Вернуть дракона - Вера Эн

Да так и забыл обо всем.

Золотые локоны, лукавые карие глаза. Озорная и очень теплая улыбка. Россыпь веснушек на носу и очаровательные ямочки на щеках. Как Ксандр столь четко разглядел все эти мелочи при неверном свете зажженных лучинок, объяснить было невозможно, но он разглядел, да так и замер со своей лучинкой в руках, чувствуя, что позабыл не только свое желание, но и свое имя, и наблюдая, как незнакомка постепенно гасит в храме огни, изредка поглядывая на него через плечо и совсем по- девчоночьи хихикая, пока Ксандр не охнул, обжегшись догоревшей лучиной.

Кажется, опаловых искр не было, значит, боги отказались исполнять его желание — но с каким же облегчением Ксандр это понял! Отворотили от самой большой глупости и подлости в его жизни. Подарили эти глубокие темные глаза. Оживили сердце, мигом вскипятившее кровь и толкнувшее на дерзости.

— Ты кто? — с ходу бухнул он, не помня, как именно подошел к незнакомке, и не понимая, почему не подобрал хоть сколько-нибудь осмысленный вопрос. Однако та бросила на него еще один хитрый взгляд и рассмеялась колокольчиком.

— Не узнал меня, Ксандр? — с каким-то удовлетворением произнесла она. — Давно, конечно, не виделись, да и друзьями не были…

Он тряхнул головой, пытаясь вспомнить. Да никогда еще в его жизни такой красоты не встречалось! Но откуда-то девице его имя известно! Почему тогда ему неизвестно ее?

— Не узнал, — честно ответил Ксандр. — Объяснись, сделай милость! А то не будет мне ни сна, ни покоя.

Мысленно помянул Энду, раздражаясь на себя за подобный бред. Откуда только фразы такие нелепые взялись? Ни разу они еще с языка Ксандра не срывались. И вот — пожалуйста!

Незнакомка снова улыбнулась и посмотрела ему прямо в глаза.

— Тали, — напомнила она и уточнила, как будто у Ксандра была не одна тысяча знакомых Талий: — Дочь доктора Медомая.

Ксандр едва не хлопнул себя ладонью по лбу: обычно запертые глубоко в душе эмоции вдруг вырвались на волю и совершенно подчинили себе своего хозяина.

— Тали, — повторил он, припоминая смешливую девчонку с головой, похожей на одуванчик. У Талии на его памяти всегда были очень короткие, едва приметные волосы, и, напросившись проводить ее до дома, Ксандр узнал причину.

Талия долго болела. Так серьезно, что даже отец — лучший доктор Южных земель — не мог ее вылечить, а вынужден был только наблюдать за тем, как неумолимо гаснет единственная дочь.

Тогда они с женой и обратились за помощью к богам. Слабо верили в удачу, что в свете речей дорра Теохариса и общих настроений в Авге было совсем неудивительно, но все же просили со всей искренностью, и Создатели их услышали. Медленно, но верно Талия пошла на поправку, все больше расцветая с каждым посещением ее родителями храма. А когда она достаточно восстановила сипы, чтобы сопровождать их, дорр Медомай с женой начали брать ее с собой.

И тем самым определили ее судьбу.

— Я стала одной из хранительниц Священного огня, — снова улыбнулась Тали. — Целый год не разговаривала и днем на людях не появлялась, чтобы заслужить такую честь, но все же добилась своего. Мама против была, боялась, что я опять заболею, но мы с папой верили богам. И, как видишь, они нас поддержали.

Ксандр видел: глаза у Тали сияли, щеки пылали завидным румянцем, а очарование так и окутывало любого, кто обращал на нее внимание. Ксандр увяз намертво. И стряхнуть наваждение не имел ни сил, ни желания.

— И чем ты занимаешься? — просто чтобы поддержать беседу, поинтересовался он. Оказалось, что в ее обязанности входит не только поддержание огня в чаше храма и уход за статуями Божественной Триады, но также и привлечение к божьему закону жителей Авги.

— Трудно нам приходится, — пожаловалась Талия и погрозила кому-то неведомому кулаком. — В сравнении с красноречием дорра Теохариса никаких слов не хватит. Его сам энитос уважает, а мы кто против него? Так, мелкие букашки. Большая часть горожан нас и слушать не хочет. И все же правда на нашей стороне, потому что с нами Создатели, а им никакой дорр Теохарис не конкурент!

— Вам бы еще это доказать, — озадаченно пробормотал Ксандр, однако Тали покачала головой и согрела его еще одной улыбкой.

— Не мы творим чудеса, Ксандр, — напевно заметила она. — Их творят боги: каждый день, каждую минуту. Просто надо научиться их замечать. Вот ты, кажется, научился, раз пришел сегодня в храм с благодарностью. И я очень надеюсь, что ты не отвернешься от них из-за того, что твое новое желание им не понравилось. Они лучше знают, что нам нужно, а что станет лишь обузой. Нужно только верить и следовать тем путем, что ими предначертан.

Это были какие-то очень глубокие мысли, которые Ксандр после событий предыдущей ночи и нынешнего вечера не был способен прочувствовать. Да и дом дорра Медомая к тому времени уже показался в конце улицы, а потому Ксандр был вынужден распрощаться с Талией.

Он пришел в храм на следующий вечер, чтобы вновь увидеться с ней, но встретил там другую хранительницу. Оказалось, что они трудятся посменно, и в теперь Тали появится здесь лишь послезавтра. Ксандр в разочаровании дотопал до дома доктора Медомая, но поскольку время было уже довольно-таки позднее, постучать в двери не решился. Лишь постоял несколько минут у светящегося окна на женской половине дома, уговаривая себя использовать завтрашний обед, чтобы все-таки увидеться с Талией, но по возвращении домой узнал, что осуществиться этому желанию не удастся. Отец отправлял его в Западные провинции, и отказаться Ксандр не имел никакой возможности.

Неделю заняло это путешествие, и Ксандр был уверен, что на этом знакомство с Талией можно считать законченным. Однако, вопреки всем этим упадническим мыслям, ноги сами привели его вечером к храму и не двигались до тех пор, покуда в дверях не появилась легкая и как будто воздушная фигурка Тали. Ксандр замер, словно в ожидании приговора, а Тали заулыбалась и чуть опустила густые ресницы.

— Я боялась, что ты больше не придешь, — ошарашила она, и Ксандр почувствовал, как и его губы растянулись в глупой счастливой улыбке. — Думала, что оттолкнула тебя своим напором. Ты привык во всем на себя полагаться и имеешь полное право мне не верить…

— Я привык во всем полагаться на себя, — согласился Ксандр, радуясь тому, что Тали и не собиралась обижаться. Напротив, думала о нем и расстраивалась его отсутствию. — Но это никак не мешает мне верить тебе. А не приходил, потому что отец без предупреждения по делам отослал. Полстраны объехал, пока нашел нужные ему камни. Вот же дурость, все эти побрякушки!..

Однако в глазах Тали появилось какое-то мечтательное выражение, и Ксандр осекся: а вдруг ей-то как раз нравятся украшения и она в корне не согласна с его отношением к ним? Опять лопухнулся? Да что ж за наказание-то!

— Полстраны объехал, — тоже повторила за ним Тали. — Грешно завидовать, а я завидую тебе, Ксандр! Как бы я хотела… Никогда за стены Авги не выезжала! Там, наверное, очень красиво…

— В следующий раз возьму тебя с собой, — легкомысленно и совершенно неуместно пообещал Ксандр. — Если, конечно, боги согласятся тебя отпустить.