Оруженосец - Артем Тихомиров

Эмма махнула рукой:

— Называй как хочешь. Я уже толком не понимаю, кто я на самом деле. Ладно. Успокоил. Веди.

Смарагульф подтянулся, выпятив грудь колесом. Принцесса посмотрела на него с сомнением.

Полагаться на такое ходячее недоразумение было рискованно, однако она не видела другого выхода. В этом лесу она совершенно не ориентировалась. Все ей казалось одинаковым. Кусты, деревья, сумерки, туман, стелющийся низко над землей и иногда свивающийся кольцами подобно змее. Само время и пространство тут словно застыли, позволяя злу концентрироваться слоями век за веком.

Эмма старалась гнать от себя темные мыслишки, но не могла не думать о чудовищах и призраках. Людоеды были вполне себе смертны и материальны. Но как насчет умертвий, привидений и упырей, которых тут, должно быть, немало? Опять же гигантские пауки. У Эммы ведь даже ножа нет, чтобы ткнуть их в толстое брюхо, — потеряла.

Смарагульф шел по следу, точно ищейка. По крайней мере, с такой же устремленностью. Внезапно он остановился — прямо перед ним высилась страшная, поросшая мхом коряга. Маг пощипал себя за кривую бороду и сказал: «Так». Принцесса решила не уточнять, в чем дело. Свернув направо, он шел еще минут пятнадцать, делая в сумерках таинственные повороты, пока снова не очутился перед знакомой корягой.

У Эммы возникло плохое предчувствие. Смарагульф плюнул на траву, хлопнул себя по лбу и припустил бегом в левую сторону, призвав принцессу сделать то же самое. Эмма помчалась за ним. Маг петлял, словно заяц, которого преследует лиса, да еще умудрялся по пути что-то бормотать и размахивать руками. Эмма догадалась, что он пытается плести чары. Наконец пейзаж сменился. Бегуны выскочили на полянку. В центре ее Смарагульф остановился:

— Мы попали в Черный круг. Хорошо, я вовремя понял.

Принцесса призналась, что не знает, о чем речь.

— Это ловушка такая. Человек попадает в нее и может блуждать вечно. И чем больше раз он возвращается к ее центру, тем сильнее увязает. Думаю, так многие горе-путешественники сгинули в Мраколесье.

— Но мы вырвались?

— Да. Я вовремя применил защитные заклинания, которые разорвали круг, — ответил Смарагульф. — А вообще, ваше высочество, мы напрасно убежали так далеко. Я бы давно забрал саквояж.

— Тогда просто иди к дому людоедов, — огрызнулась принцесса.

Эмма вымоталась, ее донимали голод и жажда. Дьявольски тянуло сорвать на Смарагульфе злость, но принцесса держалась. Не хотелось быть стервой.

Они снова шли и шли, закладывая зигзаги, а лес не менялся. Принцессе казалось, что из-за каждого куста, из каждой темной лазейки за ними наблюдают. Это могли быть и гремлины, но с тем же успехом нечто куда более опасное. Эмме даже пришлось вооружиться суковатой палкой. Чуточку да спокойнее.

— Когда же мы придем? — простонала она спустя еще полчаса.

— Я ищу дорогу, — сквозь зубы процедил чародей.

Смарагульф был не в лучшей форме, поэтому сам боролся с искушением закатить истерику. От опрометчивого шага его удерживали остатки мужской гордости.

Наконец ему попалась на глаза одна примета. Повернув голову, Смарагульф нашел и вторую, затем третью.

— Готово! Вот мой тайник!

Услышав это, Эмма свалилась на землю. Лежать. Просто лежать и никогда больше не вставать. Может быть, даже уснуть и не проснуться.

Не оценив подобный жест отчаяния, Смарагульф подскочил к валуну, торчащему из-под земли. Странный это был камень, весь поросший мхом и лишайником, да еще с двумя дырками одинакового размера с одной стороны. В одной из таких дырок Смарагульф и спрятал свой саквояж. Умник.

Забравшись в тайник, маг выбрался обратно на четвереньках.

— Уф… наконец-то. — Прижав сокровище к груди, Смарагульф подпустил слезу.

Эмме стало тошно. Голод скрутил желудок.

— Может, сделаем привал?

Смарагульф понял, что имеет в виду принцесса. Его внутренности давно посылали сигналы бедствия во все направления.

— Увы, у меня нет еды, — сказал чародей. — Здесь только инвентарь.

— Так пойди на охоту, — проныла Эмма.

— На охоту? Нет, нет, нет! Хочешь, чтобы я убил бедное животное, потом вытащил из него кишки, потом… нет, нет, нет! Я, между прочим, вегетарианец.

Принцесса уставилась на него:

— Так и знала, что с тобой все не так просто… — на всякий случай она отодвинулась, точнее отползла.

— Ты не так понял, — вздохнул вундеркинд. — Я — вегетарианец, а не извращенец. Я не ем мясную пищу. Максимум яйца или молоко.

— Почему? — еще сильнее удивилась принцесса.

— По внутреннему убеждению, — ответил Смарагульф. — И не будем об этом.

— Что ж…

Земля под ними закачалась. Раздался треск, соседние деревья, как показалось Эмме, даже сдвинулись с места.

— Опять?

Чародей развел руками, саквояж выпал, Смарагульф схватил его вновь, горя решимостью на этот раз не отпустить.

— Землетрясение? — пискнула принцесса.

Она была сыта по горло этим проклятым Мраколесьем, которое без конца устраивало ей сюрпризы.

— Мне кажется, — прокричал маг, сражаясь за равновесие, — это что-то другое!.. Бежим!..

Сбежать они не успели. Земля чихнула. Или взорвалась, кому как больше нравится. Из дырок в камне, где Смарагульф прятал саквояж, вырвались две струи воздуха. Точнее, выстрелили. И одновременно чуть южнее камня земля разверзлась, и вверх полетели громадные куски земли и булыжников.

Принцесса и чародей упали. Часть леса под ними начала подниматься. Трещины расширялись, пласты почвы расходились на все большее расстояние друг от друга. В какой-то миг Эмма покатилась с крутого склона и шмякнулась на кучу пахнущей сыростью земли.

За ее спиной завопил Смарагульф. Пока это был вопль удивления и страха, а не боли, но все могло измениться в любой момент.

Принцесса перевернулась на спину, чтобы посмотреть.

Оно было огромным, высотой, наверное, метров двадцать, стояло на двух ножищах и походило на пузатого человека. Собственно, это и был человек, только ненормальных размеров. И он стоял там, где только что все было ровно и гладко, исключая деревья и камень с дырками. Эмма присмотрелась. Камень с дырками оказался носом… великана.

Держа в правой руке чудовищных размеров дубину, монстр, до того мирно спавший в земле, заорал во все горло. Принцесса зажала уши руками. Такого чудовищного звука она никогда не слышала.

Дубина описала дугу, свалив по пути несколько деревьев. Великан утер нос, озираясь в поисках нахала, нарушившего его долгий сон. Пока ему не пришло в голову посмотреть вниз.

На несколько секунд обомлев от страха, Эмма подумала: