Беглец в жизнь - Ростислав Гельвич

Воздух там не пропитался смрадом, но теперь к нему примешивался смолистый ароматец дерева, из которого были сложены стены. Просторная большая комната, занимавшая основную часть дома, сейчас была в одной своей части заставлена спальниками из сена, в другой же ее части находился большой стол, за которым сидел бородатый мужик сурового вида. С другой же стороны стола перед ним сидел другой человек – судя по одежде, вполне ничем не примечательный крестьянин.

– Прос…

– Подожди! – Мужик спешно махнул рукой и обратился к крестьянину, видимо, продолжая недоконченный разговор. – Вот ты оглянись, Шапро. Оглянись, оглянись, не бойся, не укушу я тебя.

Крестьянин робко оглянулся и оглядел пустые лежаки.

– Видишь же, никого нет – все работают. Кто стену укрепляет, кто в патруле, бабы жрать готовят… смекаешь же. Так почему же ты украл из поварской бутыль самогона, тайком выпил его на сеновале и проспал целый день?

– Э-эм…

– И не отвечай! Разгильдяй ты, Шапро, делать тебе нечего, скучно тебе. Легкую работу тебе, двужилку, дали, видать. Ну, ничего. Это мы исправим. Протяни-ка ручку…

Крестьянин протянул ему слегка дрожащую руку, которую мужик резко припечатал к столу чернильной печатью.

– Вот иди теперь до кузницы. Выпишут тебе двадцать пять ремней по заднице, а потом на двое суток кладбищенского патруля. И учти, загогулина эта не смывается. Если мне скажут, что в кузнице тебя не было, я тебе лично сто ремней вкатаю! Иди уже…

Пропустив убитого горем Шапро, двое подошли к столу. Под испытующим взглядом мужика Яторд степенно достал документы:

– Мы посланцы короля, прибыли по поводу вашей проблемы с мертвецами. Вот приказ.

– Талхат, – представился тот в ответ. – Поздно прибыли.

– Лучше поздно, чем никогда, – прокомментировал Альфаран.

– Ага, – ехидно окинул его глазами Талхат. – Это ты, красавчик, новому кладбищу скажи. Которое с другой стороны деревни недавно появилось. Кто на нем лежит, ты мне не подскажешь?

– Если я им пару слов скажу, они встанут. Проблем станет больше. Оно тебе надо?

– Угрожаешь?..

Тон разговора ненавязчиво пополз вверх, и Яторд взъярился:

– СТОП! – рыкнул он, стукнув кулаком по столу. – Мы пришли помочь. Не надо срывать на нас свою злость. – Яторд повернулся к напарнику: – И не надо кичиться своими умениями.

Альфаран вздрогнул – Талхат растянул губы в усмешке. Промолчали оба. Яторд обвел их глазами и продолжил:

– Как давно это все началось?

– Три седмицы назад, да еще денька так три. Сначала пьяные и дети у нас пропадали. А потом уже началось. Они же деревню фактически заполонили. – Талхат утер пот рукавом рубахи. – Благо что тупые, в дома не врывались.

– А все это как смогли сделать? Стену, патрули?

– Всем народом навалились. Я, как служивший, командовать и распределять все начал. Каждого на свое место. И все наладилось. Худо-бедно, но все же….

– И будет еще лучше, – Альфаран улыбнулся. – Я упокою зомби.

Ритуал не представлял особого труда, с одной лишь оговоркой – для него нужен был относительный покой и сосредоточие. Именно поэтому Талхат отправил с посланцами четырех вооруженных крестьян.

Изумительным было их потрясающее спокойствие – словно сивуху пить шли. Эти четверо уже, в общем-то, немолодых людей, нормального оружия никогда не державших, спокойно сопровождали мага, несмотря на опасность этой миссии.

– Слушайте… вы сразу скажите, не сбежите, если горячо будет? – Яторд немного засомневался в стражниках.

Среднего роста мужичок с криво остриженной бородой ответил, слегка щуря глаза:

– А чого-ж там бежать-то… ну мяртвяки и мяртвяки… чо их бояться…

На том разговоры и кончились.

Бежать было не от кого, а если точнее, то от недовылезших из земли мертвецов бежать не требовалось. Вся работа стражей заключалась в том, чтобы подойти и рубануть. Альфарану, соответственно, никто не помешал спокойно расчертить рыхлую землю некромагическим узором и начать приготовления к обряду. Яторд сделал было попытку расспросить, что и как, но некромаг быстро эту попытку отверг.

Узор представлял собой четыре круга, нарисованных на равном друг от друга расстоянии и образующих собой квадрат. От каждого круга шли линии, соединявшие все круги вместе. В центре этой композиции, на земле, пересеченными линиями образовался крест.

Как раз на пересечении линий, в центре, лежала тщательно отрубленная голова мертвеца. Альфаран, содрав с нее скальп, старательно вырезал на кости все те же некромагические символы. Покончив с этим делом, он положил голову обратно и вышел за пределы общего земляного узора.

Скоро обряд кончился, он не был особо зрелищным или долгим. Вместе с приготовлениями все действо заняло не больше часа.

– Кто-нибудь разбейте эту голову… – несмотря на малое время обряда, по лицу некромага катился крупный пот, и дыхание его было прерывистым.

Один из крестьян пожал плечами и с небольшого разбега саданул по голове обухом топора. И все. Как только обух разметал ставший неожиданно податливым череп и полугнилые мозги, на кладбище прекратился шорох, шум и стоны вылезавших из-под земли мертвецов. Наступила необыкновенная тишина, можно даже сказать, что тихо было до звона в ушах.

– Э-э-э… и это все? – промямлил Яторд.

– Все, – кивнул Альфаран. – Я перенес контроль над всеми мертвецами в эту голову. Артефакт сделал, проще говоря. Больше не восстанут. Пойдемте уже назад. Я жрать хочу.

Они вернулись в деревню. Талхат, по крайней мере с виду, остался все таким же грубым степняком. Однако же, завидев в дверях некромага, он степенно встал со стула и подошел к нему.

– Спасибо, парень. – Степняк сильно сдавил дрожащую руку Альфарана. – Спасибо тебе. Наконец-то это кончилось. Говорите, что надо, всем, чем могу – помогу.

Яторд достал из планшетной сумки карту, испещренную разными обозначениями. Подойдя к столу и расстелив карту на нем, Яторд красным мелком обвел две точки.

– Подойди сюда, Талхат. Вот это две деревни, где мы еще не были. Тебе что-нибудь известно о тамошней ситуации?

Степняк забрал красный мелок и размашисто перечеркнул один кружочек.

– Этой деревни больше нет, – сказал он и сразу же добавил под недоуменными взглядами посланцев. – Она построена на старом кладбище. Большинство жителей деревни погибли. Те, что выжили, сейчас у меня.

– А насчет второй ничего не известно?

– Ну, я, честно говоря, не знаю, почему ты ее обвел… Это поселение цело, и там вполне спокойно. Конечно, там была парочка мертвяков, но они забрели туда от нас или от другой деревни.

Увлекшись разговором, Талхат не заметил опешивших лиц Альфарана и Яторда, спокойно продолжая говорить: