Эльфийская звезда - Трейси Хикмэн

– Дракон этого старика… Они, должно быть, учуяли его. Пойдем, пес. Уберемся отсюда, прежде чем эти твари придут в себя и поймут, что их слишком много на одного дракона.

Эпло уже почти добрался до лестницы, ведущей на мостик, когда обнаружил, что говорит это сам себе.

– Пес? Черт возьми! Где… Патрин оглянулся через плечо и увидел, что пес спрыгнул с палубы на мшаник.

– Пес! Проклятие! – Эпло выбежал на палубу и перегнулся через перила. Животное стояло точно под ним, развернувшись к дому – ноги напряжены, шерсть дыбом, – и лаяло.

– Великолепно! Ты предупреждаешь их! Ты предупредил каждого в трех королевствах! А теперь давай обратно!

Пес не обратил на него внимания – вероятно, не слышал ничего за собственным лаем.

Наблюдая за передвижением монстров в джунглях и одновременно поглядывая на дом, Эпло спрыгнул в мох.

– Слушай, дурень, нам не нужна компания… Он сделал попытку ухватить пса за загривок Пес не повернул головы, даже не посмотрел на него. Но когда Эпло приблизился, животное прыгнуло вперед и понеслось через лужайку к дому.

– Пес! Вернись! Пес! Я ухожу! Слышишь? – Эпло отступил к кораблю. – Ах ты, бесполезный, блохастый… О черт!

Патрин кинулся через лужайку следом за псом.

– Пес гавкнул, – закричал Зифнеб. – Бежим! Скорее! Пожар! Напасть! Бежим!

Никто не двинулся, кроме Алеаты, которая со скучающим видом оглянулась.

– Где Калли? Пайтан отвел взгляд.

– Она не идет.

– Тогда и я не пойду. Все равно это дурацкая затея. Я подожду милорда.

Держась спиной к окну, Алеата подошла к зеркалу и стала рассматривать свои волосы, одежду и украшения. На ней было ее лучшее платье и драгоценности, которые она унаследовала от матери. Ее волосы были искусно уложены самым прелестным образом. Как уверяло ее зеркало, она никогда не выглядела более прекрасной.

– Не понимаю, почему он не пришел. Милорд никогда не опаздывает.

– Он не пришел потому, что он мертв, Теа! – сказал ей Пайтан, которого терзали страх и горе. – Как ты не можешь понять!

– И мы будем следующими! – Роланд указал куда-то в сторону. – Разве что сбежим на корабль! Я не знаю, что остановило титанов, но они не будут долго торчать там!

Пайтан окинул комнату взглядом. Десять человек, рабы, которые имели достаточно смелости, чтобы остаться с Квиндиниарами, несмотря на дракона, и их семьи укрылись в доме. Повари ха истерически всхлипывала в углу. Многочисленные взрослые и несколько несовершеннолетних эльфов – вероятно, ее дети, Пайтан не был в этом уверен – собрались вокруг нее. Все они смотрели на Пайтана как на предводителя. Пайтан избегал их взглядов.

– Идем! Бежим туда! – крикнул Роланд по-людски, махнув рабам рукой.

Им не понадобились понукания. Мужчины подхватили маленьких детей, женщины подобрали юбки и побежали. Эльфы не поняли слов Роланда, но прекрасно все прочли по его лицу. Прихватив причитающую повариху, они выволокли ее за дверь и пустились через лужайку следом за людьми, прямиком к кораблю, стоявшему на вершине холма.

Люди-рабы. Эльфийка-повариха и ее семья. Они сами. Лучшие и достойнейшие…

– Пайтан! – торопил эльфа Роланд. Тот повернулся к сестре.

– Теа!

Алеата побледнела, ее рука, приглаживающая волосы, слегка дрожала. Она прикусила нижнюю губу и сказала, когда поняла, что голос не дрогнет:

– Я остаюсь с Калли.

– Если ты остаешься, я тоже остаюсь.

– Пайтан!

– Оставь его, Рега! Он самоубийца, ну и…

– Это мои сестры! Я не могу сбежать!

– Если он остается, Роланд, то и я остаюсь… – начала было Рега.

Пес замер на пороге, потом метнулся в холл и издал громкое резкое «вуф!».

– Они движутся! – крикнул Роланд от окна.

– Когда придет милорд, скажи ему, что я в гостиной, – сказала Алеата, спокойно подобрала юбки, повернулась и пошла наверх.

Пайтан двинулся было за ней, но Роланд схватил его за руку.

– Позаботься о Реге.

Человек пошел за Алеатой. Схватив ее, Роланд перекинул эльфийку через плечо и понес из дому, не обращая внимания на ее крики и сопротивление.

Эпло обогнул дом и остановился, недоверчиво глядя на толпу эльфов и людей, внезапно появившуюся перед ним. Они бежали к кораблю!

Спаситель.

Ха! Пусть только они коснутся магической преграды.

Эпло не обращал на них внимания, разыскивая пса, и увидел его на крыльце.

– Мы идем! – закричал Пайтан.

– Не вы одни, – пробормотал Эпло.

Титаны приближались, двигаясь бесшумно, но с невероятной скоростью. Эпло посмотрел на пса, посмотрел на спешащих к кораблю людей и эльфов. Первые из них уже добрались до него и открыли, что взойти на борт невозможно. Руны на внешней стороне корпуса полыхали голубым и алым, их магия охраняла корабль от незваных гостей. Менши кричали, жались друг к другу. Некоторые развернулись, приготовившись биться насмерть.

Спаситель.

Эпло издал безнадежный вздох. Задержав дыхание, он поднял руку и быстро начертил в воздухе несколько рун. Они зажглись голубым пламенем. Знаки на корабле полыхнули в ответ и погасли. Защита была снята.

– Вам лучше поспешить! – крикнул он, отвешивая подпрыгивающему псу хороший пинок. Но промахнулся.

– Мы должны бежать, Квиндиниар! – воскликнул Зифнеб, подбирая хламиду и открывая костлявые ноги. – Ты был чудесен, Лентан, друг мой. Превосходная речь. Я сам не мог бы сказать лучше. Готов?

Он положил руку на плечо Лентану.

Лентан смущенно посмотрел на Зифнеба. Предки эльфа отступили во тьму времен, оставив его одного.

– Я готов, – едва слышно сказал он. – Куда мы идем?

Он позволил Зифнебу тащить себя.

– К звездам, дорогой мой друг! – пропыхтел волшебник. – К звездам!

Другар бежал последним. Гном был силен и вынослив. Он мог бы бежать и тогда, когда люди и эльфы свалились бы от усталости. Но со своими короткими ногами, в тяжелом кожаном доспехе и башмаках он не мог соперничать с ними. Они быстро обогнали его в безумном рывке к кораблю, оставив далеко позади.

Гном упрямо бежал вперед. Он мог видеть титанов, не поворачивая головы, они были позади него, но развернулись широкой цепью, намереваясь окружить свою жертву. Монстры медленно нагоняли эльфов и людей, более быстрых, чем гном. Другар прибавил скорости – не из страха перед титанами, но опасаясь, что упустит возможность мести.

Его башмак застрял в мшанике. Он запнулся, потерял равновесие и упал лицом в мох.

Гном вскочил и стал выдергивать ногу из застрявшего башмака. Мокрые от пота руки скользили, и он отчаянно пытался сбросить башмак, прыгая на одной ноге. До него донесся запах дыма. Титаны подожгли джунгли.