Иномирец - Никита Баранов

Иномирец вновь опустился на колени перед Дашей и прощупал пульс. Холод подступил к его пальцам, когда он понял, что девушка совсем не дышит, и сердце её биться перестало. И весь смысл операции вдруг разом померк. Пропало всё, к чему Даша так стремилась. Она не успела.

— А вот за это будь ты проклят, Лагош! — завопил Виктор. — Будь ты проклят, слышишь?! Какой смысл в этой злой шутке?! Ублюдок, ответь мне!

В этот самый момент кто-то в коридоре со всего разбегу врезался плечом в забаррикадированную дверь. Сундуки пошатнулись и несколько отодвинулись, но Виктор не стал их поправлять. Вместо этого он коротко поцеловал Дашу в лоб и юркнул внутрь открывшегося саркофага, махнув на прощание сидящему на саркофагах Чарли и уже абсолютно наплевав на всё, что могло произойти дальше.

Спустя миг прозвучал ещё один удар. Сундуки разлетелись в стороны, дверь с грохотом вылетела с петель, и помещение склепа мигом заполнили вооружённые до зубов инквизиторы. Виктор решил обернуться и посмотреть в лицо своему врагу, но от удивления лишь ойкнул: крышка саркофага уже не лежала расколотая на полу. Она стояла там, где ей и было положено, а с той стороны громко переругивались между собой озадаченные и обведённые вокруг пальца преследователи.

Виктор не стал задумываться над природой этого фокуса и просто двинулся дальше, попутно разжигая много лет назад потушенные факелы. Тайная комната тоже оказалась круглой, но гораздо меньшей в размерах, нежели предыдущая. И здесь, в отличие от погребального помещения, был лишь один-единственный предмет интерьера — хрупкая стеклянная витрина на цилиндрической подставке. И под толстым слоем пыли, осевшем на стекле, угадывались размытые очертания старого, как сам мир, фолианта. Виктор не сомневался — он, наконец, отыскал ту самую заветную Книгу, которая могла бы спасти Даше жизнь, будь она найдена вовремя. Но теперь в ней не было абсолютно никакого смысла. Даже пропало желание ознакомиться с её сверхъестественным содержимым, из-за которого наверняка погибло гораздо больше людей, чем известно в официальных источниках.

За спиной послышались скромные аплодисменты. Виктор хоть и вздрогнул от неожиданности, но поворачиваться в сторону проклятого им существа не стал. Вместо этого он вплотную подошёл к витрине и, смахнув с неё пыль, стал разглядывать содержимое.

— Ну, что ж, — продолжал аплодировать Лагош. — Я пришёл поздравить тебя, дружище. Ты просто молодец, скажу я тебе. Ещё ни разу не видел столь способного игрока, как ты. Хотя, кажется, тебе просто повезло, но не стану же я лишать тебя главного приза только из-за такой глупости, верно?

— Приз? Игрок? — Виктор перевёл взгляд на Лагоша. — Что ты несёшь? Мало того, что убил Дашу, так ещё и злорадствуешь?!

— Нет, нет, как можно, сударь? Злорадствовать? Да разве же я похож на того, кому нравится наблюдать за чужими страданиями?..

Виктор не ответил. Он лишь положил ладонь на рукоять Пакемберга, намереваясь освободить клинок от оков ножен и сразиться с Лагошем в честном бою.

— Но-но, герой, полегче. Тебе нужны объяснения? Что ж, ладно, получай. Ты игрок, смекаешь? Как и Даша, и некоторые другие до неё. Я даю вам шанс начать всё сначала, вручаю загадку, которую вы должны разгадать. А взамен, в самом финале, игроки получают главный приз, за который они так усиленно боролись. Даша, увы, до конца не добралась буквально каких-то десять шагов. У вас на Земле это назвали бы дешёвым реалити-шоу. Но вот ты, ты превзошёл все мои надежды, Богданов! Интереснее тебя я не видел ещё никого! Так что, клянусь, я вознаграждаю тебя без каких-либо подвохов или новых печатей. Я освобожу тебя от всей этой шелухи. Честное слово.

