За двадцать минут до полуночи - Дафне Мар

…Мы с Винцем часто проводим время в книжном магазине сразу после закрытия в восемнадцать часов. Знаете почему? Потому что книжный магазин – самое романтичное место для поцелуев. Иногда мы, конечно, и читаем, но чаще всё-таки целуемся.

Я думаю, папа этому только рад, потому что в это время он с Ханной отдыхает наверху. Вполне вероятно, они тайком обнимаются на диване. Даже не хочу знать подробностей.

Кстати, папа до сих пор не имеет ни малейшего представления о том, что произошло тогда в магазине. Когда гипноз рассеялся, он продолжал работать как ни в чём не бывало, только немного удивился, что время так быстро пролетело. Конечно, он не мог не заметить здоровенную шишку у меня на лбу, но я ведь всегда была немного неуклюжей. Поэтому он легко поверил мне, когда я сказала, что это я с лестницы упала.

А вот к текстовому прыжку Винценца папа до сих пор относится скептически. Но мы редко обсуждаем эту тему. К тому же папа не так уж много думает об этом, потому что голова у него по-прежнему в облаках. Особенно с тех пор, как Ханна переехала в маленький дом на окраине города, и теперь они видятся гораздо чаще.

С этим домом, кстати, всё очень даже удачно сложилось, особенно потому, что у Ханны есть большая комната под крышей, которая ей не нужна, так что она обустроила её для Винценца. До этого он спал на диване в её гостиной, но он не слишком «комфортабельный», как выражается сам Винц. Ханна тоже никогда не говорила, что верит в его текстовый прыжок, по-видимому, она просто смирилась, что всё произошло так, как произошло.

Со стороны кажется, что мы с Винцем – просто влюблённые подростки. Мы ходим на свидания, и он всегда встречает меня у школы, когда заканчиваются уроки.

Кроме того, Винц теперь помогает папе в нашей лавке «Книги Грюнвальда».

А Филиппа уволилась. Сейчас она работает в Лондоне по программе Au Pair в семье богатых дипломатов.

Скорее всего, мы никогда не узнаем, часто ли она там «болеет». Но я с трудом могу себе такое представить.

Кстати, настоящие чудеса возможны и в реальной жизни.

Лучший пример: Томми и Леона. Хотя Леона по-прежнему отказывается признавать это, но как её лучшая подруга я глубоко убеждена, что Томми ей очень нравится, пожалуй, даже больше, чем она думала изначально. Эти двое поразительно часто встречаются для изучения математики (Леона, между прочим, делает большие успехи и последнюю контрольную написала на твёрдую четвёрку!). А сегодня они делили банан на школьном дворе. Что это, если не любовь…

Корбиниана Крётенштауба мы больше никогда не видели.

Через неделю после его исчезновения Джетти тоже уехала из города. С тех пор её магазин пустует. По словам Ёлки-Перепёлки, Джетти сейчас в Непале покоряет Килиманджаро. Видимо, географию Перепёлка совсем не учила. Даже я знаю, что Килиманджаро находится в Африке.

Но пока Джетти и Крётенштауб нас не беспокоят, мне, если честно, всё равно, покоряют ли они Килиманджаро, путешествуют в Гималаях или собирают жаб где-нибудь в Париже. Потому что, давайте посмотрим правде в глаза, то, что они сделали, не так уж и плохо. Без их вмешательства я вряд ли стала бы читать в ту среду на последней неделе летних каникул последний том трилогии «За двадцать минут до полуночи», и в моей жизни никогда не появился бы Винц. Я уже почти и не вспоминаю, что когда-то он был вымышленным персонажем, который решился на дерзкий побег из своей книги.