Осколки времени - Марина Эльденберт

Негромко хлопнула дверь, Ульяна поспешно вскочила. Стоит ей сказать Сэму хотя бы слово — обратного пути уже не будет. Придется выдержать его вопросы и не только его. Принять то, что случится со Стасом, когда все откроется. И тот факт, что она сломала жизнь человеку. Который играючи сломал все, что было дорого ей.

Сэм прошел в спальню, и улыбка сбежала с его лица. То ли он почувствовал, что что-то не так, то ли она выглядела неважно, но он оказался рядом, обнял. Его запах — древесно-медовый, тот самый, который Ульяна так любила вдыхать, засыпая рядом — окутал, помогая расслабиться. Сразу стало чуточку, но легче.

— Все в порядке? — он погладил ее по волосам. — Я убью Эванса, если он тебя расстроил.

— Он добросовестно развлекал меня в мучительные часы похода по магазинам. И всех консультантов тоже, — Ульяна выдавила из себя улыбку. — У Агнессы ангельское терпение.

— Это точно, — на этот раз Сэм погладил ее по щеке. — Я думал, ты уже спишь. День был долгим.

— Ждала тебя. Не хотела откладывать встречу до того, как проснусь.

Сэм крепко прижал ее к себе.

— Я безумно скучал. И кстати… у меня для тебя есть еще один подарок.

Он ненадолго вышел в гостиную и вернулся с небольшим темно-синим футляром. Внутри оказалось невероятной красоты колье. Крупный цветок из бриллиантов и сапфиров, обрамленный в белое золото кулон на тонкой цепочке. И такие же серьги. Она даже дыхание задержала, разглядывая украшения. Такого ей еще видеть не доводилось. Точнее, доводилось, но либо в сети, либо в журналах.

— Какая красота! — смущенно выдохнула Ульяна, когда, наконец, обрела дар речи. — Сэм, хочешь меня избаловать?

Он довольно улыбнулся, достал колье из футляра. Она вздрогнула, когда груди коснулись камни и прохладное золото, а Сэм скользнул пальцами по ключицам и обнаженным плечам. Негромко щелкнула застежка.

— Мне нравится дарить тебе подарки. Да, я хочу тебя, — он нежно погладил ее шею, и по телу прошла жаркая волна, — избаловать.

Она смотрела в зеркало — не на себя, на него. Немного уставший, но невероятно красивый, такой близкий и родной. Где был Сэм, когда Стас перевел стрелки? А она сама? Ульяна мысленно содрогнулась: это случилось, а они даже ничего не почувствовали.

— Спасибо тебе. Я надену его на праздник. Сэм…

Она не знала, как начать разговор.

— Ульяна, ты есть в списке гостей, но завтра ты со мной не пойдешь.

Ничего себе заявление! Внутри все перевернулось, к щекам прилила кровь. Ульяна смотрела на него в надежде, что ослышалась, но Сэм ощутимо напрягся. Это выражение лица она знала хорошо — своего решения он не изменит. Несмотря ни на что. До каких пор все будут решать за нее?! Это что — традиция такая, сначала сделай — потом скажи Ульяне? В разных масштабах, но всегда одно и то же!

— Спасибо, что поставил перед фактом, — она вцепилась в замок колье, пальцы противно дрожали. — И что спросил меня, каково мне будет сидеть одной, зная, что ты там!

Чертова застежка не поддавалась, что-то противно и больно царапнуло палец. Ульяна ойкнула и сунула палец в рот.

— А я не смогу сосредоточиться ни на чем, если там будешь ты, — спокойно возразил Сэм, нежно касаясь шеи и ловко снимая колье. — Ульяна, я не требую этого от тебя, а прошу.

Да уж, в словесных играх ему равных не было. По крайней мере, он точно знал, на что давить, чтобы заставить почувствовать себя неблагодарной заразой. Губы слегка дрожали, поэтому пришлось обхватить себя руками.

