Надежда рода - Мелина Боярова

После монолога, похожего на предвыборную речь, выдохнула и вопросительно уставилась на Цилю, которая таращилась с изумлением. Ага, для многих, кто еще не привык, дико слышать подобные речи из уст ребенка.

– Ей точно девять? – вполголоса уточнила у помощника гостья.

– Почти десять! Будет, э… – ответила за Алима, потому что до ужаса нервировала заразная привычка семейства Леви говорить о присутствующих в третьем лице. А потом вдруг осознала, что забыла о собственном дне рождения, – через два дня.

– Вот как? Отпразднуем, – помощник хитро прищурился. – Я и забыл о таком важном событии. Хорошо, что напомнила.

– Позже обсудим, – мило улыбнулась, – так, что вы решили, Циля Разиильевна?

– Подумаю еще, – взяла паузу девушка, – опасаюсь связывать себя обязательствами на длительный срок.

– Возьмем на испытательный, – хмыкнула небрежно, – скажем, на месяц или три месяца. Вы даете кровную клятву о неразглашения сведений за этот период. Также поклянетесь, что не используете информацию в будущем, если хотя бы одну сторону не устроит сотрудничество.

Циля с Алимом переглянулись. Помощник пожал плечами, мол, а что ты хотела?

– Ох, Нина Константиновна, вы пробудили мое любопытство. Я ж теперь не успокоюсь, пока не узнаю тайну. Что там за клятва? На месяц, так и быть, согласна!

Ритуал принесения клятвы давно отработан, так что управились за пять минут, после чего Циля жадно потерла руки.

– Ну, Алимчик, рассказывай! – произнесла с придыханием и таким предвкушением, что я невольно улыбнулась.

Мне понравилась эта рыжая бестия. Умная, хваткая, азартная – такая горы свернет.

– Алим Осипович, думаю, Цила Разиильевна станет идеальным пресс-атташе в Европе. Кстати, как здесь обстоят дела с печатными изданиями? Выпускают газеты, журналы? Есть что-то похожее на радио? – подкинула идей, куда направить фонтанирующую энергию нового члена команды. – Циля Ра…

– Хватит формальностей, – взмахом руки прервала девушка, – обращайся лучше по имени.

– Взаимно, – кивнула, соглашаясь на предложение, – так вот, найдутся знакомые студенты, которым нужна работа?

– Ха, полно! Только пальцем поманить.

– Вот и отлично! Еще нужны таланты: писатели, поэты, драматурги, художники, декламаторы…

Краткая речь о перспективах развития средств массовой информации вылилась в двухчасовую лекцию. Еще на первых словах у девушки волшебным образом материализовался в руках блокнотик, куда она принялась конспектировать со скоростью печатной машинки. Едва закончила говорить, как на меня посыпался град вопросов. Заковыристых, на которые одной фразой не ответишь, так что засиделись допоздна. А ведь мы собирались к герру Айзебэргу, чтобы договориться об обряде.

– Противный старикашка! – пренебрежительно отозвалась Циля о почтенном раввине. – На дух меня не переносит. По вечерам никого не принимает. Вы к нему лучше с утра наведайтесь, сделайте щедрое пожертвование на храм. Надеюсь, поможет.

– Желательно, чтобы наверняка помогло, – нелестная характеристика не вдохновляла. Такой служитель подношение примет, а дело не сделает. – Я знаю, как поступить.

Ночевать Цила осталась у нас, на диванчике в гостиной. Они с Алимом еще что-то обсуждали, когда я отправилась спать. Хотя бы четыре часа нормального сна в этой суете урвать, а то потом такого шанса может и не представиться. Уже проваливаясь в сон, слышала, как в номер прибыл посыльный, для которого нашлись срочные поручения.

Газеты в Австрийской империи издавались и пользовались популярностью. Мы решили выкупить небольшое издательство и полностью изменить концепцию подачи материала. Только правдивые новости, броские заголовки, иллюстрации и освещение светских событий.

Не знаю, как княжна умудрилась, но к утру она уже числилась владельцем газеты «Zeitung über alles». Даже название менять не пришлось, ведь дословный перевод – это «Газета обо всем».

В гостиной обнаружились незнакомые молодые люди, которые жадно внимали словам девушки. Похоже, спать она не ложилась, так как стол был уставлен пустыми чашками с остатками чая и кофе, блюдо с пирожными опустело, а от конфет остались одни фантики.

– Нина Константиновна, доброе утро! – обрадовалась моему появлению Циля. – А я как раз занимаюсь подбором кадров для нашего предприятия. Кстати, нам лучше поторопиться, встреча с герром Айзебэргом через час.

– Доброе утро, фройлен, герры. Благодарю за предупреждение. Надеюсь, времени хватит перекусить?

– Хватит, не беспокойтесь! – заверила девушка. – Мы почти закончили. Итак, – хищно посмотрела на молодых людей, – вы приняты с испытательным сроком. Идите и принесите горячих новостей! За каждую опубликованную статью получите десять крон. Если новость попадет на первую полосу – пятьдесят. Свободны!

Еду княжна заказала в номер, чтобы не тратить время на посещение ресторана. А я бы не отказалась позавтракать за столом с белоснежной скатертью и полюбоваться зимней улочкой за окном, поглазеть на прохожих. Но сидеть и ничего не делать –  непозволительная роскошь.

Для посещения храма мы переоделись в традиционную для ашкеназцев одежду. Ну а Циля осталась в смелом брючном наряде из мягкой кожи, чтобы одним внешним видом шокировать старикашку.

Отель располагался в старом центре города, до храма рукой подать, так что мы прогулялись пешком по морозному воздуху. Циля вчера прикатила на личном паромобиле, на нем и поехала вперед, заявившись к несостоявшемуся тестю пораньше. Раз он на дух не переносил княжну Леви, то ни за какие деньги не выполнит просьбу. А просила она, чтобы Поль Хаим Айзебэрг ни в коем случае не проводил обряд братания. Как можно признать нищую оборванку сестрой? Это же позор всему роду! Когда мы подошли, девушка как раз упиралась двумя ногами, пока привратник настойчиво выпихивал ее за ворота.

– Вы еще пожалеете! – погрозила кулаком в закрытую дверь. – Я этого так не оставлю! Буду жаловаться совету!

Поорав еще пять минут для надежности, Цила прыгнула за руль авто, надавила на клаксон и выпустила серое облако пара. Затем резко сорвалась с места и умчалась прочь. Первая часть представления закончилась. Настал наш выход.

Вежливо постучавшись, сообщили привратнику, что нам назначено. Немолодой мужчина в рясе и круглой шапочкой на голове осторожно выглянул.

– Их сиятельство уехали?

– О чем вы? – настороженно огляделись. – Здесь никого нет. Нам назначено. Алим Осипович Зельман и Нина Гладьева, посмотрите книгу регистрации.

– Да-да, герр Поль уже ждет, – слуга с поклоном распахнул дверь. – Неспокойно нынче стало, вот я и уточняю. Не сочтите за неуважение.

Герр Поль Хаим Айзенбэрг оказался седовласым стариканом. Он встретил в главном зале храма, облаченный в ритуальное одеяние.

– Что привело вас в храм божий, дети? – величественно поинтересовался он.