Сестра луны - Мара Вульф

– Конечно нет. Мать давала ей в детстве неочищенный самарий, – объяснил Аарванд. Тогда, когда все еще считали, что эта штука защищает. Но изъян есть изъян. Кто виноват, уже никого не интересует.

– Почему ты мне об этом рассказываешь? – Мы остановились перед моей комнатой.

Он придвинулся ближе ко мне:

– Чтобы ты больше не надеялась. Она его не отпустит, и у них будет ребенок.

Я прикусила щеки изнутри.

– Ребенок, которого Эзра не хотел. Возможно, ты даже присутствовал, когда они консумировали этот брак. Поверить не могу, что Регулюс прислал свидетелей. Так унизительно и по-варварски! – в ярости выплюнула я.

На лице Аарванда сначала отразилось сочувствие, а затем – цинизм.

– Так и есть, вот только это ничего не меняет. Эзра для тебя потерян. Он будет любить своего ребенка, и ты это знаешь.

Конечно, будет и никогда не использует его, как Альтаир использовал свою дочь. Я сделала глубокий вдох. Бесполезно продолжать с ним дискуссию на эту тему.

– Почему ты не отдал Регулюсу Вуаль? – резковато сменила я предмет разговора.

– А ты как думаешь? – Он выгнул бровь. – Не потому, что ты меня об этом попросила, а потому, что для меня она ценна не меньше, чем для верховного короля. Дождусь подходящего момента и докажу ему свою верность. А сейчас я пошел развлекаться с его дочерью.

Его лицо словно превратилось в маску. Невозможно сказать, какие слова произнесены всерьез, а какие – нет.

– Будь осторожна в мое отсутствие. – Он развернулся. – Кстати, меня там не было, – процедил он, прежде чем уйти. – Даже у меня есть границы.

– Я знаю, – прошептала я, не уверенная, слышал ли он еще мои слова.

Позже ночью я стояла у окна. Весь вечер лил дождь, смывая пепел и его вездесущий запах. Я сильно перегнулась через подоконник и втянула полные легкие прохладного воздуха. Уснуть не удавалось. Не после того, что сегодня произошло. Аарванд остался там, чтобы держать нас в поле зрения или даже чтобы защитить? Абсолютно неважно, какая причина им двигала, теперь у него есть еще кое-что против меня. С учетом того, что ему известно о Вуали, я еще больше стала зависеть от его милости.

Лунные тени скользили по двору замка, лесу и реке. Какой-то шум заставил меня вскинуть взгляд, и я вздрогнула. Даже в неясном свете я отчетливо различила очертания в небе. Над крепостью парили два дракона. Они широко расправили крылья и словно зависли в воздухе. Затем более крупный сделал петлю и выдохнул струю огня в небосвод. Тот, что поменьше, ввинтился ввысь и оставил след из мерцающих звезд. И хотя это должно было внушать ужас, выглядело просто потрясающе. Под конец я слышала только хлопанье крыльев и видела удаляющиеся силуэты. Хотела бы я уметь летать. Хотела бы оставить этот дворец, долину и Керис далеко позади. Моя убежденность в том, что однажды у меня появится нормальная жизнь, таяла день ото дня. Но если я прекращу верить, что мы сможем спастись, значит, все кончено. Необходимо найти другой артефакт. Безумием будет идти к богиням в одиночку, но я не могла рисковать, чтобы Аарванду достался еще один магический предмет. Я заплачу любую цену, чтобы вытащить отсюда своих сестер и Эзру, даже заключу сделку с богинями и возьму на себя обязательства перед ними.

* * *

– Где Эме?

Стоя у окна, как и очень часто в последние дни, я смотрела на пустое небо.

Маэль подошла ко мне:

– До сих пор с этим избалованным маленьким чудовищем?

– Лучше не говори так, чтобы никто тебя не услышал. Но да, она еще не возвращалась.

– А ты тут чем занимаешься?

– Смотрю в окно.

– Зачем?

– Не знаю. Дышу свежим воздухом.

– Свежий воздух здесь бывает так же редко, как тринадцатая луна, – сказала Маэль. – Это просто чудо какое-то, что все демоны поголовно не болеют астмой.

– Хм. – Я слушала ее лишь краем уха, так как высматривала обоих драконов, которых видела той ночью, однако на горизонте резвилась только пара-тройка птиц. Аарванда не было уже три дня, и я возобновила тренировки с Марроком. Он стал не таким безжалостным, как прежде, но спуску мне все равно не давал. А если я не упражнялась в зале, то бродила по замку. Браслет у меня на ноге совершенно не собирался отводить меня к Арианрод, и я постепенно начала задаваться вопросом, зачем она мне его дала. Я поискала в библиотеке какие-нибудь материалы об артефактах, но ничего не нашла, и передала Тарону еще одну записку для Эзры. Впрочем, без помощи Аарванда он, очевидно, понятия не имел, где нам встретиться, или не хотел опять подвергать меня опасности.

– Пойдешь со мной к Эйдену? Сегодня я его уговорю прийти со мной в нашу комнату. Ему нужно принять ванну.

– Ты что, чокнулась? Это же так опасно!

– Да, но он плохо себя чувствует. И не хочет сказать правду. Я заметила по цвету его кожи и глазам. Он через слишком многое прошел. Эйден долго не продержится, если я ничего не предприму. Его тело уже давно сдалось бы, не будь так силен дух. Однако даже он почти достиг своего предела. – Она говорила с отчаянием, которого обычно в ней никогда не было.

– Он ведь тебе небезразличен, не так ли? Почему ты не признаешь этого?

Маэль пожала плечами.

– Потому что это неважно.

– Как вообще так случилось, что вы вдвоем стали проводить время вместе?

– Я ходила с Эме в шато. Мы собирались поговорить с Климентом Токвилем. Приблизительно за полгода до нашего отъезда. Эйден даже не пустил нас к нему, ну, ты же сама знаешь, каким он всегда был. Надменный и высокомерный. Пару дней спустя я столкнулась с ним в Броселианде, когда собирала травы. Сначала он взбесился, что я отправилась одна, а потом извинился и даже мне помог. С того момента мы все чаще встречались в лесу. Во всяком случае некоторое время. Поначалу просто разговаривали. Он умеет быть весьма забавным, если захочет. Меня должно было насторожить, что на людях он продолжал меня игнорировать, как и прежде. Никто не знал, сколько времени мы проводили вместе. Однажды он впервые поцеловал меня, и это… – Она прокашлялась. – Это было по-другому, не так, как с парнями, с которыми я целовалась раньше. Казалось, что это что-то значило.

– Но это не так?

– Не для Эйдена. Без понятия, чего он от меня хотел. Я бы не удивилась, если бы он поспорил со своими дружками, что затащит меня в постель.

– У Эйдена Токвиля не было дружков, – сухо напомнила ей я.

– Ты поняла, что я имею в виду. Большего я ему не позволила. И слава богу. Потому что через день после того поцелуя я увидела, как он гуляет по деревне с другой девушкой. Они ели мороженое. И держались за ручки. Не то чтобы это был мой звездный час. Я проследила за ними, наблюдала, как он ее целует, а она оказалась определенно более открытой для его попыток сблизиться. – Она немного помолчала, но нетрудно было сообразить, как сильно ее до сих пор волновало то воспоминание.