Кащей - Дмитрий Мансуров

— Эй! — подали голос охранники. — А ну пошел отсюда!

— Вы что, ничего не знаете? — взволнованным голосом воскликнул Кащей. — Только что Великий колдун Ортокс уничтожил соловьев-разбойников! В честь победы он передал вам вот эту бутылочку вина из своих запасов!

Охранники разом позабыли и про тюрьму, и про заключенных. Залпом выпив по стакану, они довольно вздохнули и рухнули как подкошенные.

Кащей вылил на землю остатки вина, бормоча:

— На работе не пьют!

И громко застучал по воротам. Изнутри донеслись сердитые голоса, из приоткрытого окошечка полилась отборнейшая брань. Кащей дослушал претензии до конца, после чего просто послал грубияна вместе с форточкой в нокаут прямым ударом одной левой. С грохотом рухнуло на пол лишенное сознания тело, но на его место заступил второй охранник, для начала спора выставив в окошечко арбалет и пустив стрелу в открытое пространство.

Кащей в отместку бросил бомбочку с зубочистками. Последовавшие за взрывом эпитеты показали, что второй охранник, в отличие от первого, ругаться действительно умел. Остальные охранники решили, что так дело не пойдет и с наглецом, устроившим беспорядок, необходимо разобраться лично. Кащею только и надо было, чтобы они открыли ворота. Он не стал марать шпагоплеть и просто отметелил охрану за милую душу. Быстро, секунды за три. Полюбовался, как они синхронно сползают со стен, подхватил ключи, открыл все камеры до одной и набрел-таки на тех, кого искал. Аленушка, Бабай, Никодим и советник стояли на страже с обломками единственной табуретки в руках.

Кашей вошел в камеру.

— Вы свободны, ваше величество! — сказал он. — Ну, и остальные заодно.

— Кащей? — вытаращил глаза царь.

— Наконец-то меня признали! — обрадовался Кащей. — Но, елки-палки, неужели вам ради такой мелочи стоило перебираться в другой мир и захватывать под временное пристанище тюремную камеру?

Пленники переглянулись. Никодим открыл было рот, чтобы задать вопрос, но Кащей опередил его:

— Все объясню позже! Надо торопиться, пока не подоспели основные войска.

— Стало быть, ты убил царевичей? — глухо спросил Бабай.

— Нет. Наоборот, — ответил Кащей, с нескрываемым весельем наблюдая, как у пленников вытягиваются лица. Совсем как у Яги. — На сей раз я пришел как друг. Торопитесь, время уходит! Царевич Артем ждет не дождется увидеть свою любовь живой и невредимой. И Ярослав с Марией не хотят играть свадьбу без вас. Вот их письмо, если не верите мне. Посмотрите. Только быстрее!

Кащей протянул свиток. Царь схватил его и развернул.

— Ее почерк.

. — Ну, раз уж разногласия улажены, — Кащей выглянул в коридор — заключенные успели мстительно отпинать жестоких охранников и покинуть негостеприимные пенаты, — бегите за угол тюрьмы, там под слоем песка лежит ковер-самолет. Вы увидите его очертания. Садитесь на него, и он отнесет вас Домой. Кружным путем, чтобы горожане не увидели!

— Минутку! Но мы улетели из нашего мира, чтобы спастись от вампиров! Их победили?

— Нет.

— Тогда зачем нам возвращаться?

— Они направились на юг, оставив после себя пустые города. Мы хотим собрать оставшихся людей. Да торопитесь же!

— А ты… вы… ты? — Никодим растерялся.

— Кого-то из вас недостает, — намекнул Кащей. — Бегите!

— Ну, ты всегда знал, чего хотел! — сказал Бабай. — Ортокс забрал с собой Иванушку. Мы не можем его бросить.

— Я найду его. Летите домой. Охранников не бойтесь, их больше нет с нами. Царь мрачно кивнул:

— Я не сомневался, что ты так скажешь.

— Я никого не убивал, — ответил Кащей. — Заключенным не терпелось выразить им свою признательность за гостеприимство, и охранники от счастья не чуют под собой ног.

— Ты Кащей, — прошептала Аленушка.

— Конечно! Но не смотри на меня так, точно перед тобой Господь Бог!

— Ты правда спасешь Иванушку?

— У меня обязательство перед царевичем Артемом!

— Какое?

— Я буду почетным гостем на вашей свадьбе. Сама понимаешь, как я буду смотреть вам в глаза, если не верну твоего брата?

— Почему ты нам помогаешь?

— Стукнулся головой об стену и немножко того!

Бегите.

* * *

Через пять минут в пустую тюрьму заявился разгневанный Ортокс. Кащей лениво помахивал шпагоплетью, устроившись на куче соломы, и демонстративно зевал.

— Ты! — прорычал колдун.

— Разумеется! — ответил Кащей. — Ты и сам отлично знал, зачем я сюда явился. Кстати говоря, я чуть не помер от тоски, дожидаясь, пока ты соизволишь выпросить у короля медаль, оторвать свои вторые девяносто от стула и переместить свое величие в наш скромный дворик. Ой, я что-то не подумал… может, у тебя и не девяносто вовсе, а все сто сорок?

Лицо колдуна налилось кровью.

— Как ты смеешь мне указывать…

— Карты на стол! — перебил его Кащей. — Я спас твой город! И забрал пленников в качестве вознаграждения за праведные труды… Куда ты дел мальчишку?

— Ха! Так я тебе и сказал!

— Тебе не видать выхода в параллельный мир, как своих ушей! — рявкнул Кащей.

— Слушай меня внимательно, Злыдень… или как тебя там… Может быть, Кащей? Мне много наговорили о твоих деяниях, и, готов признать, ты действительно чего-то стоишь. Но ты перешел мне дорогу, а это не прощается.

— Все маньяки так говорят, — перебил его Кащей. — Веришь или нет, но я выслушивал подобные заявления тысячи раз. Надоело. Избавь меня от своих сентенций и отвечай на поставленный вопрос. Где Иванушка?

— Стража! — прокричал негодующий колдун. Его Никто еще так открыто не оскорблял. Кащей мигом вскочил и выставил перед собой шпагоплеть. В камеру набежало человек двадцать с мечами нашло, и еще оставалось место для стольких же. В другой форме, более рослые, чем простые стражники. Личная гвардия колдуна.

— Слушай, а лорд Гадд у вас проездом не бывал? — спросил вдруг Кащей — Что-то камера слишком просторная…

Колдун скривился, как от зубной боли.

— Этого урода я живьем сожру! — прогрохотал он — Он появляется из ниоткуда и исчезает в никуда, но когда-нибудь я все равно его достану!

— Сочувствую! — понимающе сказал Кащей — Но мы отвлеклись. Господа! Имею честь представить вам вот это дивное оружие! Вы видели у входа во дворец кучку опилок? То, что осталось от крепкой дубовой мебели? Его работа! Так что если кто желает, милости прошу!

— Взять его живым! — предупредил колдун. — Я лично казню его на площади!

Кащей с легкостью мог убить нападающих, но в его планы это не входило. Вволю порезвившись и наставив тумаков озверевшей гвардии, он намеренно замешкался, и едва стоявшие на ногах от усталости и побоев гвардейцы заломили ему руки.