Хранитель кладов - Андрей Васильев

– Зря ты меня не пустил, – поймав мой взгляд, нежно прощебетала она. – Я бы не стала тебя убивать, а просто поцеловала. А может, мы с тобой и дальше зашли бы. Ты ведь никогда не проводил ночь с мертвой женщиной? Поверь, это ни с чем несравнимое удовольствие. Ты даже не представляешь, какие оттенки страсти тебе может показать та, кто познал и жизнь, и не-жизнь.

– Интересно рассказываешь, – улыбнулся я. – Вроде бы об извращениях, но есть в подобном что-то притягательное.

– Пригласи меня в свой дом, открой дверь, и после этого твой мир никогда уже не станет прежним, – глаза вурдалачки полыхнули багровыми отсветами. – Я подарю тебе неземные ласки и… Ай!

Это Данила с размаху ударил ее по лицу, отчего голова девушки мотнулась из стороны в сторону.

– Не испытывай судьбу, Рузанна, – посоветовал он ей. – За тобой есть два промаха, третий тебе никто не простит. Выражаясь твоим языком, после него тебя будет ждать долгий и страстный поцелуй Солнца, и ты сгоришь в пламени его страсти.

Девушка что-то пискнула и спряталась за спинами крепких молодых парней, слегка оттопыренные верхние губы которых говорили о том, что они тоже давно не люди. Под ними скрывались клыки.

– Сдается мне, они все тут поклонники дамских романов, – сообщил я Павлу. – По крайней мере, диалоги прямо как оттуда.

– Тренд, – пожал плечами оперативник. – Что ты хотел? Массовая культура диктует свои законы. Им удобно быть такими, какими их желают видеть, это упрощает путь к достижению цели и обеспечивает относительную безбедность существования. Молоденькие дурочки видят в них тех, о ком читали, и сами подставляют им шеи под укус. Добровольно. Ну а мы, соответственно, ничего им предъявить в этой связи не можем. Оснований нет.

– Да-да, – с неприятной улыбкой подтвердил Данила. – Хвала сетевой литературе, она открыла нам новые горизонты. Изысканные и вечно живущие вампиры, знатоки хороших манер и утонченных наслаждений – вот наше новое лицо. В нас верят, нас любят, с нами ищут встречи.

Сдается мне, что если они не сами пишут эти романы, то как минимум финансируют их написание. А то и порталы, где подобная литература культивируется.

– А находят смерть, – в тон ему продолжил Михеев. – Ладно, хорош выпендриваться, пошли уже. Я весь день на ногах, устал как собака.

Глава семьи поджидал нас в просторной зале, освещенной только десятком свечей, расставленных по углам, да неярким пламенем, полыхавшим в камине. Он сидел за узким и длинным столом и неторопливо цедил вино из металлического бокала, как мне показалось, очень старой работы. Еще на столе стояло большое блюдо с кусками жареного мяса и пара медных чеканных кувшинов, уж не знаю с чем.

Был тот, к кому мы пожаловали в гости, невысок и лысоват, то есть совершенно не соответствовал хрестоматийному облику верховного вампира, который десятилетиями создавался в кино и литературе. Ни тебе благородных черт лица, ни величественности, ни импозантности, ни рубахи с отложным воротником. Как есть среднестатистический российский мужичок. Ему бы вместо бокала кружку пива в руку да воблу на газетке – и не отличишь от остальных.

– Не впечатлил? – осведомился у меня глава семьи, обаятельно улыбнувшись. – Верно? Не таким меня себе представляли?

– Я с вашим племенем до последнего времени вообще не общался, потому не успел себе нарисовать образ того, кто его возглавляет, – для чего была эта ложь, понятия не имею. Возможно, меня немного расстроил тот факт, что я крайне предсказуем.

В этот момент двери за нашей спиной с грохотом закрылись, заставив меня обернуться.

– Не хочу, чтобы нам мешали, – пояснил вурдалак, а после радушно махнул рукой. – Вот мясо, вот вино, угощайтесь. Перед серьезным разговором нелишним будет закусить и выпить, так еще мой отец говаривал.

Насколько я понял из того, что мне по дороге про данного типа успел рассказать Павел, папаша хозяина дома отбыл в лучший из миров почти триста лет назад. То есть господин, сидящий за столом, еще царя Петра застал, он является одним из старейших вурдалаков, известных Отделу. И не только старейших, но и умнейших, поскольку за это время ни разу не дал его сотрудникам повода для своего уничтожения. Ни одного. Его семья временами лила людскую кровь как водицу, но крайним всегда оказывался кто-то другой. Пару раз даже случалось такое, что он лично доставлял виновных к сотрудникам Отдела, как бы говоря: «Закон есть закон, и мы его чтим. Вот преступник, убейте его».

– После восьми вечера не ем, – сообщил ему я. – Это вредно для пищеварения. Потому предлагаю опустить банкетную часть и перейти к обсуждению вопроса, который меня невероятно интересует, а именно: вам от меня чего вообще надо?

– Золота, – охотно ответил вурдалак, – камней самоцветных. Можно и серебра, но мой народ не слишком его жалует. Хотя если попадется оно, то тоже заберем, почему бы и нет? Нам нужно все, до чего смогут дотянуться наши руки и ваш дар. Точнее, наоборот.

– Прямота, достойная уважения, – признал я. – Хотя по-прежнему не понимаю, с чего бы мне вам помогать? В чем мой интерес?

– Резонный вопрос, – вурдалак прильнул к бокалу, пара рубиновых капель стекла по его подбородку. – В чем? Например, клады. Мне известно, где лежит дюжина старых больших захоронок и с полсотни мелких. Я не могу до них добраться, они не дадутся ни в мои руки, ни в руки тех, кто мне служит, но вы… Вы возьмете их, и каждый из нас останется в хорошем плюсе. Опять же безопасность. Друг мой, если мы поладим, то все ваши проблемы станут моими. Разве покой и благосостояние не стоят того короткого времени, что вы уделите моей семье?

– Ну пока все текущие проблемы мне создают исключительно ваши слуги, – заметил я. – То одна припрется на балкон, то другой. Вон вчера вообще обещали одну мою приятельницу осушить, если я сговорчивей не стану, что, на мой взгляд, совсем все границы переходит. А больше мне никто не докучает.

– Это пока, – парировал вурдалак. – Скоро многие узнают, что в город вернулся Хранитель кладов, и тогда жизнь ваша станет куда хлопотней. Но если эти многие услышат и то, что за вами стоит семья князя Ростогцева, то поверьте, они призадумаются, стоит ли овчинка выделки.

Не врет, он на самом деле князь, и про это Павел упоминал. Кстати, интересно, а почему он мне в самом начале беседы не представился?

– Что до других охотников на старые сокровища, вот тот, кто позаботится о моей безопасности, – я показал на Павла. – Он есть Закон. Мы же не на фронтире живем, не в бандитской среде, а в государстве, которое гарантирует своим гражданам защиту.

– Днем – да, – без тени улыбки заявил вурдалак. – А ночью? Ночь – наше время, в ней закон – мы.

– В самом деле? – деланно изумился Михеев. – Вот не знал.

– Дьяк, я не раз сталкивался с тебе подобными, – вурдалак оперся ладонями о стол и привстал. – Все они давно сгнили в земле, а я, Михаил Ростогцев, стою перед тобой. Подумай, стоит ли становиться помехой моим планам?