— Ты что, бог?

— Шутник ты, Богданов, — рассмеялся Лагош. — До бога мне ещё расти и расти. Божества обычно не вмешиваются в дела простых смертных. Они, честно говоря, вообще ни во что не вмешиваются. Даже в свои собственные дела, прости за каламбур, но ты ведь и понятия не имеешь, о чём сейчас идёт речь, да? Ладно, речь не о богах и не обо мне Так что переходим непосредственно к награждению!

— И что же станет наградой? Треклятая Книга?

— Книга? Нет. Она была лишь целью Даши. Ну, ты, конечно, можешь заглянуть в неё одним глазком, и я даже не зачту это за награду. А после того, как ты ознакомишься с содержимым, я непременно верну тебя на твою родину, на Землю, но уже в обновлённом виде. И ты проживёшь там долгую, счастливую жизнь… правда, имя сменить придётся, но это ведь не проблема в вашем обществе, верно?

Виктор замер:

— Э-э… вернуть меня… на Землю? — протяжно спросил он. — Но… но я не хочу возвращаться. Моя жизнь там уже прожита, а теперь началась новая, здесь. Разве ты не понимаешь? Кто ещё на моей планете может удостоиться возможности попасть в иной мир, и остаться там навсегда?

— Ну, я, честно говоря, знаю парочку таких людей, но не будем о них. Кхм, то есть, ты отказываешься от главного приза, верно? Ты что, настолько глуп?

— Я не глуп, — покачал головой иномирец. — Просто у меня к тебе встречное предложение.

Лагош вопросительно изогнул бровь:

— И что же ты хочешь получить вместо возвращения домой? Настоящий титул графа? Богатство? Собственный дворец? Или, может, ты желаешь, чтобы я одним махом уничтожил всех пепельников?

Шумно выдохнув, Виктор ответил:

— Верни Дашу к жизни. Я готов расстаться со своей наградой, если ты дашь ей… третий шанс. Для тебя ведь это не проблема, верно?

Воцарилось недолгое молчание. Лагош, задумчиво потирая подбородок, прошёлся по комнате взад-вперёд. Он постоянно что-то бубнил себе под нос, словно о чём-то рассуждая, или взвешивая все «за» и «против» встречного предложения Виктора. Наконец, остановившись рядом со своим лучшим игроком, Лагош широко улыбнулся и щёлкнул пальцами:

— Да будет так, Богданов. Да будет так. Как только ты покинешь это помещение, твоя девчонка оживёт. Без фокусов и подвохов.

Виктор застыл, ожидая очередной подколки со стороны собеседника, но Лагош казался абсолютно серьёзным. Иномирец сперва обрадовался расположению дел, но вскоре раздосадовано схватился за голову и упал на колени:

— Там же Его Преосвященство… чёрт, что мне делать? Как выбраться?

Вновь ехидно ухмыльнувшись, Лагош разочарованно пожал плечами и ответил:

— Наверное, надо было раньше об этом думать, Богданов. И, знаешь, я доволен твоей опрометчивостью. Кажется, после всей этой какофонии на нашем прекрасном концерте всё-таки ещё прозвучит финальный аккорд, ага? Хе-хе…

С этими словами самое странное из существ, которое когда-либо встречалось Виктору в его жизни, громко рассмеялось и растворилось в чёрном дымном облаке, оставив иномирца один на один с его бедой. И Виктор, уже не в силах даже проклинать проказника, просто понурил голову и мысленно выругал себя за такую халатность в выборе награды. Ведь он мог попросить о чём-то большем, чем просто вернуть к жизни едва знакомую ему девушку, которая, в сущности, никем для него не являлась. Ведь он мог обдумать своё решение, а не глупо бросаться словами на ветер. Но он послушал своё сердце, и осознание этого факта внушило ему новую надежду на спасение.