Перехват - Алекс Орлов

Подъехав к знакомому дому, Свенсон остановил машину, потушил фары и, как следовало по инструкции, включил систему кругового осмотра.

На экране бортового компьютера появилась схематическая коробочка машины, а вокруг нее – сторожевое поле, на котором в инфракрасном спектре можно было заметить скрывавшегося в ночи врага. Например, такого, как эта кошка, которая возвращалась с охоты на крыс.

Свенсон посмотрел на часы и вздохнул. Это было самое неприятное время для начала дежурства. Он с удовольствием уходил в полночь, он радостно заступал на пост с первыми лучами солнца, но в четыре часа утра… И почему говорят, что четыре часа – это утро, если кошку видно только в инфраспектре?

Наконец, из своего подъезда вышел Акияма, на спектрограмме он выглядел огромным красным пятном, напитавшимся горячим кофе с пончиками. Акияма сам их пек. Да так, что ни в какой забегаловке не могли сделать вкуснее и пышнее, чем у него.

Однажды из-за этого даже вышел неприятный случай, о котором Свенсон не доложил начальству, хотя был обязан, как старший группы.

Они возвращались с дежурства, ничего не выловили, настроение было на нуле и хотелось есть. У дороги попалось кафе с пончиками, и, разумеется, их вкус Акияме не понравился, они были черствыми, как он сказал – дважды разогретыми.

Никто в здравом уме не станет оспаривать мнение человека с такой физиономией, но хозяин кафе решился. Он сказал, что пончики отличные и Акияма в этом ничего не понимает, а тот ответил, что сам сделает пончики тотчас, и, если они окажутся лучше, чем у хозяина, тому придется туго.

Глупец-хозяин и после этого не испугался и согласился на такое соревнование. Ну разве мог он подумать, что человек со столь свирепой рожей печет пончики?

Они прошли на кухню, и Акияма, из тех же ингредиентов, сделал такие пончики, что Свенсон даже на запах прибежал, оставив на столе сморщенные пончики хозяйской выпечки.

Свенсон прибежал на запах, но успел вовремя, чтоб спасти горе-повара. Акияма ударил его всего один раз, но этого хватило, чтоб у бедняги пошла кровь изо рта и носа.

Свенсону пришлось вытолкать напарника из кухни и оказывать пострадавшему помощь – у того были сломаны три ребра.

Потом в кухню заглянул Акияма, невозмутимо сгреб свои пончики и ушел вместе со Свенсоном.

Напарник распахнул дверцу и, швырнув Свенсону пакет с горячими пончиками, буркнул:

– Это тебе.

– О, горячие! – обрадовался Свенсон и тотчас полез в пакет, но Акияма его остановил.

– Подожди, потом нажрешься, – сказал он.

– Почему потом, у нас полчаса в резерве?

– Нужно еще в одно место заехать.

– Зачем?

– Надо.

– Слушай, парень, все личные дела нужно делать в свободное время, а у нас приказ.

– Это не личное, это по делу.

– Точно?

– Точно. Поезжай, это недалеко. Улица Моруан, двадцать шесть, только заехать нужно со стороны черного хода.

– Что за адрес? Я такого не помню, – сказал Свенсон, заводя мотор.

– Неважно, просто поезжай.

– Да что там такое? Ты меня просто пугаешь! – пожаловался Свенсон, выводя машину на проезжую часть.

– Мне там заказ подогнать должны. Сейчас сам все увидишь.

Ехать до указанного Акиямой адреса оказалось недолго, дороги были свободны, и светофоры мигали желтым глазом: дескать, разбирайтесь сами, ребята.

Остановившись возле указанного напарником дома, Свенсон выпустил Акияму из машины, затем развернулся и встал кормой к забору за мусорными ящиками. Теперь машину нельзя было заметить даже с пяти шагов, а если придется рвать когти – ничто не помешает.

Приоткрыв окно, Свенсон прислушался, но было тихо. Чуть помедлив, он достал из-под сиденья пистолет-пулемет и дослал патрон в ствол, так было спокойнее.