— Просьбы обычно начинаются с вопросов, — Ульяна не знала, куда себя деть, поэтому шагнула к кровати и дернула покрывало, стягивая его, — если я сейчас скажу, что не согласна остаться, это что-нибудь изменит?

— Я уступлю тебе в любой просьбе, что бы ты ни попросила, но уступи и ты. Для меня это важно.

— Да брось, — Ульяна сцепила руки, прижимая покрывало к себе, потому что теперь ее уже колотило. — Знаешь, что важно для меня, Сэм? Чтобы я не была бесплатным приложением к тебе, такому сильному и прекрасному. Когда ты дарил мне кольцо, ты намекал на то, что мы с тобой будем делить все, и опасность тоже. Или ты из тех, кто считает, что дама сидит дома, вяжет носочки и ждет рыцаря с войны? Не ты ли мне говорил, что у вас все продумано и схвачено? Почему я не могу пойти на праздник, если все так просто?!

Сэм уже не выглядел таким спокойным, в каждом его взгляде, в каждом жесте сквозили раздражение и опасность. Терпеливый и отстраненный, рядом с ней он распалялся в считанные секунды, будь то страсть или гнев.

— Я не стану рисковать тобой! — он прошелся по комнате. — Даже если опасность, которая тебе угрожает — всего лишь призраки моих страхов. Год назад мы пытались поймать Милу Аверс, но она ускользала, скрывалась в крупных городах на побережьях. Сильной и безумной стихийнице ничего не стоило просто затопить их, вместе со всеми людьми. Эванс предложил привести ее туда, где она не сможет использовать дар, в Мертвый город. Мы считали, что Аверс нужны знания древних, но ошиблись. Она решила взорвать Библиотеку. Мы рассчитывали взять ее живой, но… За эту ошибку мне приходится расплачиваться и по сей день.

Он перевел дух и посмотрел в окно — туда, где ночное море терялось за вереницами огней.

— Тогда мне тоже казалось, что все схвачено, — он встретился с ней взглядом. — Но всегда существует человеческий фактор. Не бывает идеальных планов. Поэтому ты не идешь на праздник.

Ульяна замерла с покрывалом в руках — пожалуй, это было единственное, за что ей оставалось держаться.

— Предлагаешь мне остаться здесь и сходить с ума? — она медленно опустилась на кровать, Сэм сел рядом и обнял за плечи.

— Не нужно сходить с ума. Я вернусь с «войны» завтра вечером.

О чем он говорит? На нем Новая Полиция, которая активно расширяет горизонты, к тому же вряд ли все вот так просто разрешится на празднике. Его война не закончится никогда.

— Агнесса интересовалась, не хочешь ли ты провести вечер вместе. Она тоже остается.

— И мы вместе будем вязать носочки?

Ульяна смутно представляла, что Агнесса отпустит Ригана одного. Она, конечно, милая и «Солнышко», но резво прибрала к рукам такого своеобразного парня, как Эванс. Что-то подсказывает, что по-плохому с ней лучше не связываться.

— Делайте, что хотите, только не выходите из номера.

Ну вот как с ним после такого разговаривать?

Завтра — а точнее, уже сегодня, важный день, Сэму потребуются все силы, чтобы мирно разрешить ситуацию. Он и так переживает по поводу праздника, не хватало еще вывалить свои подозрения по поводу Стаса и добить окончательно. Нет, сейчас поднимать эту тему не стоит, но завтра, когда все закончится, им предстоит тяжелый и долгий разговор. Если она права, а Стас провернул такое, ничего не мешает ему повторить. Они с Сэмом могут оказаться в этот момент где угодно — ужинать, кататься на яхте или спать. Чтобы проснуться, ничего не зная друг о друге. Если она права, такое не прощается. Нельзя жить в постоянном страхе в один прекрасный день снова забыть того, кого любишь.