Варвара начинает и побеждает - Салма Кальк

Лео ушёл вниз разведывать обстановку, а я, прежде чем кликнуть Агнию или ещё какую-нибудь девчонку, позвала Барбару. Та не отозвалась. Меня это насторожило, но я подумала – не стану заставлять гостей ждать. Сначала короли и эмиры, Барбара – потом. Гости преходящи, призраки вечны.

Агния прибежала, привела с собой Лисию и Беату, и они в три голоса принялись доказывать, что я должна одеться лучше всех, потому что я хозяйка и вообще победительница. Я не стала спорить – наверное, говорить с королём в платье с заплаткой не лучший вариант. И я не могла сказать точно, кто я сейчас – страж Ордена или графиня Ливарио. Для моих людей – безусловно, графиня. Поэтому и видеть беседующей с местными большими шишками они должны графиню. Раз уж я воевала тут как девочка, то придётся и сейчас выходить наружу как девочке.

Поэтому я позволила надеть на себя вышитую сорочку из тонкого полотна, шёлковое бирюзовое платье, кованый пояс и золотую цепь с символом рода. И непременно – обруч с бирюзовым кабошоном на голову, хоть и оказалось, что в битве он закоптился и чуток погнулся. Правда, прибежавшая снизу Джемма всё вычистила и разогнула – предварительно немного нагрев. И ещё рассказала, что брат Крот прислал брата Цикаду, чтобы тот помог ей с ранеными, и брат Цикада её очень хвалил – сказал, она хорошо вчера справилась.

- Вот, а ты ещё не хотела оставаться в Ордене и учиться, - усмехнулась я.

- Я ж не знала. Я думала, там как у Вороны или ещё хуже. А оказалось – господь свидетель, во много раз лучше. И спасибо тебе, что помогла, - Джемма смотрела прямо, и я видела – говорит, что думает, без задней мысли.

- И хорошо, что всё получилось, - кивнула я. – Скажи, не слишком вычурно?

- Барбара Ливарио не может одеться слишком вычурно, - покачала головой Джемма. – Ты ж раньше только такие платья и носила.

- Значит, снова привыкну, - вздохнула я. – Что ж, идём.

Гости поджидали в большой зале, тут же были главные из моих здешних – господин Лири и рыцарь Боэмунд, оба уцелевших рыцаря-крестоносца, и орденские маги. Как положено, в чёрном, одежда и оружие у всех в идеальном порядке. Одна я… как ворона бирюзовая. Интересно, есть ли у них здесь какая-нибудь экзотическая птица в таком ярком оперении?

Брат Лео был здесь же, беседовал с королём и с высоким важным седым Аль-Арром, наверное, это и есть эмир. Он увидел меня прежде других, подошёл и с важным видом поклонился.

- Госпожа моя, позвольте вас проводить.

- Конечно, господин мой, - я тоже поклонилась.

Пока нас не штурмуют – можно и про этикет вспомнить.

Он предложил мне руку и подвёл, куда следовало.

- Брат мой, думаю, вы будете рады снова увидеть графиню Ливарио. Почтенный Аль-Ахалиль, я желаю представить вам мою невесту, единственную дочь покойного графа.

Я сделала реверанс одному и другому.

- Благодарю вас за помощь, нынче ночью она была весьма своевременной, прямо сказать, без той помощи мы бы не выстояли.

- Мы с моим юным другом до сих пор не можем опомниться от увиденного нынче ночью, - улыбнулся эмир. – Невероятная защита, дух древнего героя моего народа, и еще, рассказывают, на рассвете земля разверзлась и сама собой поглотила всех убитых изменников.

- Я тоже слышала о чём-то таком, только там рассказывали о живых, - кивнула я. – Но не желаете ли вы немного перекусить, прежде чем говорить о делах?

- Благодарю вас, прекрасная хозяйка, - изящно поклонился Годфруа. – С большим удовольствием.

- Тогда я приглашаю всех в трапезную.

Господин Лири всё понял правильно, и короля сегодня встречали вовсе не так, как меня примерно неделю назад. Вот, теперь всякому видно, что Ливарио – люди богатые и знаменитые, а не то недоразумение, что застала здесь я.

По обе стороны от себя я пригласила сесть обоих братьев Отвилей. И дальше – всех прочих. Эмир Дождей оказался возле короля, а, скажем, Самоцвет – затерялся где-то в конце длинного стола, и Рысь ушла за ним туда же. Где-то в тех же краях разместился и Аль-Джафар, тоже немало вчера сделавший для нас всех. Интересно, в чём дело?

Трапеза была не сказать, что разнообразна, но обильна. Сыры, несколько разновидностей вяленого мяса, свежие овощи и фрукты, а кроме того – похлёбка, и жареная рыба, и жареное мясо с гарниром из рассыпчатой каши, и вина – разбавленные и нет, и фруктовые соки, и просто отличная чистая вода. Неплохо, неплохо.

- Скажите, прекрасная госпожа, отчего мои родичи прячутся на другом конце стола? – спросил эмир ближе к концу трапезы.

- Ваши… родичи? Это вы о драконе сейчас? – не поняла я. – Знаете, я о нём ничего не скажу, потому что ничего не понимаю. Он был готов проглотить меня с потрохами, и закусить здешними стенами, но вчера в ночь отчего-то передумал. Сказал – объяснит.

- Будет любопытно послушать, - холодно кивнул Лео.

О да, тут покушались на его женщину и её имущество. Уже почти его имущество.

- Вот и мне тоже будет любопытно.

Засиживаться за трапезой не стали – слишком уж много дел впереди. Я отпустила господина Лири, сказала – ему виднее, чем там дальше всех кормить. Но раз осаду сняли – то наверное, возобновится подвоз продуктов?

- О да, госпожа. Уже с самого рассвета, слухи разошлись быстро.

Дальше определялся состав важного заседания, на которое, как я понимала, кроме меня из здешних защитников нужно взять Рысь, Самоцвета и младших Польо. Только вот я нигде не могла углядеть Ласточку – за столом была, после потерялась. И Арнульфо я тоже не видела, и пойманный и спрошенный его приятель ничего о нём не сказал – потому что не знал. Хорошо, поищем.

Тем временем гости и прочие перетекали из трапезной в большой зал, и я увидела следующую прелюбопытную сцену. Эмир Дождей встал во весь свой немалый рост и заступил дорогу Самоцвету.

- Я спрашивал Творца, где сын мой младший, любимый, прозываемый Аль-Джамиль, но молчал Творец. Я спрашивал у ветров в пустыне и у волн в море, но и они не знали, что ответить мне. Только вечному подземному пламени не задал я своего вопроса, не отважился. И что же? Всё это время мой сын был жив, здоров, сыт и доволен, носил чёрный плащ и совершал подвиги, и лишь я не имел о нём никаких вестей?