Долина теней - Скотт Чинчин

К тому времени, как он понял, где он находится, Адон успел уже довольно далеко забрести. Он уже давно миновал Спиральную Башню, и впереди маячила таверна “Старый Череп”. Золото, которое дала ему Миднайт все еще лежало в его руке, и прежде чем войти в трехэтажное здание, он спрятал его в карман.

Бар до отказа был заполнен народом и клубами дыма. Адон боялся, что он наткнется здесь на веселье и танцы, но был рад, обнаружив, что народ Шедоудейла был поглощен своими мыслями также как и он. Большинство посетитетлей таверны были солдатами или наемниками, которые зашли в “Старый Череп” чтобы скоротать время перед грядущей битвой. Адон заметил молодую парочку, которая стояла на дельнем конце бара и смеялась над какой-то шуткой.

Адон сел за стойку, положив один локоть на стол и облокотившись на него лицом, пытаясь скрыть шрам.

”Что бы ты хотел отведать сегодняшней ночью?”

Адон посмотрел вверх и увидел перед собой женщину в возрасте, с приятным, здоровым румянцем на щеках. Она стояла за барной стойкой и терпеливо ждала ответа жреца. Когда его единственным ответом был лишь раненый, умирающий огонек в некогда пылающих глазах, он усмехнулась и исчезла за баром. Когда она вернулась, то в руке она держала стакан, наполненный темно-фиолетовым напитком, который искрился и шипел на свету. Внутри плавали, пытаясь всплыть на поверхность, кусочки красного и янтарного льда.

“Попробуй это”, – сказала она. “Это наше специальное”.

Адон поднял напиток и почувствовал как его ноздри обжег пряный запах. Он скосился на стакан, женщина сделала ободряющий жест и закивала головой. Адон сделал глоток, и почувствовал как каждая капля крови в его теле превращается в лед. Его кожа напряглась и в груди вспыхнуло неукротимое пламя. Дрожащими пальцами он попытался поставить напиток на место, и женщина ухмыльнувшись, помогла ему с этим.

Дыхание Адона было тяжелым, голова кружилась. “Во имя Сан, что это такое!?”, – спросил он.

Женщина пожала плечами. “Немного того, немного этого. Капельку чего-то еще”.

Адон потер грудь и попытался выровнять дыхание.

“Я Джаела Сильвермейн”, – сказала женщина. “А кто…”

До Адона с барной стойки донеслось легкое шипение. Один из кусочков льда растаял, и сквозь напиток проплыла янтарная полоска. “Адон”, – произнес жрец, затем пожалел об этом.

“Отвратительный шрам, Адон. В Храме Тайморы есть могущественные целители, которые возможно смогли бы помочь тебе. У них есть неплохая коллекция целебных снадобий. Ты уже был у них?”

Адон покачал головой.

“Как ты получил такую отметину? Случайно или нарочно?”

По коже Адона пробежали мурашки. “Нарочно?” – сказал он.

“Многие воины носят подобные отметины как доказательство храбрости”. Ее глаза были чисты и ясны. Она подбирала каждое произнесенное ей слово.

“Да”, – саркастично ответил жрец. “Что-то вроде этого”.

Адон схватил стакан и сделал еще один глоток. На этот раз его голова слегка онемела и в ушах раздалось жужжание. Затем и это ощущение исчезло.

“Тост!” – закричал кто-то. Голос раздался в опасной близости. Адон повернулся и увидел какого-то незнакомца, занесшего кружку над его головой. У незнакомца была шевелюра из вьющихся волос, и он выглядел как опытный ветеран, поучавствовавший во множестве схваток. Его огромная рука взмыла в воздух и хлопнула Адона по плечу.

“Тост за воина, который встретился с силами зла и покончил с ними во имя Долин!”

Адон попытался перебить его, но его поглотила волна криков и каждый мужчина и женщина приветствовали его. После этого многие подались к нему и похлопали по спине. Никто не отводил взгляда от шрама, который сиял на его лице. Они разделили его историю битв, и Адон ощутил себя дома. Спустя час стул рядом с ним царапнул пол и к нему подсела прекрасная рыжеволосая девушка из прислуги.

“Прошу”, – сказал Адон, склонив голову, – “Я хочу остаться один”. Но когда он посмотрел вверх, то женщина все еще сидела рядом с ним. “В чем дело?” – сказал он, затем понял, что она смотрит на его шрам. Он отвернулся и закрыл эту сторону лица рукой.

“Красавчик, ты не должен прятаться от меня?” – сказала она.

Адон осмотрелся вокруг, чтобы увидеть с кем это она говорит. Женщина смотрела на него.

Волосы женщины были пышными, с густыми локонами, которые опускались до ее плеч и обрамляли нежные черты ее лица. Глаза были нежными, небесно-голубыми, а элегантные линии ее лица идеально сочетались с озорной улыбкой. Ее одежда была простой, но она держала себя с царственной уверенностью.

“Что ты хочешь?” – тихо произнес Адон.

Ее глаза просветлели. “Танцевать”.

“Здесь нет музыки”, – сказал Адон, качая головой.

Она пожала плечами и протянула ему руку.

Адон отвернулся и уставился в глубины новой порции напитка. Женщина опустила руку и села рядом с Адоном еще раз. Наконец он вновь посмотрел на нее.

“Несомненно у тебя должно быть имя?” – сказала она.

Лицо Адона потемнело и повернулся к ней. “Тебе здесь не место. Иди займись своими делами и оставь меня в покое”.

“Чтобы ты один переносил боль?” – сказала она. “Чтобы ты утопил себя в море жалости к самому себе? Такое поведение с трудом соответствует настоящему герою”.

Адон едва не задыхался от ярости. “Ты думаешь что я герой?” На его лице застыла мерзкая ухмылка.

“Меня зовут Рени”, – сказала она и вновь протянула руку.

Адон пытался держаться спокойно и в знак приветствия пожал ее руку. “Я Адон”, – сказал он. “И я кто угодно, но не герой”.

“Позволь мне судить об этом”, – сказала она и погладила его по лицу, словно на нем не было шрама. Ее рука скользила вниз по его щеке, груди и рукам, пока она наконец не взяла его ладони в свои и не попросила поведать ей его историю.

С неохотой, Адон вновь поведал историю путешествия от Арабеля, не вдаваясь в особые подробности. Он рассказал ей все, за исключением секретов о богах, которые он узнал. Это он решил оставить при себе.

“Ты герой”, – сказала она и нежно поцеловала его в губы. “Твоя судьба в том, чтобы противостоять подобным опасностям и стойко переносить их”.

Стоявший неподалеку солдат засмеялся, и Адон решил, что это он был объектом насмешки. Он отскочил от девушки и бросил несколько золотых монет на стойку бара. “Я пришел сюда не для того, чтобы надо мной насмехались!” – яростно крикнул он.

“Но я не…”

Но Адона уже уходил, прокладывая свой путь через путешественников и солдат, заполнивших таверну. Он выбрался на улицу и почти час блуждал, прежде чем остановился и прислонился к стене крошечного магазинчика. В этот момент на металлической вывеске с именем владельца заведения блеснул лунный свет и Адон смог разглядеть свое отражение на металле. На какой-то миг шрам казался почти незаметным, но когда он поднес свои пальцы к изуродованной плоти, то изображение исказилось, так что шрам показался еще больше чем он есть на самом деле. Отвернувшись, Адон проклял свои уставшие глаза, за то, что они подвели его.