Сожженные мосты - Александр Афанасьев

— Все понял, эфенди Искандер. Все сделаю!

Какого-либо серьезного разочарования по поводу того, что возить меня он больше не будет, Вали не высказал. Интересно, может, он и впрямь простой водитель?

…В здании посольства Кондратьев сначала принес мне на подпись кучу документов, потом кратко и по делу доложил о работе посольства и о шагах, им предпринимаемых. Двое нетрезвых русских устроили бузу и попали в полицейский участок — вытащили, засунули в самолет, депортировали на Родину. Следом пойдет записка, которая дойдет до местного полицейского чина в месте проживания этих обормотов, чтобы внимательнее присмотрелся. Бузить в пьяном виде, тем более в чужой стране — не дело.

У одного из поставщика труб, какого-то там товарищества, возникли проблемы — местный покупатель не расплатился. Выяснили — товарищество, купившее трубы, существует, направили официальное письмо на бланке посольства с просьбой вести себя честно и не задерживать оплату. Обычно это помогает.

Снова задержка с рефрижераторами — и самое главное — с рефрижераторами, поставляемыми по государственному заказу. Это уже не лучшим образом характеризует нас. Варфоломей Петрович лично звонил поставщику и прояснял отношения — там ссылались на нестандартные спецификации, но обещали «принять меры».

Вот такова работа посольства — девяносто процентов времени в дружественной стране Персии уходит именно на это — налаживание и развитие двухсторонних торговых связей. И это правильно, потому что двадцать первый век показывает — экономические связи удерживают страны вместе куда прочнее вассальных договоров. Да и толку от таких отношений гораздо больше, чем от тупого принуждения.

Наконец слово решил вставить и я.

— Варфоломей Петрович, нас обстреляли.

Он даже не удивился.

— Где?

— Недалеко отсюда.

— Кажется, я даже слышал. Не придал значения. Все целы?

— Целы. Варфоломей Петрович, что происходит?

Мой товарищ[134]по посольским делам долго думал, прежде чем ответить.

— Много чего здесь происходит. Попробую объяснить образно — если закрыть крышкой скороварку и поставить ее на огонь, то рано или поздно произойдет взрыв.

— Понял, — сказал я. — Варфоломей Петрович, я решил больше не ездить на «Руссо-Балте». Слишком приметная цель.

Кондратьев кивнул.

— Возможно, вы правы.

— Я хочу купить бронированный внедорожник. И водить его буду сам. Не посоветуете, где можно приобрести подобный транспорт?

Варфоломей Петрович взял листок бумаги, черканул адрес.

— Здесь. Не вы первый, не вы последний, ваше превосходительство, многие приходят к тому же решению, что и вы. Только мой вам совет — не покупайте «Егеря» или «Датсун».

— Почему?

— И тот, и другой закупает правительство. Будет печально, если вас с кем-то спутают.

Зазвонил телефон, я поднял трубку, послушал.

— Посол Северо-Американских Соединенных Штатов внизу. Видимо, решил отдать визит первым, не дожидаясь моего. Я должен что-то знать?

— Нет. Его зовут Джеффри Пикеринг. Он простой человек, да и задачи перед ним стоят такие же, как перед нами. Возможно, речь пойдет о долевом участии в модернизации нефтеналивных терминалов в порту Бендер Аббас. Это наш проект, и туда, на Аль-Фао, тянется труба из Междуречья, чтобы танкеры не заходили в залив, а грузились непосредственно там. Этот проект стопроцентно наш. Тяните время, в любом случае нам вряд ли стоит давать им хоть какую-то долю.

— Я понял. И еще, Варфоломей Петрович… пока посол поднимается…

— Да?

— Кажется… вы обещали русский паспорт одному молодому человеку.

Не давая Кондратьеву возможности смутиться или начать оправдываться, я продолжил:

— Все нормально. Если паспорт готов, занесите его мне, и я сам его вручу. Кстати, спасибо за рекомендации. Они мне очень помогают освоиться в этом городе.

Посол Северо-Американских Соединенных Штатов в Персии, господин Джеффри Пикеринг, больше напоминал британца, нежели североамериканца, — высокий, худой, с крючковатым носом, средних лет. Костюм дорогой, но надет небрежно, да еще и пеплом от сигары кое-где засыпанный. Голос гулкий, как в бочку говорит.

— Господин Воронцов, я раз знакомству с вами.

— Я тоже, господин посол. — Я поднялся, ответил на рукопожатие, кивнул в сторону кресел, переводя общение в неофициальную плоскость. — Приношу свои извинения, что не смог отдать визит первым.

— Господин фон Осецки интересовался вами…

Я сделал непонимающее лицо.

— Граф Конрад фон Осецки. Чрезвычайный и полномочный посол Австро-Венгерской монархии при дворе Его Светлости Шахиншаха Персии Мохаммеда, дуайнен[135]нашего дипломатического корпуса. Знаете его?

— Не имею чести.

— Не страшно, — Пикеринг махнул рукой, — со временем узнаете здесь всех. Про вас уже много говорят в салонах, я посылал вам приглашение на прием…

— Приношу свои искренние извинения. Я только вчера вечером прибыл из моей краткой поездки в Багдад.

Пикеринг навострил уши, и это было видно — только непонятно почему.

— Я к вам по конкретному вопросу, господин Воронцов, вы уж меня простите. Мне нужно ваше содействие в одном очень… щекотливом вопросе.

— Слушаю вас.

— Это касается поставок энергетического оборудования…

Переговоры с послом Северо-Американских Соединенных Штатов продолжались два с лишним часа. За это время я успел узнать, что посол Пикеринг и в самом деле простой и бесхитростный человек — это на первый взгляд, на самом деле, может быть, и не так! Родом из Техаса, не дурак выпить, любит пиво и поджаренное на углях мясо, имеет троих детей, которые остались на родине, поскольку уже взрослые и им надо учиться. Еще я узнал, что местные коммерческие компании — вещь в себе и дела с ними вести довольно сложно. Две любимые отговорки — незнание английского и затягивание сроков контрактов. Русских здесь, по-видимому, уважают и боятся, а североамериканцам приходится туго. Тем более что, в отличие от русского, североамериканский бизнес более склонен к риску и глобальной экспансии, а отговорки персов для него вообще дикость, учитывая еще то, как североамериканцы любят судиться. Договорились оказывать друг другу услуги при необходимости, про трубопровод и нефтяные терминалы разговора не было.

После этого взял «Руссо-Балт», в последний, как я надеюсь, раз и направил свои стопы к магазину бронированных транспортных средств.