Гномка в помощь, или Ося из Ллося - Ардмир Мари

Портал закрылся. Мы наконец-то дома. Не сговариваясь, оба выдохнули, покосились на тюфяк и начали раздеваться. Вот только зря мы спешили, ибо лечь нам не позволили. Да и переодеться не дали. Пауки, распахнув дверь с ноги, то бишь с лапы, и оставшись за порогом, в ультимативной форме предъявили нам пустую сумку из-под прикорма. Затем указали на потолок и щелкнули жвалами. Иными словами, кормите, иначе загадим.

Регген в замешательстве смотрел на начинающих вымогателей.

– Ты им ничего не взяла?

– Я о них напрочь забыла, – призналась честно и честно же сообщила паукам: – Прикорма нет, приходите завтра.

На меня воззрились с печалью в глазах, и хоть восьмилапых было всего трое, смотрели они как оголодавшая толпа.

– Завтра с утра, – сдалась я. Весело пикнув, они умчались прочь. – Эй, а дверь закрыть?

А к порогу кузни уже явилась новая делегация в количестве десяти штук. Мелкие и шумные, слизни не остались в коридоре, со свистом вкатились в кузню, бросили к моим ногам пустую сумку и выкатились обратно.

– Фью-ю-ю, – настоятельно посоветовали мне.

– Выходит, что и им тоже завтра, – хмыкнул граф-оружейник.

– Фью-фью! – поддержали из коридора.

– С утра? – изумилась я.

– Фью! – прозвучало как «да!», и я без радости приняла условия. После чего они аккуратно закрыли дверь и удалились, грохоча броней по вспоротому Врадором полу. Затем весело застучали по лестнице и затихли в глубине подвала.

– Прикорм возьмем в двойном размере.

– Почему в двойном? – удивился маг.

– Потому что не наследили, а чистоплотность нужно поощрять.

Я подхватила ночную рубашку, отправилась в закуток. Вышла, пяти минут не прошло, а к нам уже через портал стучатся.

– Кто там? – спросила с зевком.

– Генерал, – ответил Регген, дождался, пока я платье натяну, и раскрыл серебряное блюдце до размеров двери.

Старший Врадор вошел, чеканя шаг, без стеснения осмотрел наше скудно обставленное жилище, хмыкнул, заметив мой растрепанный вид, и потер переносицу. Я думала, он скажет что-то хорошее, но он решил начать с плохого.

– Вы нарушаете устав отдела, Ося. Агенты не спят с подопечными.

– На одном тюфяке? – поспешил уточнить задохлик.

– Вообще! – вспылил генерал.

– Как и с подозреваемыми, – парировала я и добилась немого осуждения. Словно бы о его предприимчивом сыне говорить не стоило. Ну правильно, кто ж несчастного Ургена будет обвинять? Он там под натиском не устоял, а я тут сама к одержимому лезу, под стол, на тюфяк, в лучшие условия. – Хм… Это все, ради чего вы пришли?

– Нет. – Он чуть заметно поджал губы. Глянул на Реггена, но вновь обратился ко мне: – Ося, с каких пор вы позволяете себе подобный тон с начальством?

– С недавних. Вот как на службу поступила…

– Ося, – оборвал меня граф-задохлик не столько окриком, сколько рукой, обнявшей мои плечи, – и многоуважаемый Аррен Врадор! – потребовал он внимания. – Ночь после трудного дня – не лучшее время для пререканий.

Я удивилась неизвестному слову. Генерал кашлянул, прочищая горло, маг выпрямился, готовый дать отпор. И не зря…

– Вардо Регген, я пришел к вам, – это «вам» гость особенно выделил, – чтобы задать всего один вопрос, – судя по тону, это будет не вопрос, а допрос, – и получить на него правдивый ответ.

Уточнение – допрос с пристрастием. И Регген это явно понял, раз сжал меня как в тисках.

– Я вас слушаю.

– Я хочу знать, почему вы пришли на выручку моему сыну. Приютили его, сопроводили в столицу, помогли добраться домой. Не спешите меня уверять в сознательности и доброй воле. Урген переманил вашу домработницу и камердинера, увел вашу невесту, завербовал… ее. – В меня ткнули пальцем, явно не зная, как обозвать. – А вы в ответ ему помогли? Не верю, – подвел черту генерал.

– Ответ таится в вашем вопросе, – медленно произнес задохлик, расслабляясь и смягчая тиски на моих плечах. – Я помог ему, чтобы он убрался из моего дома, отстал от Оси и из чувства благодарности не портил мне жизнь. Являясь одновременно моим куратором, врачом и адвокатом, вы знаете – он это может.

– Может. И вы добились благодарности, доведя Ургена до дома, – согласился старший Врадор. – Однако на этом вы не остановились. Поднялись в кабинет вслед за ним. Так в чем причина вашей помощи? Вы что-то хотели получить, забрать, присвоить?

– Я… – начал было маг и закашлялся, вероятно, от стыда перед правдой. От него же и побелел, покрылся испариной, вслед за ней – шерстью. – Я…

– Хотели что-то взять из тайника, – подсказал ему генерал и пытливо прищурился: – Что это было?

– Анти… – прохрипел граф-оружейник.

– …доты. Антидоты он хотел взять, – пришла я на выручку и похлопала несчастного по мохнатой руке. Надо же, как быстро шерстью покрылся.

– Какие?

– Все, – сказала убежденно и сама себе поверила.

– Врете, Ося.

– Конечно, вру! – призналась я и ввела его в недоумение. – Вы же сами сказали, что ответить правдиво нужно лишь на один вопрос. Остальные не в счет.

Маг перестал дышать. А генерал, наоборот, задышал. Этак активно, с присвистом сквозь расширенные от гнева ноздри. Сразу стало ясно, что не только у двух одержимых был тяжелый день.

– Аррен Врадор, я все объясню, – просипел вдруг задохлик и задвинул меня за себя.

– Да я уже понял! – рыкнул этот самый Аррен, прошествовал к столу и водрузил на оный одну за другой десять бутылочек с чуть светящейся жидкостью. – От ядов степей, от ядов пустынь, от морских ядов, от магических паразитов, от вмешательства в сновидения, от проклятий на крови, от захвата контроля над телом, от незавершенных оборотов, от озверения, от наведенных привязанностей… – назвал он каждый. И заметив, как дрогнул ошеломленный маг, торжествующе ухмыльнулся. – Баронесса Дафо, я прав?

– Да, – не стал отнекиваться Регген и тихонечко выдохнул. Как-никак похититель был под личиной Эллен.

– Сочувствую.

На этом генерал отбыл восвояси, оставив нас в напряженном удивлении. Граф-оружейник был в напряжении, а я в недоумении, отчего это он закаменел и словно бы нагрелся.

– Вардо? – позвала тихо, а затем и громче.

Маг резко обернулся, посмотрел на меня горящим маниакальным взглядом и за руку потащил к столу. Подвел, зачем-то посадил на крышку и с восторгом и недоверием схватил последнюю бутылочку. Зубами выдернул пробку, не переставая улыбаться, сделал три глотка, а в следующий миг потянулся к моим губам под тревожный звон портала.