Академия отступников - Елена Блашкун

— Шассен айк! — Раздраженно бросил Аарон, потуже привязывая девушку к креслу. Нет, у него совсем не осталось ни сил, ни желания бороться с этой сумасшедшей! Сегодня она смогла все же взять под контроль одну из горничных и заставила ее открыть двери комнаты. И это при том, что служанка совершенно не хотела этого и всеми силами сопротивлялась. Хорошо еще, что он вовремя пришел! Увидев всю картину, у мужчины не осталось выбора — он вынужден был взять Амелию под ментальный контроль и буквально выключить ее сознание на несколько часов.

— Что случилось? — двери отворились, и в комнату влетел Рихард. Хватило одного взгляда на привязанное к стулу тело, чтобы понять — дела плохи.

— Ее сила возвращается, и она растет. Не знаю как, но растет, — хмуро заметил Аарон. — Девчонка сходит с ума, и все время рвется к демоновым нагам! Я не могу ее удерживать — моя сила и терпение не безграничны!

— Ты уверен в том, что говоришь? Сам знаешь — еще никогда и никто не развивал дар некроманта.

— Ты издеваешься?! — взорвался Аарон. — Или думаешь, что я не отличу чужое ментальное воздействие от некромантского?! Она завладела телом служанки! Телом, не умом! Бедняжка до сих пор не может отойти от шока! — мужчина с силой ударил по столу кулаком, а затем запустил руки в волосы. — Ты знаешь, что я всегда хорошо чувствовал всех, кто нас окружал, но теперь… Теперь я запутался — не чувствую никого и ничего. Не понимаю, где свои, а где — предатель. И Амелию не узнаю — будто кто-то другой вселился в ее тело, и мы храним лишь оболочку. Веришь — все ее мысли только о наге. Ни разу за все это время девчонка даже не вспомнила о семье или друзьях — только змей, которого она видела раз в жизни! Мы очищали ее кровь от зелий сотни раз за эти месяцы, но все тщетно! У меня больше ни осталось ни одной идеи, что же нам делать. Но пока мы не найдем выход, Рина не сможет вернуться в Йоденхел!

— Пока она в академии… — осторожно начал Рихард, но брат прервал его:

— К демонам Ашхем! Как только она избавится от браслета, то попадет в еще более опасную ситуацию! При сложившихся обстоятельствах моя дочь не сможет просто так оставаться в академии — это вызовет лишние вопросы. Мы не можем оставить ее там, и не можем вернуть!

— Но ведь у нас все еще есть убежище! — напомнил король, но Аарон снова покачал головой.

— Я уже думал над этом, но этот вариант нам уже не подходит.

— Почему?

— Учеба в Ашхеме сделает ее сильнее, а Дарий с его магией… Они просто не смогут находиться там вместе. Приговорить своего единственно ребенка на одиночную камеру я не согласен — она не заслужила этого. Так что у нас всего один вариант — решить проблему.

Раздался стук, и двери отворились. Аарон хорошо знал жену, чтобы понять — та очень взволнована. Рядом с ней стоял верховный маг, в руках которого был старинный свиток.

— Извините, но мы бы хотели поговорить с вами, — женщина скосила глаза на Амелию, давая понять, что для ее ушей разговор не предназначен.

— Я позабочусь обо всем, — тут же успокоил ее Микаэль. Щелчок пальцев, и вокруг него и Шарденов возник плотный звуконепроницаемый купол. Женщина еще раз бросила взгляд на бывшую подругу дочери, и отвернулась. Видимо, информация была настолько важной, что та не хотела допускать даже малейшего варианта утечки.

— Кэсс, вы что-то узнали?

— Да, и, думаю, это наш случай.

— Ты знаешь, как разорвать связь?! — брови Аарона взлетели вверх.

— Я не сказала, что знаю, как решить проблему. Просто узнали нечто очень важное, — с раздражением сказала жена. — В общем, Амелия ведет себя так не из-за одурманивающего зелья. Его действие давно бы закончилось даже само по себе.

— Тогда в чем дело? — нахмурился Рихард.

Верховный протянул ему старинный свиток. Король хорошо помнил его — это был один из первых трактатов о расах Арканы, написанный еще до того, как Крус стал закрытым миром.

— И что это? Вы нашли особое существо, которое нам поможет?

— Нет. Но там много написано о нагах и их силе. И яде, — последнее слово Кэсседи особенно выделила.

— Яде?

— Именно. Он привязывает к нагам каждого, кого те укусят. Чаще всего это происходит во время поцелуя. Змеи часто использовали этот способ для порабощения других рас.

— Ты серьезно? То есть сумасшествие Амелии — только действие яда?

— Да. Но плохая новость в том, что его невозможно изгнать из тела.

— За столько лет никто так и не нашел способ сделать этого? Уверен, наши люди что-то придумают, — заявил Рихард, но верховный покачал головой.

— Тело приняло яд, и теперь ничего не возможно сделать. Многие пытались, но не смогли. Поэтому все и пишут о том, что нападение нагов так опасно, и от него нет спасения. Кстати, от безысходности летописцы даже перестали упоминать о яде — не было смысла писать о том, что нельзя побороть.

— Какая чушь! Знай мы это — уже бы давно со всем разобрались, — разозлился Аарон.

— И все же это так, и теперь нам надо действовать с учетом новой информации, — раздраженно заметила Кэссиди.

— Успокойтесь, пожалуйста, — мягко попросил Микаэль, но его не послушали. Супруги продолжили спорить — сказывалась усталость и долгое эмоциональное напряжение. Прежде они были очень близки, но невозможность вместе переживать отсутствие дочери, да еще и при таких обстоятельствах, влияла на них не лучшим образом. Кроме того, они чувствовали себя бессильными, ведь единственное, что могли — это копать все глубже и глубже, при этом не находя решения. Они будто носили воду в решете, и понимали это.

— Хватит! — вдруг прервал их Рихард, и все от неожиданности замолчали. — Согласен, что упущение информации о яде создало нам немало проблем — мы тратили время на то, что не в силах исправить. Однако, теперь мы знаем обо всем, так что можем действовать соответствующе, — мужчина сложил руки за спиной, и прошелся по комнате. Он молчал, но когда заговорил снова, голос его звучал крайне мрачно: — Как бы не грустно было это осознавать, но теперь мы понимаем, что пути назад нет. Алексия больше не будет той милой и тихой девушкой, которую мы все знали, — он бросил быстрый взгляд на миру и отвернулся. — Мы не в силах вернуть ей ее саму. Ты был прав, Аарон, когда говорил, что мы спасаем оболочку — теперь, после укуса нага, она полностью потеряла себя. Как бы мы не боролись за ее жизнь, но это то же самое, что сохранять труп во льду, избегая разложения.