Скалолазка и мировое древо - Олег Синицын

Майор сидел с закрытыми глазами, но не спал, а смотрел сквозь ресницы перед собой. Я поражалась его невероятному здоровью. С двумя пулями в теле, после нескольких часов, проведенных на ледяном столбе, он держался на ногах, разговаривал и отдавал приказы. Не знаю, где заканчиваются его силы и сколько пуль еще нужно в него всадить, чтобы уничтожить окончательно, но я рада, что он жив. Мне симпатичен этот «старый пес», есть в нем что-то от настоящего мужчины.

Максимка прижался к моей руке и не отпускал ее, хотя взглядом он ласкал штурмовые винтовки боевиков, сидевших напротив... Он спустился в лагерь за рекордное время. Если учитывать, что спуск проходил ночью, в сложнейших условиях, то мальчишка оказался настоящим героем. Где-то на подходе к лагерю его перехватил один из передвижных постов. Максимка решительно заявил, что не будет разговаривать ни с кем, кроме самого главного начальника, и потребовал, чтобы его немедленно к нему отвели. Солдаты наверняка отвели бы его в каталажку, если бы Максимка не включил диктофон, из которого загремел голос Ирбиса.

Помощник Ирбиса, лейтенант Бобтейл, принял решение немедленно отправить группу к нам на помощь. К тому времени ветер утих и появилась возможность добраться до бивуака на вертолете... И вот теперь мы возвращались в подгорное царство. Только у меня не было радости по поводу нашего спасения. История не закончилась. Все только начинается...

— Куда мне приземляться, госпожа? — спросил пилот. — В ущелье или перед воротами в подгорный дворец?

— Не знаю... но нам нужно встретиться с лейтенантом Бобтейлом.

— Тогда, если не возражаете, я приземлюсь перед воротами.

— Лично я не возражаю... Но лучше спросить у майора Ирбиса.

Вертолет прошел над ущельем. Казармы, охранные вышки, здание хозблока мелькнули внизу и быстро скрылись за скалами. «Найт Хоук» обогнул склон, поросший соснами, и опустился на площадку перед скалой.

Ворота туннеля были раздвинуты. Возле них выстроились две шеренги. Вспомнив вчерашнее бегство, на миг я подумала, что для меня приготовили конвой. И лишь затем по начищенным пуговицам и как-то по-особенному подхваченным винтовкам я поняла, что вижу парадный эскорт. Они ждут своего повелителя. Еще не знают, что его нет на борту.

Караулом командовал незнакомый мне сухопарый военный в круглых очках. Когда я вылезла из вертолета вместе с боевиками, он решительно направился к нам.

— Кто эта женщина? — грозно спросил сухопарый. — Что она здесь делает?

Боевики не знали, что ответить. Я тоже растерялась. Парадный эскорт крепче впился в свои винтовки и вновь показался мне караулом.

— Отставить, Бобтейл! — раздался из-за моей спины голос Ирбиса. — Ни слова больше, ибо ты имеешь счастье лицезреть грозную и непреклонную, разговаривающую с черным дымом родную дочь нашего повелителя!

Лейтенант Бобтейл врос в землю. Боевики в ужасе попятились, словно опасаясь, что из меня шарахнет молния.

— Наш повелитель в руках врага, — продолжил Ирбис. Его поддерживали с двух сторон. — Пока мы не освободим его, с этого момента управлять подгорным дворцом и долиной Арьяварта будет госпожа Алена... если выразит на то свое желание.

Десятки глаз со страхом и изумлением смотрели на меня со всех сторон. А затем боевики, словно по приказу, опустились на одно колено и склонили головы. Лейтенант Бобтейл сделал это последним.

— Мы все в вашем распоряжении, повелительница Арьяварты! — покорно произнес он. — Вы вправе отдать любой приказ и можете не сомневаться, что он будет выполнен без промедления и в кратчайший срок.

Я ошеломленно оглядела не меньше трех десятков боевиков, стоящих передо мной на коленях, гудящую махину вертолета, темное жерло туннеля, ведущего в подгорный дворец.

— Немедленно встаньте! — сказала я. — Встаньте все! Никакая я не повелительница.

Ирбис наклонился к моему уху:

— Ты ошибаешься.

Через двадцать минут мы были в тронном зале. Памятное место, именно здесь я получила отметину на шею. Она и сейчас никуда не делась, чернеет все там же. Как у Ирбиса и его лейтенанта.. Сейчас она казалась безжизненной и напоминала обычную татуировку, потому что черный дым заперт в серебряном саркофаге и не может добраться до нас.

Ужас ушел из-под этих сводов. Трансформаторы за стенами не гудели, резкого запаха не чувствовалось. Трон пустовал, и, видимо, поэтому зал выглядел покинутым, хотя мониторы продолжали транслировать в реальном времени разные уголки долины — леса, деревни, буддийский монастырь.

Я не стала садиться на трон, как настаивал Ирбис. Мы расположились у его подножия.

— Почему наша ПВО не отреагировала на вторжение чужих вертолетов? — спросил Ирбис у Бобтейла. Когда он говорил, от него пахло виски, хотя у меня язык не повернулся бы назвать его «поддатым». Скорее уверенным в себе больше обычного.

— Со мной связался Мерфи, — признался лейтенант. — Он передал обычный приказ повелителя. Что из внешнего мира прибудут две машины и их нужно пропустить. У меня не было повода не верить ему.

— Мерфи, — выдавил сквозь зубы майор. — Навозная муха! Изменник... Теперь нам их не догнать.

— Я знаю, куда они направились, — сказала я.

Оба военных одновременно посмотрели на меня.

— Мне рассказал Мерфи, — продолжала я. — После того как тело отца окажется в саркофаге, они отправятся в Гонконг. Там, в строящемся небоскребе транснациональной компании «Фаллс», Левиафана уже ждут.

— Гонконг? — произнес Ирбис задумчиво. — Город на пересечении двух миров. Один из крупнейших в мире транспортных узлов и перевалочных пунктов. Хм... У нас есть некоторые договоренности с китайским руководством. Мы можем быстро перебросить наших людей в Гонконг и захватить небоскреб. Нам это по силам. Нанесем внезапный удар и освободим вашего отца. Вся мощь долины Арьяварта в вашем распоряжении, Алена! Вам стоит только отдать приказ...

— И я говорю — нет.

— Вы говорите нет? Но мы должны действовать. Из Гонконга вашего отца на реактивном самолете можно переместить в Штаты за несколько часов! Достать его оттуда будет уже невозможно. Пока он здесь, на континенте, мы сможем что-то сделать!

— Я еще раз повторяю вам, Ирбис — нет! Ни в коем случае! Гонконг — густонаселенный город. Я не позволю устраивать там побоище... Я сама отправлюсь туда. Одна. Без помощников. Без оружия. Только так можно подобраться к саркофагу.

Ирбис долго молчал. Ему не хотелось отпускать меня одну, но он переборол себя.

— Как прикажете, моя госпожа, — ответил он, склонив голову.

— Так и прикажу. А еще у меня будет просьба.

— Все что угодно.

Вертолет был заправлен и готов к взлету. Лопасти с металлическим клекотом рвали воздух. Люк был открыт, ожидая моей посадки. Перед эскортом из боевиков я прощалась с Максимкой.