Морозная гряда. Первый пояс - Михаил Игнатов

Усмехнувшись, я махнул рукой, словно пытаясь стряхнуть рвущую меридианы боль и замер, ощущая, как сводит скулы.

Дарсов ворон, который должен был умереть, медленно опустил крыло, а по перьям осыпались осколки техники. Невозможно для пятой звезды...

Негодующий крик ударил в уши, подсказывая, что самое время убегать. И я рванул прочь, с любимыми ругательствами Гунира проламывая себе путь. Я привык, особенно после покупки брони, что кусты можно просто снести, пинком или коротким махом оружия срубить тонкое дерево, вставшее на пути моего Шага. Но сюда пробирался острожно, скользя сквозь густые заросли и теперь с ужасом осознал их прочность. Чтобы это ни были за деревья, но ломаться, как обычно, под ударом плеча они отказывались. Даже Молот, дорогое ранговое оружие, не могло с одного удара срубить ствол толщиной в три мои пальца. Я здесь просто завяз, не убегая, а шагая прочь от Ворона.

А вот он не обременён подобными сложностями. В десяти шагах от меня низкорослые деревца смяло его тушей, уродливые, так похожие на человеческие, лапы смели в сторону последние заросли между мной и им. Рывок между телом и крылом. Выхваченный рондель вонзается в уродливо обтянувшую грудину кожу Ворона. Удар! Его сила едва не отрывает мне руку и закрутив, отбрасывает за спину зверя, лишь на миг опередив удар огромного клюва. Я скользнул в заросли, понимая, что попал в безвыходную ситуацию. Шип, моё самое сильное оружие, не смог убить Ворона. Даже не могу повторить технику — знаю, что она сорвётся. Всё остальное, включая Лезвия и Молот, гораздо слабее. Клюв оружия не сумеет проломить защиту перьев. Почему? Да потому что мой верный кинжал, сделанный из обломка несокрушимого камня древних, ударивший с безумной силой Рывка... раскололся... Попытаться ещё раз выяснить что быстрее, я или клюв? Какого дарса я, вообще, сюда полез? С одноразовым Шипом! Даже сбежать не выйдет, там под ветвями исполинов Ворон легко меня настигнет.

Поэтому мелькнувшую справа ложбину, с дырой большой норы в корнях принял как знак Неба. Слыша за спиной карканье и хлопок крыльев, поднявший зверя в воздух, я метнул вперёд Молот и нырнул следом. Всю глубину чужого убежища — три моих роста, я огромным червяком преодолел за мгновение, благодаря Небо, что здесь пусто и достаточно места, чтобы суметь ползти. Перевернулся, вжался плечами в осыпающуюся стенку, выигрывая пядь свободы для рук. Ещё через мгновение отбросил треснувшую рукоять кинжала, разлил зелье от запаха и скрипя зубами использовал технику маскировки, а затем затаил дыхание, вслушиваясь в негодующий клекот наружи. Использовать Смарагдового Ящера ещё раз я бы не сумел, не с горящими огнём меридианами. Но этого и не понадобилось. Удача еще не до конца оставила меня. Ворон не успел увидеть куда я делся. И не сумел найти меня, хотя дважды я чувствовал, как вздрагивала земля надо мной от его близкого приземления. Повезло, что не обнаружил осыпающуюся нору.

Выкопался из спасительного убежища я только глубоко ночью, вслушиваясь в каждый шорох, и за оставшиеся дни от выделенного себе месяца на этот выход из города, больше не заступал за очерченные на карте границы, которые и простым глазом на местности легко выделялись необычными зарослями или метками сильных зверей: сорванной корой, выделениями, развешанными по ветвям тушками мелких зверей... Не тогда, когда меридианы меня подводят и не дают использовать мои самые сильные техники столько раз, сколько нужно мне. К дарсу тела Тигров, к дарсу этого Ворона. Так и пробивался, кружа вокруг мест силы, пускаясь наутёк при любом шуме, особенно если он оказался похож на хлопок крыльев, но сегодня намечена сдача добычи и отдых.

— Негусто, — словно поставил печать скупщик-волк, оглядывая мою добычу.

— Тут незатоптанного места нет.

Звучало это так, словно я оправдывался.

— Да про тебя слухи ходили, словно ты на пустом месте можешь сокровище найти.

Я ухмыльнулся и вытащил из-за пазухи новый мешочек. Небольшой обман, конечно, здесь лучшая добыча за всё время, но после встречи с Вороном мне и впрямь стало везти, да и Поиск, освоенный на уровне постижения, теперь заработал в полную силу. И старый ватажник оценил:

— Ого! Гляжу они не врали. Это же всё по кровавой расценке...

Промолчав на незаданный вопрос о месте добычи таких сокровищ, я лишь выложил на стол пять лент. Тот парень оказался не единственным погибшим, что попался мне в зарослях. Еще четверо были отрядом, но это не спасло их от гибели. Даже не понял что с ними случилось недалеко от западного места силы, что было отмечено на карте Волками, обглодали их явно после смерти. Воин разгладил ленты, читая имена, кивнул, выслушав подробности:

— За это спасибо. Зря парни сунулись к ним. Я сообщу старшему о твоей услуге Волкам.

Я кивнул, принимая благодарность:

— Теперь я тоже ношу такую ленту и один из вас.

Что-то очень велики потери у Волков, даже для тех баек, что я наслушался от Гунира, надеюсь, что такое случается редко. Полученных денег вместе с теми, что оставались после сделки у теневиков, достаточно для покупки начертания для Молота, а главное, надеюсь, что хватит на оплату моего лечения. Сомневаюсь, будто травы или нужная алхимия продаются за зелень. Нужно только пойти к человеку, который обладает достаточными знаниями, чтобы знать, что со мной происходит, и я знаю где его искать.