Суженая мрака - Ольга Гусейнова

— Ой, какой интересный соус… — приподнявшись и потянувшись за соусом, я одновременно отодвинула свой стул от Келео на безопасное расстояние, — как вкусно пахнет!

Как только соусница оказалась в моей руке, муж совершенно беззастенчиво подвинул меня вместе со стулом обратно к себе. Причем вплотную. Обнял за плечи, прижал и, согрев мое ухо теплым дыханием, громко так шепнул:

— Ты только намекни — и любой соус окажется у тебя в руках.

— Или на тебе? — съязвила я себе под нос.

— Хочешь попробовать меня на вкус? — расплылся в хитрой ухмылке Келео, а его ладонь по-хозяйски «распласталась» на моей спине.

— Если только откусить кусочек, — вернула ему двусмысленность, наверняка блеснув клычками.

От «любезностей» с мужем меня отвлекла неожиданно установившаяся в столовой тишина. Оказалось, все молча внимают нам, следят за нашим «сближением» при этом так умильно-сладко-довольно улыбаются, что захотелось пойти и спрыгнуть с балкона. Насмерть не разобьюсь, но защита-антипрыгунок и холодный воздух вернут мне хоть немного, как бы это лучше сказать, реальности бытия, не то утону в восторженном семейном сиропе.

Неожиданно Келео, глядя на Карлсона, флегматично заявил всем:

— Отец, ты же понимаешь, что тебе придется вновь занять место главы клана. В ближайшее время я буду очень занят своей семьей.

— О Небо! Я только-только расслабилась, собралась посетить новые культурные и религиозные места Игаи! — возмутилась Майтея.

— Я тоже хочу их посмотреть! — быстренько добавила я, просительно глядя на мужа.

— Майтея, за пятьдесят-то прошедших лет вы могли бы уже все их облететь и не раз, а не успели — сами виноваты, — проскрипел Оней. — А на девочке теперь ясли, работы непочатый край. Чует моя печень, что ясли эти будут очень, очень, очень нужны и синим, и серым…

— …и золотым, — добавила я, представляя объем работы.

— Ага, это они сейчас за места в будущих яслях штурмуют наши границы? — усмехнулся скряга Бран.

— Вот знаешь, почему ты, жадина, прожив шестьсот лет, так и не встретил суженую? — поддел его Оней. — Потому что не готов! Не готов делиться не только камешками, но и чувствами. Ты так и не понял, что на штурм черных рискнут пойти только из любви!

Ого, этот мудрый старик мне все больше нравится!

— Тем более, у них теперь есть еще один Древний, — кивнул Дайрон, а потом сухо уколол жадину: — И ты еще спрашиваешь, почему тебе клан не доверили?

Я же, вникая в хитросплетения отношений в новом клане, предпочла помалкивать, помня, что молчание — золото. Послушала, посмотрела, подумала и решила проверить одну важную примету. Проверила магическим зрением женатые пары — и с трудом сдержала радостно-облегченный вскрик, увидев светящиеся золотые нити-связи истинных пар. Древний прав! Только не у всех. К примеру, Дайрон и Лешар связаны только черными брачными браслетами суженых. А вот Карлсон и Майтея, отец и мать мужа, да и другие родичи обладают невероятно красивыми брачными «украшениями». Их сердца соединяют золотые нити любви и вплетаются в черные браслеты, так удивительно, так ярко это выглядит, излучает не меньше тепла, чем у обычных светлых. Я разглядывала чудесные доказательства чужой любви и улыбалась. Перевела взгляд на Келео и, к своему полному изумлению, обнаружила и у него маленький отросточек, буквально обрывочек золотой нити, отходящий от сердца. А ведь еще совсем недавно его не было, даже пальцы зачесались потрогать, убедиться…

— Алера, что случилось? — услышала я голос Майтеи.

— Может и эта сошла с ума, как предыдущая? — заволновались сестры эльфийки.

— Может она расстроилась, что не станет первой даной клана? — осторожно предположила другая эльфийка, супруга одного из двоюродных братьев.

— Нет-нет! — выкрикнула я, возвращая привычное зрение. — Точно не из-за этого…

Майтея с мольбой глянула на Ратшу:

— Может лучше вы снова займете пост первой пары клана и…

— Я старая больная драконица, а ты хочешь свалить на меня свои обязанности? — показательно возмутилась та, нервно откидывая за спину длинные красные косы и озабоченно потирая гладкий, без единой морщинки лоб. Затем, дернув мужа за локоть, встала. — Ой, и вообще, с вами хорошо, приятно было познакомиться, Алерочка, но я устала, а у нас сегодня еще столько дел, столько дел в долине…

Оней тихонько посмеивался, глядя на откровенное бегство от лишних забот под благовидным предлогом. Карлсон уныло посмотрел на меня и сына, обреченно вздохнул и подпер кулаком голову. Неожиданно Келео напрягся, выпрямился и злобно рыкнул:

— Вот неугомонные!

— Что, снова на штурм пошли? — ухмыльнулся его повеселевший отец. — Ну давай посмотрим, что на этот раз эти шалопаи придумали.

— Пытаются в защите дыру проделать, — пробурчал Келео, потом позвал лиловую драконицу: — Илайя, проводи мою жену в покои, я отлучусь ненадолго.

Схватив мужа за руку, я строго предупредила:

— Не дай Небо кому-то навредишь из моих родных!

Прапрадед Оней счастливо расхохотался:

— Драконица, как есть она! Хвала Древним!

К нему присоединились остальные домашние. Ну надо же, я даже получила от новой родни комплимент!

«Домой», как я неожиданно ощутила свои покои, вернулась с огромным облегчением. Все-таки от знакомства с темными родичами меня потряхивало. С другой стороны, знала бы заранее об их количестве, волновалась бы в сто раз больше. А так представление прошло почти спокойно, без лишней суеты. Нет, даже осталось приятное впечатление: Черный клан, оказывается, вовсе не столь жуткий, мрачный и «темный», как о нем говорят. Здешние жители — обычные драконы Высокогорья, со своими проблемами, слабостями, жадинами, жаждой приключений, красивыми женщинами. С улыбкой вспомнила маму Келео, пытавшуюся свалить на бабушку обязанности первой даны клана. Старого-престарого, как сами Древние, Онея язвительными замечаниями вносившего перчика в атмосферу ужина. И главное — вроде бы меня хорошо приняли. Жизнь — веселая штука!

С удовольствием вымывшись, я надела пижаму и халат, подошла к столу напиться и только задумалась о том, как здесь дальше жить, раздался звук резко открывшейся двери. Даже не сомневалась, кто явился, ведь обычно без стука приходит Келео. Повернув голову, я следила, как он стремительно приближался ко мне. Близко-близко встал у меня за спиной, конечно же не оставив равнодушной. Что уж говорить теперь, когда видела махонький, едва заметный золотой отросточек любви, берущий начало в его сердце.

— Разобрался? — хрипло спросила я.

— Да. Твои настырные братцы — юные балбесы… пока…

Я заполошно развернулась и взволнованно заглянула в глаза мужу:

— Ты же не…

— Родственников, даже таких… не убиваю, — вздохнул он.

— И не калечишь? — потребовала я.