удерживало меня от подобных вопросов.

– Азриель знает, что ты следишь, – сообщил мне Риз.

Он стоял перед зеркалом, поправляя лацканы своего безупречного камзола.

Приготовления к визиту в Каменный город велись тщательно, однако без шума и суеты. Амрена и Мор появились у нас полчаса назад. Мор сразу же отправилась в гостиную. Амрена объявила, что принесла платье, собственноручно выбранное ею для Несты.