Северянин - Игорь Ковальчук

– Елки-сосенки! – негромко присвистнул Агнар. – Я как-то не подумал, что мне придется делиться с тобой своей одеждой. Кстати, предупреждаю, что запасных штанов у меня нет. То есть имеются, но я их тебе не отдам. И обуви для тебя тоже нет.

– Что ж ты такой жадный-то? – ухмыльнулся парень. – И недальновидный. Надо было подумать о том, что на твоем пути может оказаться единорог, которому приспичит обратиться в человека, – он в задумчивости помассировал поясницу и посмотрел себе под ноги. Сделал жест рукой, призвав на помощь какую-то магию, и на его теле появилась одежда. Самая простая: рубашка, штаны, кожаная обувь. – Вот так. Сойдет?

– Эх, хотел бы я так одеваться. Ни лен растить, ни шерсть трепать… И бабам ни прясть, ни ткать, ни шить не надо было бы… Махнул рукой – и все. А баб можно более выгодно использовать…

– Если б все было так просто… Это иллюзия. Образ того, чего нет на самом деле. Одеждой все равно надо будет обзавестись, просто теперь время не терпит.

– Жалко. Я уж понадеялся – обучусь колдовству, и никаких забот.

– Будь уверен, тогда у тебя появятся другие заботы.

– Кстати, как мне теперь тебя называть. Не говорить же: «Эй, ты, лошадь!»

– Ты и раньше так не говорил. И правильно делал. А теперь можешь звать меня Экда.

– Просто Экда?

– Ага…

Постанывая, викинг поднялся с плаща и аккуратно увязал тючок с одеждой.

– Ну что? Пойдем искать корабль? Где здесь вообще могут быть корабли?

– Здесь кораблей предостаточно, – ответил единорог. Он говорил рассеянно. – Это же побережье. На берегу моря живет множество рыбаков. К тому же здесь останавливаются торговые корабли. Намного труднее будет найти того, кому именно сейчас нужно на Эрин.

Скандинав поднял голову и глубоко вдохнул воздух. Его что-то тревожило.

– А найти надо, – медленно произнес он. – Причем быстро.

– Что такое? Ты что-то почувствовал?

– Да. Кажется, те, кто ищет нас, уже довольно близко, – он помолчал, торопливо навьючивая на коня скарб. – Но тебе-то что волноваться? Думаешь, жрецы леса причинят тебе вред?

– Я – лишь сила природы, – улыбнулся Экда. – Сила, имеющая облик. Я хочу самостоятельности, однако в их глазах я – лишь часть целого. И что они могут посчитать правильным для меня, я не знаю.

Жеребец, недовольно крутя головой, попытался увернуться от ноши, но скандинав схватил повод и, намотав его на руку, заставил коня успокоиться. Чувство опасности становилось таким сильным, что ему хотелось бежать с этого места сломя голову. Однако он заставил себя действовать продуманно. Вскочив в седло, викинг пустил скакуна легкой рысью и медленно обернулся.

На опушке леса появилась высокая белая фигура, опирающаяся на посох, потом еще одна и еще одна. Агнар задержал своего коня, краем глаза следя за тем, как снова изменился, поплыл облик его спутника, обратно становящегося единорогом, и как он ударил копытом, готовясь броситься вскачь.

Задержавшаяся на опушке фигура вскинула руку с посохом к небу, и в викинга полетело что-то упругое и мощное, хоть и невидимое. Мужчина потянул за повод, пытаясь развернуть коня грудью к неведомой силе, и тот затанцевал на месте. Артефакт, висящий на груди скандинава, нагрелся в мгновение ока. Он же развернул перед внутренним взором мужчины образ нескольких защитных систем, и молодой мастер понял – он способен защититься от магии, несущийся ему в лицо. Может быть, не слишком хорошо, но все-таки защититься.

И немедленно выставил на пути заклинания невидимый упругий щит. Столкнувшись с ним, чары вспыхнули, как огонь костра, щедро облитый маслом, и освобожденная энергия заметалась по поляне, порождая недобрый ветер. Сквозь метания силы Агнар взглянул в глаза друида, который отправил в него эти чары. Этого жреца леса он никогда прежде не видел. Рядом с ним стоял Луитех, облаченный в белый лен и золото, а с другой стороны – друид помоложе, без посоха. Он явно готовил новые чары, тоже мощные, но суть которых – викинг был уверен – ему тоже удастся разгадать и противопоставить что-нибудь эдакое.

– Я говорил, что подобные простые заклинания на него не подействуют, – сказал Луитех и сделал своим спутникам жест. – Фубан, постой. Подожди, Криденбел. Агнар, послушай меня. Отдаю должное твоему чародейскому искусству. Суметь так быстро подчинить себе крест Закатного солнца и не попасть в конце концов в подчинение к нему – все равно что пройти по лезвию ножа. Однако долго так продолжаться не может. Даже для умелого, опытного мага общение с этим артефактом – смертельная, более чем смертельная опасность. Даже мы, хранящие его много веков, не можем наверняка сказать, чем все это закончится и чем может быть опасно. Будь благоразумен, Агнар. Зачем тебе эта игра, где ставка – твоя душа и твое бессмертие?

– Что ты мне предлагаешь?

– Верни нам крест. Идем с нами, ты поможешь нам освободить его от твоего влияния. А тебя – от власти Закатного солнца.

– Я вам не верю.

– Ты видишь во всех людях своих врагов. Но зачем нам убивать тебя, если есть возможность обойтись без убийства? Для друидов убийство – это слишком серьезно.

– Однако умирают у вас многие.

– Человек умирает лишь по собственной слабости, ибо бессмертие – в руках каждого, – произнес тот друид, которого Луитех поименовал Фубаном.

Старый знакомый скандинава устало сделал ему знак молчать, но Агнару все стало понятно. По крайней мере, он был уверен, что ему все понятно.

– Ну, раз мое бессмертие зависит только от меня, я и буду его отстаивать. Как смогу. Тем более – спасибо за помощь и подсказку – с помощью этого вашего креста. Я его вам не отдам. И свои проблемы с ним как-нибудь сам решу. Идет?

– Я не сказал бы, что это разумно.

– Ты и не скажешь, что это разумно, потому что вас не устраивает.

– Довольно, – хмуро бросил Фубан и коварно, без особых жестов или демонстративной подготовки бросил в скандинава еще одно заклинание.

– Стой! – крикнул Луитех, но поздно.

Молодой мастер инстинктивно свел ладони вместе и выпустил на волю получившееся заклинание экранирующей защиты. На миг Агнар даже поверил в то, что чары благополучно полетят в обратном направлении. Этого не случилось, однако кое-какое преимущество хитрый прием дал викингу – отдача от столкновения двух сил оказалась направлена в сторону друидов.

Артефакт подсунул скандинаву еще одну идею, и, особо не рассуждая, он составил предложенное заклинание, половину усилий по его составлению взяв на себя, а половину переложив на послушную магическую вещицу. Жестом мальчишки, ловящего бабочку, молодой мастер накинул на друидов что-то вроде невидимой сети, которая, впившись в энергетическую составляющую человеческого сознания, принялась опутывать их и блокировать возможность колдовать.