Иномирец - Никита Баранов

— Ну, слово — не воробей, верно? — бросил в пустоту Виктор. Он медленно поднялся с колен, отряхнул свои брюки от грязи и, собрав всю свою решимость в кулак, сделал шаг в сторону выхода из комнаты, туда, где сейчас его искали фанатично настроенные инквизиторы. Затем о чём-то задумался. Постояв так с минуту, искоса поглядел на Книгу, что всё ещё томилась под стеклянной витриной и почему-то глупо улыбнулся.

Толстый фолиант, скованный золотыми ремешками, густо усеянный россыпью драгоценных камней, взывал к себе, манил, практически заставлял взять его в руки, открыть первую страницу и предаться блаженному чтению того, за что боролись и умирали сотни людей.

Виктор скинул шубу. Он вспотел, и ему стало не по себе. Но назад он не повернул — твёрдой рукой иномирец снял с витрины крышку, вытащил Книгу наружу и лишь на мгновение заколебался, прежде чем открыть первую страницу и с неподдельным удивлением прочитать название вступительной главы:

— «Дарующему жизнь, первому графу бескорыстной доброты» закладка

* * *

Кто-то однажды сказал: «Знания — сила! А сила есть — ума не надо». Пролистав всего лишь несколько первых страниц, Виктор чётко и ясно осознал, как сильно эта поговорка сейчас подходит к его ситуации. Читать мудрёный текст было тяжело, но после прочтения каждой строчки хотелось выть волком и лезть на стены, лишь бы забыть всё только что прочитанное. Виктор и предположить не мог, насколько фантастическую, даже на фоне мира, насквозь пронизанного магической силой, информацию он почерпнёт из древнейшей и бессмертной Книги Сожалений.

Говорили, что тот, кто прочтёт хоть строчку — умрёт страшной и мучительной смертью, а душа читающего навек достанется тёмным богам. Но Виктор остался жив, и, более того, почувствовал себя в какой-то степени просветлённым, в сравнении с состоянием, в котором он пребывал всего несколько минут назад. Захлопнув Книгу и взяв её с собой, граф с планеты Земля бесстрашно и безмятежно покинул комнату. Подойдя к саркофагу с его «внутренней» стороны, он без труда отыскал открывающий крышку рычаг и плавно на него нажал. Каким же было удивление Его Преосвященства и прочих, когда на их глазах из места священного упокоения старого герцога вышел, словно с порога собственного дома и как ни в чём не бывало довольный собой иномирец.

— Вот ты и попался, — довольно потёр ладони Клод Люций. — Долго же шла эта игра, верно?

— О, ты даже не представляешь, насколько долго, — согласился Виктор и посмотрел на всё ещё лежащую в сторонке Дашу. Девушка, кажется, начинала приходить в себя: её грудь хоть и медленно, но поднималась и опускалась, наполняя тело долгожданным и так необходимым ей кислородом. Наконец, Даша раскрыла глаза и непонимающим взглядом уставилась на всё происходящее вокруг.

— Что? — поражённо воскликнул Клод Люций. — Вы ведь проверили, девчонка была мертва!

Инквизиторы от непонимания пожали плечами.

— Значит так, — начал Виктор. — Либо ты отходишь в сторонку и даёшь мне с Дашей уйти, либо сразись со мной в честном бою. И пусть твои ищейки постоят в сторонке.

— Нет, вы слышали эту наглость? — разъярился Клод Люций. — Как ты смеешь вызывать на поединок наместника Света среди смертных?!

— Ну, раз уж ты наместник самого Света, так пусть он тебе поможет в этом бою, — усмехнулся иномирец, откладывая книгу в сторону и вооружаясь Пакембергом. Извилистое лезвие меча вспыхнуло ярким пламенем, заставив окружавших Клода Люция инквизиторов отступить в сторону.

— Каков наглец! — рявкнул Его Преосвященство. Не желая терять лица при своих приближённых, он схватил свою рапиру и немедленно набросился на противника грозным и мощным выпадом.

Лезвие Пакемберга без труда отразило этот натиск, а удар ноги Виктора откинул верховного инквизитора к противоположной стене. Клод Люций сразу же приблизился к Виктору и вновь нанёс удар, а затем ещё несколько, но ни один из них цели не достиг. Виктор играючи отбивал жалкие атаки, словно фехтовал с самого детства, но на самом-то деле он прекрасно понимал, в чём его сила. Лагош, со смехом на устах выполняя последнюю просьбу иномирца, забыл забрать и свой дар — рунную силу. Забыл, или же не захотел забирать. Это было неважно.

— Да что вы стоите, олухи? — прошипел Клод Люций. — Схватите его!

— Да, чего же вы стоите? — гоготнул Виктор. — Подойдите и попробуйте схватить меня!

После этих слов иномирец вытянул свободную руку вперёд, и в ней яркой вспышкой образовался самый настоящий зауженный к низу кавалерийский щит, похожий на те, что использовались на турнире во дворце. Да только вот состоял он не из многослойной стали и кожаной подкладки, как это обычно бывало, а из самого настоящего первородного огня, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Склеп мгновенно наполнился жаром, а края одежды Клода Люция едва заметно затлели. Единственным кроме Виктора человеком, которого пламя не трогало, была всё ещё пытающаяся прийти в себя Даша.

— Что это за магия?! — воскликнул верховный инквизитор, пятясь к своим бойцам. — Покайся, пока ещё не поздно!

— Повторяю в последний раз — проваливай, иначе мне всё-таки придётся совершить в этом мире первое умышленное убийство!

Епископ переглянулся с инквизиторами и что-то быстро им шепнул. Ищейки кивнули и покинули родовую гробницу семьи Чаризз, но сам Его Преосвященство остался. Он убрал оружие в ножны и уже с некоторым страхом в голосе смиренно спросил:

— Чего же ты хочешь? Теперь я вижу, что ты не просто человек, и явно не желаешь никому зла, так что…

— А раньше ты понять этого не мог? — нахмурился Виктор. — Хватит валять дурака и пресмыкаться передо мной. Ты хочешь знать, чего я хочу? Хочу, чтобы ты отошёл в сторону, дал мне коня и никогда больше не вспоминал ни обо мне, ни о Даше!

— Не вспоминать? Но, позволь, почему бы не начать сотрудничество? Ты расскажешь нам всё о себе добровольно, и я даже обращу тебя в нашу веру. Свет простит тебя. Ты станешь нашим новым послушником, возможно даже высокопоставленным сановником, и у тебя будет всё, о чём ты только можешь мечтать! А ещё…

— Хватит. Сладкими словами разбрасываешься, да только по губам твоим стекает яд лжи и лицемерия. Ты ничем не лучше остальных. Тебе просто повезло. Разве ты не видишь всей правды? Разве не понимаешь, где стоит искать ответы, а где нет? Взгляни на себя. Ты так долго жаждал поймать и запытать меня до смерти, но резко изменил отношение ко мне на лояльное, лишь узрев силу, превосходящую твою во много, бесконечно много раз. Как я могу тебе доверять? А теперь отойди и дай мне пройти. Ещё раз повторять не стану.

Виктор не стал дожидаться ответа верховного инквизитора. Вместо этого он потушил щит, спрятал клинок в ножны и Книгу за пазуху, после чего поднял Дашу на руки, свистом подозвал на своё плечо всё ещё сидящего на верхушках саркофагов Чарли и с гордо поднятой головой прошёл мимо Клода Люция, даже не посмотрев в его сторону. Он знал: епископ не станет бить в спину. Уже не станет.

Всё так же чинно шагая, Виктор поднялся по винтовой лестнице на поверхность. С удовольствием вдохнул свежий морозный воздух, на миг улыбнулся лучам малого компонента звёздной пары, что уже взошёл над горизонтом в преддверии основного светила, затем повернулся к собравшимся подле входа в склеп инквизиторам и коротко повелел: