Пришедшая с туманом - Лена Летняя

Четверо – это слишком много. Нас только трое, при этом один – проклят и не может использовать магию в полную силу, а двое других – не стражи, а всего лишь жрецы. Причем Охотник – младший, а я только начала пробуждаться как верховная. Как ни крути, а расклад выходил не в нашу пользу.

Но все же мы приблизились, вставая по обе стороны от Некроса, давая понять его братьям и сестрам, что он не один.

Ему самому это не очень понравилось, когда он нас заметил.

– Что вы здесь делаете? – возмутился он и повернулся к Охотнику. – Я же просил оставаться в замке.

– Ты просил защищать ее, – парировал Охотник. – А она поперлась сюда защищать тебя. И вот я здесь. Буду спасать ее, пока она спасает тебя. Кто только спасет меня?.. Не смотри на меня так! Что я должен был сделать? Связать ее?!

– Как вариант, – процедил Некрос.

– Боюсь, попытайся я, мне пришлось бы несладко, – хмыкнул Охотник.

Некрос недоверчиво покосился на меня. К тому моменту мои тени уже развеялись: я не стала их держать, как только увидела, что туманники уходят, предпочла поберечь силы.

– Я вспомнила себя, – объяснила я. – Меня учили своих не бросать.

– Все это очень трогательно, – заметил Раж с издевкой, – но вам не стоило вмешиваться в наши дела. Вы еще можете уйти.

– С нашей стороны было бы крайне странно проделать весь этот путь сквозь туман, чтобы уйти после такого слабого аргумента, – возразил Охотник.

– Может быть, этот аргумент покажется вам весомее.

Вокруг Ража вспыхнуло сияние. Не черное и не белое, оно имело скорее сиреневый оттенок. Страж собирался выйти из тела и устроить нам веселую жизнь, поэтому я поторопилась достать из кармана то, ради чего на самом деле возвращалась в личные комнаты лорда Нергарда.

– А такой аргумент не убедит вас уйти? – спросила я, увеличивая на ладони кристалин до его обычных размеров.

Свечение вокруг Ража погасло, его взгляд устремился на кристалин. Лицо полностью переменилось: спокойствие исчезло, в глазах появился ужас, который он не мог скрыть. Он сделал резкое движение, пытаясь призвать шар с сущностью к себе, но я была готова к такому и блокировала его действия щитом.

– Я заберу его у твоего трупа, – прошипел Раж.

– Поверь, я успею разбить оболочку и освободить сущность до этого, – возразила я. – И клянусь всеми богами, истинными и ложными, что я это сделаю, если ты не уйдешь.

– Раж, не смей, – одернула его одна из двух сестер, стоявших сейчас рядом с ним.

– Оставь его, – мягко возразила другая и перевела взгляд на меня. – Ты можешь заставить уйти его, но не нас.

Я задумалась на секунду, но потом кивнула. Минус один противник – это тоже хорошо, хоть как-то уравняет шансы. Разбивать кристалин мне на самом деле не хотелось. Не после того взгляда, который я увидела у Ража.

– Только мне нужна какая-нибудь клятва или другие гарантии.

– Клятва стража нас устроит, – подал голос Некрос. – Она нерушима.

Раж посмотрел на своих сестер и брата, потом на Некроса, перевел взгляд на шар, поднял его на мое лицо. И сдался.

– Я призываю в свидетели силу энергии гнева и клянусь ею, что если вы отдадите мне кристалин с сущностью моей жены, я уйду и не стану сражаться против своего брата Некроса.

– И больше никогда не станешь предпринимать какие-либо действия против него, – добавила я.

Раж тяжело сглотнул, но после небольшой паузы повторил мои слова. Тогда я сама левитировала переливающийся шар в его руки. Он погладил его с такой нежностью, что мне стало немножечко стыдно.

Убрав кристалин в карман своего дорожного балахона, Раж снова посмотрел на своих союзников и тихо пробормотал:

– Простите меня.

После чего исчез в клубах черного дыма. Трое других остались. Мне почему-то вдруг стало интересно, все ли они стражи энергий эмоций. Наверное, как были близки между собой Вита и Некрос, так должны были быть близки и другие схожие по сути стражи. Но почему их пятеро? Где шестая эмоция?

Впрочем, думать об этом было некогда: оставшийся мужчина и одна из двух женщин уже засветились, выходя из своих оболочек. Другая женщина не стала этого делать, а лишь встала между нами и покинутыми телами. Я не сразу сообразила, что она осталась защищать их, ведь покидая вместилища, стражи оставляли их бессознательными и беззащитными. Если как-то уничтожить их, им некуда будет вернуться.

Некрос вышел из тела медленнее, было видно, что ему далось это труднее, к тому же стоило нескольких новых линий, которые уже поползли по шее к лицу.

Мы удержали его тело от жесткого падения и едва успели выставить щит, потому что оставшийся страж попыталась использовать момент и разрушить вместилище Некроса. Он сам в этот момент в виде бестелесной сущности схлестнулся с двумя другими стражами где-то над нами. Они двигались стремительно, нам с земли было не понять, что происходит и кто побеждает, но что-то мне подсказывало: в одиночку у Некроса шансов нет. Наверное, довольная улыбка на лице его сестры, которая понимала в происходящем больше нашего.

После атаки она держала непроницаемый щит, поэтому добраться до вместилищ ее соратников мы не могли при всем желании. Да и что им могло помешать потом вселиться в нас, даже если мы уничтожим прежние тела? Мы с Охотником даже полом им полностью подходили.

Я абсолютно не знала, чем помочь Некросу! Оставалось утешать себя тем, что мы смогли уменьшить количество его противников вдвое.

Внезапно что-то случилось. Я почувствовала перемену кожей еще до того, как осознала, что именно произошло. Улыбка на лице стража, оставшегося внизу, вдруг померкла, а к переливам черного, серого и розоватого, которые сейчас перемешались над нами, внезапно добавились еще два – пронзительно-синий и огненно-красный.

Еще два стража? Но откуда они взялись и на чьей стороне?

– Нет! – в отчаянии выкрикнула вдруг женщина перед нами, отвечая этим на последний вопрос.

Она бросила на нас быстрый взгляд, явно разрываясь между необходимостью остаться охранять тела и желанием отправиться на помощь соратникам. И в конце концов пришла, видимо, к тому же выводу, что и я, потому что вся засветилась и вышла из тела, присоединившись к буче наверху.

Мы с Охотником переглянулись, думая, что делать. Я не могла перешагнуть через чувство неловкости: атаковать тела, когда те покинуты, все равно, что убивать спящего человека. Было в этом что-то мерзкое.

Однако мой дядя, видимо, так не считал. В его руках разгорелся огонь – не синий, как у меня, а вполне себе обычный – и он шагнул вперед, собираясь уничтожить вместилища, но не успел. Яркая вспышка на несколько секунд ослепила нас, а когда она погасла и я снова открыла глаза, все три стража уже снова были в своих телах, но пока еще абсолютно дезориентированы. Мужчина пришел в себя быстрее остальных и попытался атаковать, но заклятия Охотника уже были готовы, и он бросил их первым. А сразу вслед за этим две мощные атаки сверху уничтожили двух других стражей.