Варвара начинает и побеждает - Салма Кальк

Более того, спала я не одна. После суток - или больше – нашей героической и бестолковой битвы мне было решительно всё равно, что подумают обо мне мои люди и мои союзники. Я внезапно оказалась на победившей стороне, и я могу делать всё, что мне вздумается, точка. Если кто не согласен – будет иметь дело со мной же. Репутация Барбары и мои дела последних дней – мне в помощь.

Так вот, я была придавлена к перине и притянута к телу. Рукой. К отличному мужскому телу, по которому я, страшно сказать, соскучилась. И вчера нас хватило разве что на поцеловаться, убедиться, что оба целы, оба изрядно устали, и оба хотят первым делом поесть и спать.

Поели мы всем нашим чумазым и заколебавшимся обороняться воинством прямо во внутреннем дворе, оказалось – господин Лири и отец Бенедикт всё организовали, и кухня была готова накормить усталых воинов в любой момент. Джемма дежурила тут же со своими флаконами, обрабатывала и перевязывала раны.

Пришли все наши – братья и сестры Ордена, мальчишки Арнульфо Польо, рыцари и прочие люди Раймонда, наш рыцарь Боэмунд и его немногочисленные люди. А из удивительных гостей к нам присоединились брат Лео, брат Стриж и – внимание – Аль-Джафар-ад-Гияс.

Я в душе не ведала, что его подтолкнуло нам помогать. Он ведь должен был дождаться в сторонке, пока мы с Аль-Масудом закончим нашу маленькую войну, и договориться с победителем, или победить победителя. Или – если победителя бы не осталось – просто прийти и взять, как он сначала и собирался. Я его ведь прямо спросила – какого дьявола.

- Какого шайтана, хочешь ты сказать? – усмехнулся Аль-Джафар, сверкнув зубами в темноте.

- Да какая разница? Ты отчаянно претендовал на эту груду камней и кучку раздолбаев, и вдруг приходишь биться на моей стороне?

Он как будто смутился, и ответил, что утром, мол, побеседуем.

Ну, утром – так утром, в тот момент мне это было ой как хорошо. Потому что после всего ещё и разговаривать? А не шутите ли вы?

Другие люди, с которыми нужно будет разговаривать, передали, что появятся уже следующим днём. И это были очень приметные люди – во-первых, король Годфруа, а во-вторых, Аль-Ахалиль, эмир Звёздных Дождей. Эти двое как-то смогли договориться, мне ещё предстояло узнать – как именно, уж наверное, за всем этим стоит какая-то интересная история. Но сейчас Годфруа явился наводить порядок в своих землях, а нового союзника прихватил для того, чтоб тот настучал по голове своим соплеменникам. Ибо нечего.

Поэтому высокие разговоры остались на утро, или даже на день. Я сказала господину Лири – на всякий случай готовиться принимать короля и эмира Дождей. Чтоб стол ломился, и вообще. Я б и сама что-нибудь этакое приготовила, но – почему-то уже не могла. И просто проследила за тем, чтобы все участники битвы с нашей стороны поели и отправились спать, а перед тем даже позволила взять вёдра и воду из своего драгоценного бассейна, и выливать друг на друга вместо бани. Ещё я спросила Аль-Джафара, желает ли он ночевать в замке, и тот сказал, что желает, что готов дать клятву – не вредить. Я взяла его за руку и, ничего не объясняя, повела в тот самый внутренний двор. Там велела проткнуть себе палец и покапать на мрамор. И поклясться. Он заметил, как кровь впиталась в камень, и даже показал изумление. И проследовал за господином Лири в покой первого этажа, в который его пустили.

Дальше уже оставалось только прогнать спать всех, кто ещё не, и первым делом – Самоцвета и Рысь. Рысь уже пришла в себя, и нормально дышала, и хлопала глазами, и даже ела – всё это сидя на коленях у Самоцвета и прислонившись к его груди, а невозмутимый Самоцвет придерживал её одной рукой, а второй – держал за руку и поглаживал ладонь.

- У меня наверху больше одной свободной комнаты, если что, - сказала я. И вам сейчас ничто не мешает подняться туда… и остаться до утра.

Оба героя переглянулись и улыбнулись. Рысь слабо и еле-еле, а Самоцвет – ну, насколько смог, очевидно, он вообще не из улыбчивых. И побрели наверх.

А потом я взяла за руку Лео, сводила во внутренний двор на предмет минимально помыться, обещала всё показать и рассказать наутро и отвела наверх. Постель, валявшуюся в углу главной залы, уже успели поднять наверх и перестелить, и это было замечательно.

Я подумала, что где-то здесь, наверное, обретается Барбара, но вдруг она стояла в защите и устала? Утром поговорим.

И вот снаружи явное утро, а то и вовсе белый день. Рука, лежавшая на моей спине, пошевелилась и принялась ту спину поглаживать. Я чуть повернулась, освободила собственную руку и дотянулась до чёрных волос и небритой щеки.

- Прекраснейшая… Господь свидетель, нам тебя сильно не хватало! Иногда мне казалось, что ты-то уж непременно поймёшь, чего от нас хотят, и придумаешь, как нам поступить.

- Я не всегда помнила, как меня зовут. Потому что местные обитатели не называют по имени, а только лишь – госпожа. И потому, что всяких событий с нами тут случилось столько… но у вас, наверное, больше. И что же, эмир Дождей принёс присягу?

- Принёс, - кивнул Лео. – Расскажу, даже все вместе расскажем. Брат сумел убедить его. А что твои вассалы?

- Тоже принесли присягу. Сами, я их не заставляла. Испугались и почему-то решили, что я сумею защитить их от врагов и общего хаоса.

- От хаоса непременно, - покачал головой Лео. – Впрочем, как и от врагов. Я вовсе не понимаю, как вы тут держались и почему не звали на помощь.

- Так тебя было не дозваться. Тоже сражался, что ли, как я вчера?

- Почти, - кивнул он. – Не все Дожди были согласны с решением своего эмира.

- Интересно, а здешние? Они тут славно накосячили. Нарушали клятвы, нападали на невинных и беззащитных, в смысле – на меня.

- Про беззащитных – ой, не соглашусь. Ночью я увидел тут невероятную защиту и ещё рассказывали про какого-то твоего ручного духа на башне.

- С духом познакомлю, - кивнула я. – Про защиту спроси у сестрицы Рыси. Я и подумать не могла, что она так умеет. А всё остальное – это Самоцвет, командовал на самом деле он, хоть иногда и спрашивал у меня дозволения на что-нибудь. И без них ничего бы не вышло, как на духу говорю.

- И без тебя не вышло бы тоже, - он коснулся губами кончика моего носа, а потом и губ. – Я видел невероятных красавиц в Аль-Черали, но ни одна из них не сравнится с тобой. Ни одна не обладает такой нежной кожей, такими бездонными глазами, такими волосами цвета зари, и ни одна не умеет танцевать так, как ты. И командовать обороной тоже не умеет.

- Здешние силы решили, что мои танцы сгодятся за священные – усмехнулась я. – Знаешь, я тоже повидала немало рыцарей и прочих героев. И не встретила никого, кто был бы лучше тебя, - тоже дотянулась и поцеловала.

И обняла, и потёрлась щекой о плечо, и прошлась кончиками пальцев по спине.

- Как же хорошо, прекраснейшая Варя Феникс, что не встретила. Мне ведь было очень непросто отпустить тебя сюда одну – мало ли, что тут и кто тут? – он смотрел лукаво.