Позднорожденные. Том 2 - Екатерина Шельм

Поцелуй разгорался. Они обнялись, и Софи совсем не была против. Напротив, тело предательски загоралось. Раф был такой другой – большой, сильный. От него пахло как от мужчины, терпко и ярко. Щетина колола ее щеки. Все было так иначе… Совсем не как с Линаром…

Софи отстранилась. Глаза Рафа заволокла чувственная поволока. Он не отпустил ее из объятий.

– Раф, прости, я…

– Пожалуйста… еще один…

Он потянул ее к себе, властно, но мягко. И Софи, мучительно пересилив себя, позволила. Губы соединились, встретились языки. Его руки скользнули по телу.

Она не должна думать о Линаре, он в прошлом. Раф тут, с ней рядом, теплый, надежный, заботливый…

Она поняла, что уговаривает себя и мучительно зажмурилась. Но как она могла отказать? Они встречались уже месяц, Софи и правда чувствовала себя обязанной. Не столько отдаться Рафу, сколько искренне пытаться этого захотеть.

– Элис…

Она вздрогнула и отвернулась. Рафа болезненно трясло от возбуждения. Дыхание Софи едва сбилось. Он отстранил ее, встал и обошел стол, отходя подальше.

– Слушай… не вини себя. Я подожду. Да, я скоро или сотру руку до локтя, или ослепну, но я подожду, – забормотал он.

Софи было мучительно неловко. Да что же это… Когда она сможет перешагнуть через то, что было? Всю жизнь она будет жить так – с оглядкой на прошлое?

– Прости, пожалуйста. Я правда хочу, но… я просто не могу. Не могу и все, – Софи зажмурилась. – У меня здесь дыра, – она приложила руку к сердцу. – И я не знаю, когда она зарастет и зарастет ли вообще.

Раф вдруг усмехнулся. Софи недоуменно поглядела на него. Он подошел поближе, оттянул ворот футболки и показал ей маленький шрам чуть ниже ключицы.

– Я знаю, что такое дыра, – сказал он серьезно.

Софи осторожно коснулась шрама.

– Пуля?

– Да. Чуть бы ниже и… – Он задрал футболку и показал ей смуглый поджарый бок. Там было еще два таких же шрама. Софи и их невесомо огладила.

– Они зарастают не быстро, но зарастают. Уж поверь. Мы, люди, кажемся хрупкими, но это не так. Черта с два. Ты наверное задаешься вопросом – и на что он надеется, возится с поломанной девчонкой… Я ни на что не надеюсь. Я точно знаю, что в свое время все будет. Потому что ты сильнее, чем кажешься, Элис.

Софи зажмурилась.

– Я знаю, что оно тебе не нравится! Ну так скажи мне настоящее. Я все равно знаю, что ты не Элис, – закатил глаза Раф и мягко приобнял ее за талию.

И Софи впервые не смутилась. Его прикосновения становились привычными… и приятными.

Софи колебалась.

– Ты назовешь меня так при посторонних, возникнут вопросы…

– Как мы пойдем дальше, если ты даже имя мне боишься доверить? – Раф скептично глядел на нее, нежно придерживая за талию. – Я никому его не скажу. Я никогда тебя не подведу.

И Софи, наконец, поверила ему. Поверила, что он не знает, кто она такая, не знает ни эльфов, ни людей Роша. Что он просто приятный надежный парень, который встретился ей в мрачный период и поддержал ее.

– Софи, – выдохнула она чуть слышно.

– Как? – Раф подался чуть вперед, стараясь расслышать.

Софи встала на цыпочки и шепнула ему на ухо свое имя.

– Софи? София? – уточнил он. Она кивнула. – Отлично. Тебе идет.

Июль стоял знойный. Они купались на пляжах за городом на выходных, дурачились в песке, валялись разморенные под солнцем. Целовались.

Софи нравилось море, соленый воздух. И Раф ей нравился тоже. Сильный, надежный, веселый. Пляжи ломились от отдыхающих. Софи смотрела на эту беззаботную леность и гадала, будет ли здесь так же в следующем году. Мрачная тень будущего наползала все отчетливее. А еще Раф встал, загородив ей солнце.

– Эй! – возмутилась Софи.

– Ты и так вся розовая. Натереть тебя?

– Давай…

Он мягко и деликатно растирал крем от загара ей по плечам, и у Софи по всему телу гуляли мурашки. Глядя на Рафа, можно было подумать, что он суровый парень, не знающий, что такое нежность, но ее он касался всегда предельно осторожно. Чутко. У Софи от этого замирало что-то исконно женское внутри. Рядом с ним очень просто было быть хрупкой девушкой. Софи это откровенно нравилось. Она полюбила Линара не за внешность, далеко нет. Но все же рядом с Рафом он показался бы… Софи привычно одернула себя. Хватит. Это в прошлом. Все в прошлом…

Второй месяц их отношений подходил к концу, и она знала – вот-вот это случится. Она давно не пугалась его прикосновений, млела от его больших теплых рук. Ей хотелось стать ближе, оставалось только выбрать момент.

В субботу они остались ночевать в отеле рядом с пляжами, чтобы не ехать в город и провести еще один денек у воды. Вечером выпили вина на веранде, под стрекот цикад. Номера у них были разные, но Софи, отважно сглотнув, попросила показать ей вид с его балкона.

Раф кивнул, и они пошли. Наверное, он уже боялся поверить. Они вошли в номер, и он действительно повел ее на балкон. Море мягко вздыхало под луной и звездами. Софи занервничала.

– Красиво, – сказала она набираясь смелости. – А кровать тут удобная?

Раф поднял брови.

– Хочешь проверить?

– Хочу, – тихо сказала Софи.

– Точно?

– Ты меня отговариваешь? – рассмеялась она.

– Если впереди «стоп-кран», предпочту не разгоняться. – Хмыкнул Раф.

Софи подумала, что Линар никогда не умел шутить про секс. Всегда делал из этого ритуал… А Раф умел.

«Хватит!.. Хватит! Хватит! Хватит!»

Софи поцеловала его, провела рукой по жестким коротким волосам.

– Только не бросай меня, ладно? – испуганно попросила она.

В эту секунду, решаясь, наконец, перечеркнуть прошлое, она поняла, что если все пойдет не так… то сможет ли она еще когда-нибудь отважится?

– Не брошу. – серьезно сказал Раф. – Так идем или нет?

– Идем…

Софи снова стала читать. Раф скептично глядел на ее выбор книг – юриспруденция, история государства, эльфийский, оркский.

– Это еще зачем?

– Это ты расист, не я, – напоминала Софи и продолжила заниматься.

Она конечно не могла поступить в институт, да и надо ли было. Нилан тогда сказал ей «два года и мир сойдет с ума». Полгода уже прошло.

В августе Раф познакомил ее с семьей: родителями и старшей сестрой. Оказалось, ее называл отец – Конан, а его мать – Рафаэль, сокращенно Раф. Мало кому это имя подходило меньше, чем суровому Рафу.

Он восстановился на службе, временами уезжал на полигоны на несколько дней. С Софи ничего из работы не обсуждал, и она не допытывалась. Легко было быть просто Софи, маленькой хрупкой девочкой в беде. Зачем ей знать про войну и войска? Не за чем. Она сделала, что могла, остальное пусть сильные мира сего разбираются. Она уже потеряла свою семью, друзей, жизнь и сердце…